Глава 13
Эеншард, как и обещал внучке, спустился во двор, чтобы подождать ее там. Амара говорила, что у нее впереди урок по древним языкам, откладывать который она никак не может.
– Следующий раз, когда я буду в Эштаре, я хочу самостоятельно прочесть древний кодекс, – заявляла она. – Судя по тому, что о нем говорит отец, это была очень мудрая книга, которую нынешний кодекс очень испортил. Это правда?
– Можно и так сказать, – отвечал ей Эеншард с усмешкой, хотя сам никогда не читал древний кодекс.
Сначала не хотел, потом не находил времени. Кодекс читали будущие правители, а он не хотел им быть, а когда стал, читал совсем другие вещи. Все, что он знал о древнем кодексе, слышал сам от Антракса на разных Советах. Ему приходилось делать невозмутимый вид, хотя знаний, чтобы понимать нюансы, ему не хватало, остальной знати – наверно тоже, вот и не смел никто возразить. Ловкость Антракса была способна и не на такое, но сыну Эеншард позволил бы даже соврать, если эта ложь будет на благо страны.
Выходя через маленькую арку во внутренний двор, он шагал к Снежному Богу, что когда-то благословил его брак.
– Ну здравствуй, самый холодный из богов.
Полуденное солнце, словно споря с этим, выглянуло из-за облака, за которым спряталось, и осветило статую, заполняя ее бликами. Внутри божество вспыхнуло синим пламенем возмущения.
– Я тоже рад тебя видеть, – ответил Эеншард и прикоснулся к странному северному камню.
Он ожидал холода, но неожиданно ощутил тепло и странный мятный аромат ударил ему в нос, заставляя озираться.
Луч, отразившись от статуи божества, попал в одну из комнат замка прямо на щеку Амаре, склонившейся над книгой. Принцесса встрепенулась и посмотрела во двор. Такого сияния внутри Снежного Бога она еще не видела. Оно так завораживало, что она даже встала.
– Ваше Высочество? – удивленно обратилась к ней наставница, заставляя очнуться.
Амара обернулась. Мгновение назад она была готова шагнуть из окна, только бы быстрее оказаться рядом с удивительным богом, так сильно он манил ее своим синим огнем, а теперь все исчезло, сменившись неловким смущением.
– Простите, леди Танра, – обратилась она к пожилой наставнице, склонившись в почтительном реверансе. – Мы можем закончить сегодня прямо сейчас?
– Разумеется, – ответила леди Танра. – Но вы уверены, что вам не нужна помощь?
– Не нужна, меня просто ждет дедушка. – Амара улыбнулась так мило, что никто не смог бы ей возразить, склонила едва заметно голову и простилась. – Спасибо за урок, леди Танра.
Быстро выйдя из учебной комнаты, Амара спустилась вниз и вышла во двор. Синего пламени уже не было. Солнце пряталось за тучами. Его лучи прямо на глазах у Амары соскользнули со статуи, и пламя внутри нее угасло, зато глаза на миг вспыхнули той же синевой, что горели они у самой Амары.
– Красиво, – невольно прошептала она, видя, как эта синева потухла.
Эеншард обернулся. Только рядом с божеством он мог показаться кому-то человеком, а не великаном. Впрочем, Снежный Бог был не так тщеславен и возвышался над ним лишь на голову, в то время как Бог Войны предпочитал, чтобы подданные целовали ему ноги или край меча, и, даже подняв голову, не могли увидеть его глаз.
– Он просто северянин, – ответил Эеншард внучке, – а в этом мире все просто: каков народ – таковы и боги.
Амара улыбнулась.
– Хочешь сказать, что все северяне красивые?
– А ты как думаешь? У меня были женщины со всего мира, кроме разве что северянки, а увидев одну – я отказался от всех. Так что да – самые красивые.
Подойдя к внучке, он подал ей руку.
– Тебе показать сад или сразу отвести к Мэриду? – спросила Амара, вложив тонкую ладошку в большую руку деда.
– Давай сразу к Мэридару, а у него сейчас нет занятий?
– Есть, но он любит заниматься в саду и ему не отказывают, да и к этому времени он обычно устает и просит, чтобы его оставили, а отец велел с ним соглашаться. Мэридар вообще получает все, что только захочет. Только нужно ему не так уж и много.
Она провела деда по открытой замковой галерее и вышла в сад, то и дело приветственно кивая то стражнику, то пробегающей мимо служанке, то фрейлине.
– Рассказывай мне все, – попросил Эеншард, отойдя с внучкой подальше от замка.
Он знал, что она может понимать куда больше в происходящем, чем ее родители, потому что такой уж она уродилась: внимательной и особенно чуткой.
– Что рассказывать? – спросила Амара удивленно. – У нас тут все сложно. Мама ссорится с папой. Эйлидар считает, что отец к нему слишком строг и невнимателен. Мэридар думает, что отец его ненавидит или как минимум стыдится.
– А отец?
Амара обернулась, сжала в тонкую нить розовые губы, пытаясь подобрать слова, но видимо не смогла их найти и потому радостно отвлекала деда от разговора, указывая в сторону.
– Смотри! Тетя Леня!
Эеншард со вздохом обернулся и увидел спешащую к ним женщину.
– Идем, – сказал он мягко, снова протягивая руку внучке.
Говорить с Лен-Фень ему совершенно не хотелось. Когда-то он уже сказал этой женщине все, что думал. Остальное, как ему казалось, было излишним.
– Ваше Величество, – обратилась к нему женщина, подбежав к ним.
– Ты обещала отвести меня к брату, – напомнил Эеншард внучке, собираясь просто не замечать Лен-Фень в сером врачебном одеянии.
Вот только Амара не сдвинулась с места и руку не приняла, только замерла, глядя то на тетю, то на деда внимательно и даже укоризненно.
«Ну и как ты можешь помочь папе с мамой, если сам ведешь себя так?» – буквально спрашивал ее взгляд, потому Эеншард с тяжелым вздохом обернулся и посмотрел на сбежавшую жену старшего сына.
– Пожалуйста, скажите мне, как он там, – попросила Лен-Фень дрогнувшим голосом.
– Хочешь знать, как твой муж – поезжай к нему.
Эеншард только плечами пожал, не понимая, как вообще на такие вопросы можно отвечать. Мэдин жив, здоров, скоро станет королем, в противном случае она об этом уже знала бы, потому что о наследниках и королях говорят все, а не только их родные.
Лен-Фень была так неприятна Эеншарду, что он отвернулся, желая просто продолжить свой путь к внуку, но женщина не унималась.
– Тогда скажите хотя бы, как моя дочь?
Эеншард невнятно рыкнул и обратился к внучке:
– Милая, закрой, пожалуйста, ушки.
Девочка, уже хорошо знавшая, что иногда взрослые разговоры слушать нельзя, закрыла уши ладонями, но не стала их сильно прижимать, чтобы все слышать, и продолжила наблюдать, следя за каждым жестом своими внимательным синими глазами.
Лен-Фень в ожидании ответа мяла кусок бинта, прижимала его к груди и нервно наматывала на указательный палец, чтобы тут же сорвать и снова сжать в ладони почти с той же силой, с какой Эеншард сжимал от гнева кулаки, оборачиваясь вновь.
– Твоя дочь – принцесса Эштара, – отвечал он резко, – и если тебе важна ее судьба, то возвращайся к мужу, а не прячься от него в чужой стране! Исчезни с глаз моих! Ты опозорила моего сына и, если бы мы были в Эштаре, я убил бы тебя, чтобы у моего сына не было такой жены! Не искушай мое терпение…
Не дожидаясь ответа, Эеншард сам взял Амару за руку и потянул вперед. Девочка сначала оборачивалась на застывшую на дорожке тетю, потом, перехватив инициативу, свернула в сторону и все же спросила:
– А правда, что Марея прошла испытание с волком?
– Да, это правда, – с усмешкой ответил Эеншард. – Твоя кузина пробралась на арену, связав одного из мальчишек. Вышла вместо него и прошла церемонию инициации, так что по эштарским традициям Марея у нас мужчина и воин.
– Вот это я понимаю – подвиг! – воскликнула Амара. – А Эйлидар всего-то в закрытом помещении с волком сцепился, да и отец был рядом.
– Ты тоже так хочешь? – с интересом спросил Эеншард.
– Нет! Я девочка! – гордо заявила принцесса. – Правда, меня учат держать меч и стрелять из лука. Папа сказал, что мне не помешает умение себя защитить, но, по сравнению с тренировками Эйлидара, это пустяки.
– А Мэрид?
– Его учат только стрелять, – покачав головой, призналась Амара. – Он слабенький, но очень умный, а когда ты увидишь, как он рисует!..
Девушка взмахнула руками, отпустила руку мужчины и побежала вперед, заставляя старого эштарца мягко улыбаться.
– Мэрид! Мэрид, я к тебе дедушку веду! Представляешь! Он теперь будет с нами жить!
Эеншард не спешил, наблюдая за тем, как девчушка хлопает в ладоши и прыгает возле беседки, уговаривая брата выйти. Мэрид послушался и все же выглянул. Не отпуская рукой колонну, он посмотрел на деда. Ему не было еще семи, но для мальчика своих лет он был очень высоким, чуть выше своей старшей сестры, только очень худым и бледным. Его черные волосы были зачесаны назад, а синие глаза прятались за круглыми очками, блестящими на солнце. Он кивнул и неохотно улыбнулся, явно желая снова спрятаться в своем убежище в глубине сада.
«Кажется, я понимаю проблему Антракса», – подумал Эеншард, быстро осматриваясь.