Глава 3
– Вы нужны королю, – передал графу Шмарну слуга.
Этого было достаточно, чтобы улыбчивый граф тут же стал другим человеком, переменился в лице и вышел из зала, глядя на мир, как тот самый Королевский Палач.
Через полчаса он уже сопровождал короля, кутаясь в черный плащ. Рука его лежала на рукояти меча, а слух улавливал каждый шорох ночи, будто граф был личным стражем короля. Знание, что тот и сам способен себя защитить, ничего не меняло.
Антракс решил отложить ссору с женой и предпочел сначала разобраться с людьми погибшего купца, потому направился к ним в своем больничном сером одеянии, набросив поверх зеленую накидку с золотой вышивкой. Вышитое солнце на его спине и кожаная маска на лице выдавали его даже без золотого обруча.
На почти опустевших улицах столицы люди, завидев его, падали на колени и склоняли головы, а Антракс старался этого не замечать. Избавить жителей Рейна от нелепых, на его взгляд, привычек и понять тщеславие местной знати он никак не мог.
– Просто прими это, как должное, – советовал граф. – В Эштаре силу доказывают в бою, а сила определяет степень почтения. Сильнейшему вызов не бросают, а здесь сила ничего не решает, вот и приходится иначе подчеркивать свой статус.
– Заставляя склоняться тех, кто сильнее, но бедней? – иронично спрашивал Антракс. – Нелепость.
Только, несмотря на свои рассуждения, он действительно просто принимал местные правила и лишь отмечал тех, кто при виде его склонял голову, не преклоняя колен. Такие люди на поверку оказывались разумнее остальных.
Теперь он таких не видел, да и не мог замечать ничего вокруг, напряженно всматриваясь в темноту. Ему заранее хотелось просто казнить всех людей купца, потому что он догадывался, откуда взялась инфекция. В гостиной зале дома, который они занимали, несложно было заметить тому доказательства.
– Вы грабили гробницы в Суне? – спросил Антракс прямо у помощника купца, когда тот зашел следом в гостиную залу.
Гвардейцы остались у двери и сразу ее закрыли за молодым человеком, сжимавшим край собственной шляпы.
Вопрос напугал его еще больше. Он сначала посмотрел на короля, стоявшего у окна. Тот опирался на трость так, что в полумраке комнаты, освещенной лишь десятком свечей, можно было решить, что в руках у него меч. Да и граф Шмарн – знаменитый боец Рейна, сидевший в кресле, пугал ничуть не меньше. Преклонный возраст графа не умалял его славу, и парню заранее казалось, что в любую минуту может произойти что-то, как в страшных историях о короле. Тот взмахнет мечом, указывая на него, а удар мгновенно нанесет граф, и голова покатится по дорогим коврам почившего купца.
– Ваше Величество, – залепетал молодой человек, – что вы такое говорите? Грабить гробницы – это немыслимо! Как бы мы…
– Это что? – спросил король и указал тростью на серебряный кувшин, оставленный на столе.
Носик у него был чуть помят, а узоры на боку стерты, потому продать его не вышло, и Конк-Рот решил оставить его себе, а его помощник теперь был готов сгрызть свою шляпу, только бы его не заставляли держать ответ за то, чего он и сам не понимал.
– Я не знаю, – пролепетал парень. – Это все господин. Я же просто бумаги пишу, исполнение приказов контролирую. Я же…
– Давай иначе, – перебил его Антракс. – Как тебя зовут, парень?
– Итан, Ваше Величество, – сглотнув, ответил он, следя за руками мужчины.
– Так вот, Итан, ты, скорее всего, тоже болен, – сказал Антракс, звучно стукнув тростью об пол. – И большая часть вашей команды тоже, а значит вы можете умереть точно так же, а следом за вами еще сотни, если не тысячи людей. Так что или ты мне все рассказываешь, и тогда я пытаюсь вас лечить, или я просто избавляюсь от вас.
– Избавляетесь? – испуганно спросил Итан и отступил, сминая шляпу. – Как это?
– Вы – источники заразы, так что разумно убить вас, сварить и закопать подальше от города, вот что я об этом думаю, – спокойно сказал Антракс и посмотрел в окно.
Ему не хотелось убивать просто так, но возиться с возможно заразными людьми он не хотел, особенно когда эти люди не пытаются ему помогать.
– Как варить? – спросил Итан и вдруг упал на колени. – Помилуйте, Ваше Величество, я же правда ничего не решаю, я же только…
– Рассказывай. Где вы были? Что грабили? В каком округе империи Сун это было?! – рыкнул Антракс, понимая, что его самообладание осталось где-то в подвале у тела купца, которого пришлось скинуть со стола в жестяную ванну с водой и поставить на огонь. Это, согласно записям, должно было сделать останки менее заразными.
Итан будто смог представить это. Побелел, обнял себя за плечи, уронив шляпу, и заплакал. Он-то всегда знал, что мертвых лучше не тревожить.
– Я не хотел. Я не был там. Я только потом переписывал то, что они вынесли. Гробницы под храмами Вей-Шу в округе Тан. Там было много серебра, золота и драгоценных камней. Мы почти все продали в Эштаре. Ваше Величество, я…
Только Антракс его не слушал.
Тан был для него плохой новостью. Там, по рассказам Фу-Диена, покоилась самая страшная черная смерть, самая свирепая и безжалостная. Да и о проданном в Эштаре добре думать не хотелось, потому что судьба родины не могла ему быть безразлична.
«Надо написать срочно отцу», – думал Антракс, понимая, что обязан это сделать как сын, как брат, как правитель-союзник и даже как самый обычный лекарь, столкнувшийся с опасной болезнью, но это могло немного подождать, да и способов найти быстро украденные ценности, особенно посуду Антракс не видел. Их наверняка продали прямо в порту, развернув лавку возле рынка рабов, а значит, она была уже во всем городе и подарками разъезжала по стране. Оставалось надеяться на врожденную крепость эштарцев, сухой климат и меньшее количество скота.
Зато в Рейне он был при каждом постоялом дворе, и привезенный для него корм наверняка был не менее заразен. Этим стоило заняться в первую очередь.
– Ты сможешь назвать всех, кому вы привезли рапс и кто его забрал? – спросил он. – И успокойся, никто не будет вас убивать!
– Я могу, все могу… только…
Антракс его не дослушал и обратился к графу:
– Надо изъять и уничтожить весь рапс немедленно. Скот, что его ел – изолировать или лучше сразу убить. Займитесь этим, а я попробую разобраться здесь.
– Вы уверены, что вам стоит заниматься этим лично? – мягко сказал граф.
– Мы все уже под угрозой, так что значения не имеет, кто этим займется.
В действительности он просто не мог остаться в стороне. В такие времена ему было проще знать, что он делает все правильно.
Пока людей осматривали и делили на две группы – тех, у кого уже есть черные язвы, и тех, кто, скорее всего, еще здоров, – королевские рыцари жгли целые ангары, где сено, зерно и рапс хранились вместе, а затем резали овец в свете рассветного солнца и огненных бликов.
– Лучше страшным буду я, а не эпидемия, – сказал Антракс графу, а тот согласился и просто выполнил приказ. Ему тоже казалось, что любые меры могут быть оправданны, если речь идет о страшнейшей болезни другого континента, которую здесь в Рейне еще не знали.