Отзывы о книге Симон

Несмотря на то, что книга названа именем мужчины, она совсем не про него, точнее, не совсем про него. В романе Наринэ Абгарян Симон - это двоеточие, поясняющее четыре других женских истории, разделёнными запятыми жизненных обстоятельств. Книга предусмотрительно разделена на пять частей, каждая из которых - это история одной женщины, вошедшей в жизнь Симона и оставившего в ней след, а последняя глава досталась ему самому, где он из двоеточия превратился в точку.

Загвоздка в том, что Симон, одаривающий любовью других женщин, пожадничал этим чувством к собственной жене. Именно поэтому многие рецензии осуждают факт измены, а скорее, романтизацию измены. Однако в данном случае очень трудно оставаться праведником и однозначно осуждать факт такой очевидной супружеской измены, потому что Симон появился в жизни тех женщин тогда, когда они потеряли надежду на светлое будущее, веру в любовь или даже просто в позитив любой степени. Он, «клинический бабник», вызвал у каждой «молниеносное чувство тождественности», как опишет его Софья, легкомысленно выскочившая замуж, лишь бы только надеть красивое свадебное платье. Он пришёл, увидел женскую проблему и победил её своим неравнодушным участием. Именно поэтому совершенно невозможно клеймить его позорным словом изменник. Жизнь далеко не чёрно-белая.

..именно из таких печальных, радостных и полных страдания дней и складывается вся человеческая жизнь

Как бы ни болело сердце за каждую нелегальную «подругу» Симона, но значительная часть их несчастий стала результатом их неправильных решений. Другая была вызвана давлением общества и/или семьи ну и напоследок мужиками, с которыми они вступили в отношения. Мне каждая «бабская доля» показалась очень правдивой. Будто я сидела на кухне с Сильвией, Элизой, Софьей, Сусанной, да и Меланьей тоже, слушая их истории, разливая чай, без конца подогревая чайник и пытаясь подсластить их участь шоколадной конфеткой и заначенным клубничным вареньем.

Наринэ Абгарян удалось вместить в одну книгу несколько непростых историй, которые тянутся на протяжении более полувека, но при этом избежать скомканности или, казалось бы, такой закономерной, обрывочности сюжета. Всё аккуратно уложилось в красивый узор.

Когда Симон отправляется к праотцам, ему не за что было извиняться, поскольку он прожил длинную, честную, достойную уважения жизнь. Это понимают даже те женщины, которых Симон собрал в одном месте - у своего гроба. Это не американская Санта-Барбара, не индийский Болливуд и не бразильские тропики. Это маленький ереванский городок, где все в общем-то одна большая семья, у которой всё общее - и радость, и горе. Это особая среда обитания, в которой случился мужичок особой породы - любвеобильный, сердобольный, старательно прячущий от остальных золотой нимб, потому что он не ждёт похвалы или одобрения, он знает, что обладает даром — даром не только «лечить здания», но и души людей…

Симон не просто обогрел ей душу, он обладал редким утешительным качеством, свойственным только детям и старцам. В его присутствии странным образом отступали призраки прошлого, и порой достаточно было одного его прикосновения, чтобы успокоилось сердце и развеялась тревога

Скажу сразу, книга написана неплохо. У автора свой, довольно метафоричный стиль, у нее сочные и яркие описания армянского городка (хотя в этот раз различные "заполошенные" метафоры начали надоедать уже ко второму рассказу), но у меня совсем разное с автором мировосприятие. И есть вещи, которые я считаю плохими и безнравственными, например, супружеская измена. Поэтому мне претило желание Абгарян описать обычный мужской загул, как миссию благородную. Мне было неприятно, как Наринэ описывала жену. Видите ли, истерики она устраивала. А еще тащила хозяйство не себе и воспитывала детей, когда муж бегал чужих баб исцелял. Ужасная женщина, что тут скажешь. Идея, что сделать счастливой несчастную женщину может только мужская постель мне тоже не близка. Поэтому буквально к третьей главе стало очевидно, что мы не совпали с автором по всем фронтам.

В большом количестве рецензий я читала о том, что эта книга добрая и светлая. У меня только один вопрос: "Все оценившие книгу как шедевр, хотели бы себе такого мужа как Симон?" Убивали и двойные стандарты. Мужчина, который изменяет жене с одной - плохой. Он обидел героиню. Симон, который гуляет всю жизнь - хороший. Он всем помогает. Второе, что отмечается во многих рецензиях, - жизненность книги. Я верить перестала еще с первой спасенной женщины. Дочь, которая увидела мать впервые в 20 лет, приехала рожать к ней. Да еще и обещает не общаться с отцом, который, как бы там ни было, ее воспитал? Вообще не верю. Почему, кстати, Сильвия не поехала ни разу к девочке, когда та уже подросла, я тоже не поняла. Но это была единственная история, где еще хоть как-то можно было понять адюльтер. Дальше все становилось только хуже. Нет, автор, конечно, молодец, на случай переводов книги она нам описала прекрасную солнечную Америку в противовес ужасному СССР. Даже добавила не понятно зачем ненужные пару абзацев с ЛГБТ (прямо качественный европейский автор), но лучше б больше внимания удалилось перечитыванию текста. То Софья никогда не брала помощи, то ей много лет помогал Симон. То я никогда не изменю мужу, то "он коснулся пальцами ее шеи" и все пропало. А уж рациональность телеграммы вообще выбила меня из колеи. Эта полоумная опозорила мужа, испортила жизнь дочери (правда, автор решила сгладить этот момент и написала, что Василиса не обращала на разговоры внимания) и я вообще не поняла ЗАЧЕМ? Что мешало просто написать, что нужно поговорить? Это я уже молчу о том факте, что она еще и на жену смотрела свысока. Или история женщины, которая даже детей никогда не обнимала, потому что муж сказал, что она неприятно пахнет. Ну бред бы! Какую нормальную мать это бы остановило? Как бы то ни было. Симон всех спас своей типа любовью. И в финале нам рассказали еще раз, что эту он любил больше всего, а к этой вообще б ушел, а та была особенной.. Жена, все так же змея, которая женила его на себе. Нехорошая женщина. В общем, если для кого-то это книга про жизнь, очень сочувствую. Наверное, мне просто повезло с кругом общения.

В маленьком армянском городе Берд, не дожив до своего семидесятидевятилетия, умирает кровельщик Симон – душа компании, отец, муж, дед, прадед, любимец женщин. Последних в его жизни было много, и четыре самые значимые, - за исключением жены Меланьи, - пришли проводить его в последний путь. Четыре самые значимые пассии (хоть сам герой и не любил этого слова) – Вдовая Сильвия, Элиза, Софья, Сусанна. Всех он встретил в самый тяжёлый момент их жизней, всех спас, всем дал кусочек счастья... Отщипнув эти кусочки, однако, от возможного счастья Меланьи.

Но об этом чуть позже.

Мне однозначно понравилось, что эта книга наполнена Арменией. Дух, рельеф, культуру родной земли автор изображает так объёмно, что кажется, будто я перенеслась в это маленькое местечко в горах, слышу голоса тех людей, окликающих друг друга по непривычным мне именам, чувствую запахи диковинных лакомств. Я совершила этакое маленькое мысленное путешествие в далёкую закавказскую страну, в разные эпохи её жизни, и само это путешествие мне понравилось.

А вот сама история Симона и его любимых (правда ли любимых?) женщин мне совсем не по душе пришлась.

Когда я читаю подобные книги, я чувствую, что меня обманывают. Я знаю, что мир не чёрно-белый, он многоцветный, и для всех его оттенков не хватит названий. Но когда тёмное называют светлым, а белое – грязно-серым, почти тёмным – это подмена понятий.

Всех женщин Симона объединяют две очевидные, сразу бьющие в глаза вещи: они были несчастны до встречи с ним, а после встречи возродились к жизни. Затем выявляются следующие сходства: несчастное детство, скоропалительная свадьба, предательство собственного тела, неграмотные в интимном вопросе, бестактные, подлые мужья (за исключением одного), жестокие, безжалостные свекрови (кроме свекрови Элизы), трудно выстроенные отношения с детьми. У меня сложилось впечатление, будто три судьбы – это три варианта Вдовой Сильвии, но никак не самостоятельные жизненные пути. Все четыре героини возрождаются из пепла с возникновением в их жизнях Симона, тяжело переживают с ним расставание и вспоминают, как самое счастливое время. В самом деле, судьбы героинь сложны, и, пожалуй, можно им поверить – счастья у них было немного, больше лишений и горечи, потому и связь с женатым мужчиной могла сойти за это самое счастье, потому они и не думали, насколько порядочно поступают, связываясь с Симоном, потому что в их состоянии вряд ли можно было и думать, и чувствовать.

Сам же Симон вызывает большее отторжение. Я не вижу в нём не то что спасителя, даже хорошего человека. В конце книги, в магически-реалистической части, посвящённой его наблюдениям за собственными похоронами, он говорит, что сам спасался связями с этими женщинами, иначе бы сошёл в собственной семье с ума. Так кто же просил его жениться на Меланье, отравлять ей жизнь? Чем заслужили его дети склонение отцовского и материнского имён во всех падежах? В эпизоде курортной связи раскрывается его истинное отношение к женщинам – потребительское. Все слова, которые преподносятся как целебные, таковыми видели только его любовницы: опустошённые, выпотрошенные лишениями, оскорблениями, выкидышами, насилием, они любой приветливый взгляд, любое доброе слово воспринимали как намеренную поддержку. А Симон говорил, что думал в данный момент, чтобы с известной целью расположить к себе женщину. Одной, многажды униженной бывшим мужем, сказал, что она пахнет мёдом; другую, лишённую ребёнка, просто выслушал; третью выслушал и начал целовать, четвёртую приютил. Симону нужно было от женщин немного: их тела, восторженные взгляды, еда, чистая и тёплая постель, чистая одежда, уютный дом. Было бы ему нужно больше, Меланья не стала бы его женой: Симон не побоялся бы взять в жёны свою поруганную первую любовь, не испугался бы досужих пересудов. Но ему было удобнее жить с нелюбимой женой, ходить по другим женщинам на глазах у всего городка, позорить её, и вместе с тем пользоваться её заботой, трудом, телом. Однако пошлая супружеская неверность, подлость преподносятся как проявления благородства, великодушия, доброты.

Зато Меланья, бедная жена, изо всех сил выставляется глупой, истеричной, мелочной мегерой, только скалки в руке не хватает. Как смешно она бьёт посуду, «вынося мозг» (да, именно так) законному мужу за очередную связь! Как подло она поступает, идя жаловаться на любовницу к её начальству! Хотя я бы сказала, не совсем справедливо: любовница ей никто, величина переменная, а жаловаться уместно на мужа, ведь он ей клятву верности давал и обязан заботиться о семье, а не подживать в домах посторонних женщин. Но Симона, горячо любимого, Меланье жалко, и вообще:

«Она впервые оказалась в роли не заслуженной страдалицы, которой сочувствовали и сопереживали, а стороной будто бы лишней и даже неуместной».

Вот так – ироническое «заслуженная страдалица» по отношению к женщине, которой с завидной регулярностью изменяет муж, будто её проблемы исключительно надуманные. Меланья преподносится как взбалмошная, истеричная, бестолковая женщина, с которой невозможно спокойно, комфортно жить. Меланья плохая

«Симон» вместо обещанной трагикомедии представляет романтизацию измен и грандиозную подмену понятий. Встречаться с женатым плохо, но если ты несчастна, то можно. Если мужчина изменяет жене с одной любимой, красивой, необычной женщиной, он подлец, но если изменяет с несколькими, утешая их, то он святой. Если жена возмущается поведением неверного мужа, требует прекратить измены, она «выносит мозг», «заслуженная страдалица» и вообще плохая. Пусть я ограниченная, косная ханжа, но я такого принять не могу.

Не судите да не судимы будете. Есть мужчины, которые любят женщин. Нет, не в смысле флирта или секса. А любят в каждой женщине Женщину. И умеют эту любовь дарить. Ту любовь, от которой тает холод кажется уже в навсегда замерзшем сердце, от которой разглаживаются самые горестные морщины, от которой заново вырастают крылья. Симон именно такой уникальный мужчина. Но вот с миром я его отпустить никак не могу. Потому что не могу простить Сусанну. Ну а Меланье тем более. Поэтому и сочувствия у меня к ней ноль. Каждый получает то, что заслуживает. И сколько не бей щербатые тарелки, сколько не выбрасывай за окно нестираную одежду мужа, любви не прибавится.

Сердце как будто чувствовало, что не стоит ввязываться в эту сомнительную историю. Но я решила идти наперекор всему! И каков результат?! Соседи закупили огромную партию берушей, чтобы не слышать больше мои вопли от чтения данной книги!

Как бы аннотация предупреждает, что произведение будет про похотливого мужика, наконец-то преставившегося. К нему пришел целый гарем баб, который он обслуживал всю свою сознательную жизнь, чтобы попрощаться.

Даже цитата есть, которая описывает Симона с ног до головы:

«Где он там кого спасал? Сам, как мог, спасался. Если бы не они, ну и еще ДЕСЯТОК-ДРУГОЙ мимолетных, ничего не значащих связей – рехнулся бы с концами.»

Рехнулся бы?? Скорее, это угрожало мне))

И это мы ничего толком про его детство и школьные годы не знаем! Я в крайней степени бешенства!

В целом произведение написано довольно неплохо, я особо не спотыкалась, когда читала, но вот этого «сочного, медового» языка не случилось, как было с Мариной Степновой. Местами мне даже казалось, что некоторые описания были излишни и отвлекали от основной сюжетной линии.

Одну звезду я сняла только за то, что данная книга точно не войдет в список моих любимых произведений. Потому что на дух не выношу:

+ изменщиков, которые прикрываются природной предрасположенностью;

• слабаков, которые уныло ведут свое существование и постоянно ищут кого-то в этом виноватых.

  А здесь - комбо! Симон со своей «котовьей натурой» и целое стадо несчастных баб, которых он приголубливал в моменты их самых тяжелых душевных метаний.

  У меня нет расположенности и сочувствия ни к одному персонажу. На протяжении всего произведения я пыталась зацепиться хоть за кого-нибудь! С более-менее сильным характером и какими-то целями в жизни! Но неизменно напарывалась на одну и ту же истину в последней инстанции:

  «Баба должна рожать! Вот только появилась на свет, чуток оклемалась и срочно ее замуж и оплодотворять немедля!! Чтобы опять рожала эта матрешка!» - это моя цитата, если что)

  При этом про мужиков сказано следующее:

  «А женится он или нет – дело двадцатое, жив – и на том спасибо.»

  WTF???

  А вот цитата автора, которая просто воспламенила во мне вселенский гнев и обрисовала образ женщин:

  «хороша та жена, которая вкусно накормит и вовремя скроется, чтобы не мозолить своему мужу глаза.»

  Как вам такое?) Мужик – великомученик! Это он, бедняжка, мучается месячными, беременностью, родами, выкидышами, домашним хозяйством, готовкой, лечением домочадцев, еще и работать успевает, жертвует своим здоровьем, телом, личным временем, красотой!

  Но это еще что! Далее приведу вам потрясающую характеристику морального облика мужика:

  «Всякая привязанность у мужчины длится до той поры, пока под боком не оказывается любящей и преданной жены.»

  Что это за бред?? Как такая фраза может употребляться в этом произведении?? Она вообще с Симоном не работает! Кобеля ничто не остановит!!

  Рядом со мной начинает воспламеняться мебель! Следующая очередь за ковром. Но я должна дописать эту рецензию!

  Если что, речь идет про 20 век. Скорее всего в ряде семей неславянского типа возможно и остался безоговорочный патриархат, где надо прислуживать мужу, как монарху, а тебя, бабу такую, ни во что не ставить. Но так как я все-таки выросла в семьях иного толка – мне это дико и ужасно раздражает.

  Я бы вот просто взяла бы сковородку, и как съездила бы по морде мужику, который каждый вечер к сторонним бабам бегает. Прям вот хорошенько его бы приложила. Чтоб не повадно было.

  (самый безобидный способ перевоспитания, у меня их еще припасено штук 5-7, но здесь не могу их озвучить, боюсь задеть чувства сильно впечатлительных людей.)

  Тут же принято просто опустить глаза и ничего не замечать.

  Книга вызвала во мне бурю чувств и эмоций, скорее всего автор добилась желаемого эффекта, гораздо страшнее, когда книга вообще не вызывает никакого отклика. Но здесь такое не прокатит.

  Читать или нет – решать Вам. Но я не готова «Симона» кому-то советовать.

  P.S. Мое отношение к книге во время чтения:

«Сейчас, пытаясь найти выход из создавшегося положения, Элиза испытывала ровно те же ощущения, будто наблюдала в замочную скважину нечто отвратительное и одновременно влекущее.»

Привыкла, что книги Абгарян, издаваемые в этой серии, сразу приятно обволакивают, так, что даже самое горькое и болезненное кажется правильным – необходимой частью жизни. Даже военная «Дальше жить» начиналась комфортнее, чем «Симон» - этот сразу бьет под дых неожиданным выпадом. Не стеклищем, которого можно бы ждать от автора вообще и от книги про прощание с любимым многими мужчиной в частности, а напротив – комичностью, хулиганством каким-то, абсолютно не увязывающимся с темой.

Но если пережить эту шокотерапию, начинается погружение в море, которого в Берде быть не может, но кажется, как будто все-таки есть. Соленое море, в котором немало слез, но иногда оно бывает ласковым и теплым, и тогда кажется, что мир – это сплошное счастье.

Наверное, роман не войдет в число любимых из-за тригерной темы (а может, все-таки войдет – надо еще уложить и осмыслить), но прочитала с огромным удовольствием, это точно.

Сильвия, Элиза, София, Сусанна, Меланья. Пять женщин, которых Симон, известный в народе своими амурными делами, любил каждую по-своему. Спустя много лет все они встречаются на похоронах Симона.

Эта книга безжалостным трактором проезжается по твоему сердцу, а потом помогает собрать разбитые кусочки. Я искренне не знаю, как автор творит такое волшебство буквально несколькими фразами. Мы узнаем истории сильных женщин с тяжелыми судьбами, для которых любовь стала ключом к спасению. Сильвия столкнулась с безграничной жестокостью, Элиза с предательством, София с выкидышами, а Сусанна с изуверством патриархата. Симон и его возлюбленные помогали залечить друг другу душевные раны.

Армянский быт влюбляет в себя. Личные границы стерты подчистую, все друг для друга - одна большая семья. Случись у кого-то беда, весь город встанет на уши, но поможет. Само собой, это идеальная среда для сплетен и предрассудков, но каких-то добродушных что ли. Это люди очень широкой души, все говорят напрямую, если любят, то до глубины души, если ненавидят, то всем сердцем.

Мне книги Наринэ Абгарян по-хорошему очень напоминают Фредрика Бакмана. Тот же уют, доброта, любовь, тепло и смех с привкусом пепла. Такова жизнь, в ней есть взлеты и крайне болезненные падения. И только любовь способна поднять человека со дна.

Я всегда упивалась прозой Н.Абгарян. С жизнями героев ее прозы я сроднялксь и жила с ними в сердце! За каждого героя переживала как за родного! Но не в этот раз, совсем не в этот.

О «Симоне» столько говорили как о пронзительной трагикомедии с каким-то необычным героем, но по факту я не увидела здесь ни трагикомедии, ни «необычного» героя.

Плюсы «Симона» в том, что этот роман легко прочитался, и в мимоходном, но ярком изображении быта и нравов маленького армянского городка, где развернулись события. Сюжет двуплановый, несложный, обыденный и бытовушный. В настоящем на похороны каменщика Симона, в молодости бабника и балагура до конца жизни, пришло много людей, в том числе и четыре его любовницы. В прошлом - воспоминания его любовниц о том, в которых их любовник исключительно спаситель и целитель их душевных ран. Спасал и исцелял Симон недолгими связями, во время которых вёл себя как гулящий женатый мужчина - выслушивал, жалел, говорил комплименты, жил с ними. Каждая из женщин после этой связи, погоревав из-за разрыва с этим шикарным мужчиной, находила силы жить новой, лучшей жизнью. На мой взгляд, все эти женщины спасли себя сами, а Симон был подтверждением того, что они способны нравиться мужчинам и быть хоть кому-то нужными. Сомнительно, конечно, с точки зрения нравственности, ведь Симон всё же женатый мужчина, но поверьте - в масштабе того, что творит женатый мужчина со своей семьёй, когда на глазах у всей большой деревни шляется по посторонним женщинам, это мелкая пакость шкодливых детишек.

Весь роман - подмена понятий и двойные стандарты. Любовницы представляются несчастными, одинокими, сломленными, Симон - великодушным, добрым, любящим (всех, кроме жены), а его жена Меланья - недалёкой, глупой истеричкой. Надо же, она на глазах у всех соседей гоняла Симона, закатывала ему истерики, била посуду, «выносила мозг». Ну вот не за что было выносить мозг мужу, согласна, хороший левак ведь укрепляет брак, да, мужская природа, всё такое. Вообще складывается впечатление, что на эту несчастную, опозоренную, стократно высмеянную соседушками Меланью возлагается ответственность за лёгкое поведение её мужа. В конце становится понятным, почему жена главгероя преподносится именно такой, но по факту все вопросы только к Симону, ведь он был уже взрослым, самостоятельным мужчиной, и женитьба на этой женщине была целиком и полностью его выбором. В чём двойные стандарты? Многократные измены Симона - спасение и благо, а измена Тиграна - подлость (внезапно!) по отношению к жене. Элизу, обманутую жену (снова внезапно!), заставляют жалеть, потому что она с детства не знала любви, не очень красивая, невзрачная, плохо одетая, очень любит Тиграна, который на глазах у всего Берда путается с чужой женщиной (ещё внезапнее!!), а женой брезгует. Меланью, тоже любящую, не очень красивую, тоже обманутую и опозоренную, высмеивают и выставляют виноватой; она «заслуженная страдалица», которая питается жалостью к себе, но окружающие над ней только смеются. София, которая изменила любящему мужу с женатым мужчиной, потому что родить не могла, выставляют несчастной и заслуживающей жалости. Шушан, тоже красивую, незаурядную, умную, тоже замужнюю и тоже изменившую мужу с любимым, который женат на другой, уже так не жалеют. Видно, чтобы удостоиться жалости и поддержки, надо быть очень несчастной или весёлым, лёгким на подъём балагуром, ведь что позволено таким, то не позволено другим (ауф).

Я так и не поняла, в чём тут комедия? Если понимать комедию как то, над чем можно посмеяться, то смешного тут вообще ничего нет. Мужик сам женился на презираемой женщине, обвинил её в своём душевном дискомфорте, но пользовался её трудом, телом (дети ведь были), обустроенным домом и с огоньком позорил перед односельчанами. Истории любовниц тоже ни на грош не смешны, хотя их тяжёлые жизни их ни капли не оправдывают. Куда смеяться? В сцену, где Меланья орёт и бьёт посуду, или где Бено треснул Симону за то, что он вытворил с его женой? Если понимать комедию, как что-то, высмеивающее человеческие пороки, тоже мимо. Высмеивается здесь только униженная жена, живущая в эпоху крайне нежелательных разводов, а измены и жизнь с женатым мужчиной, кажется, не порок. Или обманутый муж с разбитым сердцем, который так прикольно втащил в жбан (извините) любовнику жены, но потом они все помирились.