Отзывы о книге T

Прочитала до конца. Да, набралась терпения и продралась через все бредовые построения. Мысль как всегда одна-единственная на всю книжку.

Мир создается Словом. Есть писатель, который мир создает-пишет, есть читатель и есть герой. И на самом деле - они все едины. Все. Как только понял, что сам творец, - спасен. Сам себе Бог. А мешают человеку прийти к этой мысли - Эго-ум, "ложные личности", которые фантомами возникают в сознании и порабощают его, отвлекая, завлекая и совращая.

"... безграничная вечность забыла себя, отчаялась и плачет..." Да, уж.

Ну Такааааая неинтересная новая книжка у Пелевина, что я уже вторую неделю только о ней и думаю :)) Все выгребаю из сознания порожденные книгой аллюзии и реминисценции.

Тут вспомнился мне трактат про философию тольтеков от Дон Мигеля Руиса. Там все те же идеи про "ложный ум", про "Главного героя", в которого человек верит. Про то, что каждый человек пишет свой Рассказ. Про власть Слова.

Некоторые цитаты из Руиса.

Как только какая-то идея привлекает ваше внимание, рассказ движется в том направлении.

Не верьте себе, не верьте никому. Истина останется истиной, даже если в нее не верят.

Сейчас вы живете так, как живете, потому что верите в главный персонаж.

Главный вопрос - счастливы ли вы в своем рассказе?

И у Пелевина мне запомнилась фраза графа Т. - "Если это мой рассказ, то почему мне в нем так плохо?"

Я не говорю о плагиате. Но - не ново. Совсем не ново. И так мало художественных достоинств.

Стремиться ясно выразить дух - большое искушение /Людвиг Витгенштейн/

Замечательная книжка) Хотя тем, кто еще не сталкивался с творчеством Пелевина, я посоветовала бы сначала почитать Чапаева и Священную Книгу Оборотня. Как минимум) По началу кажется, будто автора попросили читать лекцию, и отказаться он не мог, но и читать не мог - стыдно же, ей-богу, такой херней заниматься.. И он из внутреннего протеста и в тайной надежде встретить единомышленника обстебывает все, начиная с себя и заканчивая читателем) Так матерые преподаватели вузов, уставшие уже чувствовать себя клоунами, не надеясь на понимание, отпускают на лекциях далеко идущие шутки. Ирония - тоже искусство равновесия. И предчувствуя за пару абзацев скользкую тему, задерживаешь дыхание, и веришь автору - я его сто лет знаю, он не налажает! И не удержаться от восхищения, когда да, он снова прошел по самому краю и не сфальшивил ни словом. И одного этого восхищения было бы уже достаточно, чтобы опять купить книжку и раздарить знакомым, но после трехсотой примерно страницы душа замирает, потому что автор, кажется, увлекается и начинает говорить стихами. Не теми стихами, которые пишут барышням в альбомах или читают друг другу вслух, меряясь глубиной духа. А теми словами, которые иногда приходят, когда очень нужно. Приходят, чтобы было во что завернуть пустоту. И страшно смутить эту неожиданную искренность. И пока вы в полной мере ощущаете неуместность мыслительного процесса, автор возвращается к прежней манере изложения, и вам уже снова весело от бесконечных параллелей, уводящих за горизонты смыслов. С такой веселой грубостью иногда разговаривают между собой очень близкие люди, для которых общая смысловая бездонность, а не взаимное поглаживание самолюбий является основным маркером "свой-чужой".

Еще много чего можно было бы сказать об этой книжке.. Но у меня проблема с мотивацией.. Пусть лучше кто-нибудь другой

Виктор Олегович, как всегда, бередит юные умы своими версиями истории этого мира. Как всегда, небезуспешно – умы таки волнуются, прислушиваются, берут на вооружение, дабы при случае блеснуть интеллектом в разговоре. Но после последнего романа возникло послевкусие того, что он выписался. Да, как всегда, завлекает. Да, как всегда, остроумно, полно фраз, которые претендуют на звание крылатых. Как всегда, вереница нетривиальных героев: цыган, оккультистов, да и главный герой с булатной бородой. Но… «Т» — это худший из прочитанных мной романов Пелевина, а не читал я только «Числа». Но худший из прочитанных еще не означает плохой вообще. Качество произведения определяется желанием дочитать его до конца, а оно пропало где-то после трех четвертей прочитанного, потому дочитал. Легкую улыбку вызывает появление в первой же главе Ясной Поляны, более того, это еще и оказывается имением графа Т., главного героя, что как бы намекает. Но Пелевин не такой дурак, чтоб считать такими дураками свою аудиторию, потому решает вскрыть карты в самом начале романа, наводя на мысль о неновой идее «бесконечного спуска» — роман о романисте, который пишет роман о романисте, который… Правда, в конце концов, спуск замыкается, и заканчивается опус точкой, а не троеточием. Вроде бы, ничего криминального нет, но периодически возникает чувство того, что тут-то ниточка повествования может и порваться, но автор героически выходит из положения, вводя в роман своих прошлых персонажей и идеи (которые не подвержены копирайту ). Например, когда появляется Василий Чапаев. Или переправа через замерзший Стикс (а-ля Условная Река Абсолютной Любви). Да и конец романа какой-то уж больно киношный вышел – такое себе творение д-ра Франкенштейна, победившее своего создателя, только вот на более высоком созидательно-деструктивном уровне – не просто уничтожить творца, а еще и вместе со всем его миром. Вообще, роман так и просит экранизации (давно бы уже хотелось увидеть какую-то попытку визуализировать Пелевина, но видимо не родился пока в Росси режиссер, который бы хотя осмелился на такую дерзость). Но, нужно отдать должное эрудиции Виктора Олеговича и его дару объяснять нетривиальные вещи простыми словами (чего только стоит объяснение идеи теории струн одним абзацем). Но то, чем славен Пелевин – пониманием умом России в данный момент времени, в этом романе, увы, получилось так себе. Неубедительно. Тем, кто еще не читал Пелевина можно посоветовать только одно – не начинайте с этого романа. Он лучше воспримется, если прочесть предыдущие вещи, в том числе и рассказы, повести и эссе. И тогда снисходительней можно отнестись и к этому. Но хотелось, чтоб марка держалась.

Пелевин это повод, зависимость и почти что суровая необходимость. Всё выходящее подвергается оценке часто в духе "в детстве мороженое было вкуснее", взгляд мол был свежее, шутки остроумнее, герои были - теперь нет. Как в одном из интервью сказал Лев Данилкин (в одном из двух своих интервью, ага :)) - задача автора видится в способности придумать метафору объективной действительности (как он же написал в рецензии - "спасибо, мы знаем, что в случае с Пелевиным это словосочетание следует ставить в кавычки"). Виктор Олегович все время занимается ровно этим - он придумывает метафору действительности. В книге "t" действительность буквально что закавычена - она представлена "текстом", прямой речью с вложенным списком цитирования. Со временем и понятие "текст" разворачивается в "текст, который пишут" и "текст, который читают", с выяснением - кто делает то и другое, один ли это объект, и в курсе ли объект - что он один и ответственен за сотворение мира. Что характерно, все метафоры для описания текста содержатся в нём же. И составная рыба, и стеклянная сфера, и марионетка с обрезанными нитками, которая от этого не перестает быть марионеткой. Стоит представить персонажа препарированной лягушкой с присоединенными электродами, которая хоть как-то существует только когда автор на свое усмотрение пропускает через неё ток, - и вот уже персонаж сам приходит к такому же выводу. Вертикальные сюжеты у Виктора Олеговича и раньше были, ну вот разве что теперь отсыл к другому произведению не эпизодичен. Мелькает даже мысль, что большая часть романа состоит из черновиков "Чапаева и Пустоты", разве что добавлена россыпь современных реалий и имён. Ну и использование широко известных узкому кругу названий, объяснение которых даже не изнаночно, а как-то и вовсе никогда-бы-не-подумано. Как было со "шлемом ужаса" из скандинавской мифологии, так, в общем, и с Оптиной Пустынью (Свято-Введенский ставропигиальный монастырь, но кроме названия автору больше ничего не понадобилось).

Странное чувство, я не знаю даже, что написать в качестве отзыва по горячим следам после прочтения. Такое, пожалуй, нечасто бывает. Если в целом и незатейливо — мне понравилось. Каждый раз открываю книги Пелевина с мыслью "как же я соскучилась". И по стилю, и по мирам, и по философии где-то между дзен-буддизмом по-русски и сюром. "t" не исключение. Это даже уже стало традицией: с первых же страниц не доверять происходящему на все сто. Таков уж Пелевин — за это и любим.

В "t" вообще прослеживаются многие традиции. Прямая сюжетная линия сначала изгибается, потом закручивается, завязывается в узлы, отражается, рвется и восстанавливается — а после автор вообще говорит, что никакой линии тут нет, тебя тоже нет, да и его самого никогда и не было. Ты же сидишь с книгой в руках, цепляешься за ускользающий сюжет и маячащий на горизонте Великий Смысл — и сам не понимаешь, что пляшешь под дудку пляшущего под дудку автора. А кто ж музыку заказывает? Так ты ж сам и заказал.