Картина третья
Одна из террас замка. Маленький Иньольд пытается приподнять каменную глыбу.
Иньольд. Ох, как тяжел этот камень!.. Он тяжелее меня… Он тяжелее всего на свете… Вон мой золотой мячик, между скалой и этим противным камнем, и я не могу его достать… Моя маленькая рука слишком коротка… а этот камень сдвинуть невозможно… Я не могу его сдвинуть, и никто не сможет его сдвинуть… Он тяжелее всего дома… словно у него в земле корни…
Вдали слышится блеянье стада.
О! О! Эти барашки плачут… (Подходит к краю террасы и смотрит.) Ах, уже солнце зашло!.. Маленькие барашки подходят, подходят… Сколько их!.. Сколько их!.. Они боятся темноты… Они толпятся!.. Они устали… Они плачут! Они плачут! И все-таки быстро бегут!.. Они уже на распутье. Ах, ах! Теперь они не знают, куда идти… Они больше не плачут… Они ждут… Некоторые хотят повернуть направо… Все хотят идти направо… и не могут!.. Пастух кидает в них землей… Ах, ах! Они пройдут здесь… Они слушаются, слушаются! Они пройдут мимо самой террасы… Они пройдут мимо самой скалы… Я увижу их вблизи… О! О! Сколько их!.. Сколько их!.. Они заняли всю дорогу… Теперь они молчат… Пастух, пастух, почему они молчат?
Пастух (которого не видно). Потому что это не дорога в хлев…
Иньольд. Куда же они идут?.. Пастух, пастух!.. Куда они идут?.. Он меня не слышит. Они уже далеко… Они идут быстро… Они не шумят более… Это уже не дорога в хлев… Где же они будут спать сегодня?.. О! О! Как темно!.. Я что-то скажу кому-то… (Уходит.)