Акт 3.3. Будь настороже
Молчание за завтраком сопровождалось звоном ножей и вилок. Пока его не нарушил голос Рей:
– Нарона, как считаешь, по силам ли тебе одолеть Эрнетта в кулинарном поединке?
Ключник сердито фыркнул, мечница всерьёз призадумалась.
– Маловероятно, леди Сайлорс. Мои познания в данном ремесле весьма скудны.
– По-моему, ты себя недооцениваешь, – не согласилась Рей. – Следующий вопрос к тебе, Эрнетт.
– Не «к тебе», а «к вам». Если опять про мою готовку…
– Убийство Зарсии Лагналирос. Почему об этом нет никаких сведений?
В воздухе повисло напряжение. Эрнетт побледнел так, будто заметил в столовой призрака.
– Понятия не имею, – наконец буркнул он. – Я тебе не справочник.
– Что за бесполезный человек, – без капли жалости пропечатала Нарона.
Зал библиотеки, обычно безжизненно тихий, гудел под ударами барабанящего ливня. В вечернем небе громоздились тучи, ветки деревьев гнуло под сносящими ураганными порывами.
– Леди Сайлорс, вы пропустили свой обед.
Прогремел раскат грома. Рей, наблюдавшая за растекающимися по окну водяными кляксами, подпрыгнула на месте.
– Ёлки-моталки!
– Прошу прощения, леди Сайлорс, – Нарона опустилась в извиняющемся поклоне.
– Ничего… страшного.
Страшно, и даже очень!!
– Ах да, обед. Пожалуй, воздержусь, мой желудок объявил забастовку, – из Рей невольно вырвался мечтательный вздох. – Прошлой ночью мне приснилось, как запеканка вдруг превратилась в мясо с картошкой. Лучше бы я не просыпалась…
Пепельные глаза мгновенно просияли решительным огоньком.
– Поняла, – отчеканила Нарона. – Будет исполнено.
– Что? Стой, погоди, на улице же льёт как из…
Мечницы и след простыл.
– …ведра.
Какое-то время Рей терзали сомнения. В итоге она махнула рукой.
Располагай я выбором, всё равно бы носа наружу не высунула.
Однако на этом проблемы не закончились. Настежь открытое окно в её спальной комнате болталось туда-сюда, явно не намеренное останавливаться.
– Ну же, – Рей придавила его руками, но в ответ, словно насмехаясь над её потугами, обрушился вдвойне мощный шквал ветра.
Бум! Бац! Бряк! – последовала череда звуков.
– Что стряслось?! – с криком забежал внутрь Эрнетт.
Пол, залитый водой и кровью, разбитая ваза и раздражённая физиономия Рей – такая картина предстала пред его взором.
– Сам не видишь? Отдохнуть прилегла. Желаешь присоединиться?
– Тц, меня точно жизнь покарала, сведя с этой девчонкой.
Подвал, защищённый от завываний ветра, внушал чувство безопасности и едва ли не уюта. Когда раны на руке коснулась смоченная вата, в тишине скрипнул содрогнувшийся стул.
– Ну как, больно?
Рей скептически поглядела на ключника.
– Нет, приятно. Убедись лично, если не веришь, там ещё полно осколков валяется.
На что тот отреагировал удивительным образом – выдохнул с облегчением! – и аккуратно возобновил обработку дезинфицирующим средством.
– Ну и хорошо, а то я было подумал, что ты боли не ощущаешь, от шока.
– Меня пробрало, не волнуйся.
– Я волнуюсь, потому что вынужден заниматься подобными вещами задаром! А доктор Блавейт тебя бы в лёгкую подлатала, и царапины не оставив.
– Эссализация восстановления?
– В точку. Смотрю, ты неплохо освоилась?
– Светскую беседу поддержать в состоянии.
– Я не о том, – Эрнетт неловко замялся. – Как ты, ну, в целом?
Его беспокойство показалось Рей искренним, по крайней мере, до той степени, чтобы взамен быть искренней хотя бы наполовину.
– Признаться честно, не уверена ни в чём и ни в ком, даже в себе. Иногда реальность кажется совсем нереальной, точь-в-точь как в одном из живых снов…
– Что за живые сны?
– …
– Что. За. Живые. Сны. Я жду, но моё терпение на исходе.
Проклятие, у меня вместе с кровью последние мозги вытекли!
Выслушав её, Эрнетт, всё так же нахмуренный, завязал бинт и кратко вымолвил:
– Ясно. Больше об этом не болтай.
– Ты… не собираешься докладывать императору или канцлеру? – пролепетала Рей.
– Зачем их напрасно тревожить? Вот разузнаем что-то конкретное, там и видно будет.
А этот чурбан не так ужасен, каким представляется.
– В таком случае, надеюсь на ваше сотрудничество.
Теперь настал черёд Эрнетта выпучить глаза.
– Ты что, сейчас ко мне на «вы» обратилась?
– Сам же, кхм, в смысле, сами же просили так обращаться. Считайте, это моя плата за лечение. Не люблю быть в долгу.
Впервые в фирменном фырканье ключника не было слышно ни единой ворчливой нотки. Скрыв счастливую ухмылку за занавеской, он с деланным безразличием бросил:
– Говори, как раньше. Меня раздражает, когда мне выкают.
– Эй! – чуть не упала со стула Рей.
Общими усилиями они разобрались с беспорядком в её спальне, правда, Эрнетт принял помощь не без сопротивления.
– Леди Сайлорс, что с вами произошло?!
Молния осветила силуэт вымокшей до нитки Нароны. Её глаза изумлённо расширились.
– Пустяки, просто царапина, – отмахнулась Рей. – Эрнетт меня подлатал, а потом и за окно неисправное взялся. Оказывается, зря мы порицали его за тягу к безделью, труд ему только в радость.
Красноречивое фырканье выразило протест. В отместку за утренний эпизод Эрнетт не удержался от остроты:
– И кто из нас бесполезный?
Но Нарона его проигнорировала и с отчаянием рухнула на одно колено.
– Мне нет прощения, леди Сайлорс. Я приму любое наказание.
– Да-да, обязательно, но сперва переоденься, а то просту… замараешь едва отполированный пол.
– Поняла, леди Сайлорс, будет исполнено, – отчеканила Нарона. – Но прежде принесу покупки для вас.
– Я и сама могу…
Мечница метеором вылетела за дверь.
– …забрать.
Бамс! – Эрнетт со злостью стукнул по строптивому окну кулаком и спросил, не оборачиваясь:
– Ты что, отправила её в такой ливень? Бессердечная.
– Да я не… – Рей махнула рукой. – Да, отправила. Какие-то претензии?
Аромат жареного мяса и сваренного картофеля вмиг пробудил в ней аппетит. Причём порции хватило бы накормить десять Рей, а то и больше.
– В одиночку мне с этим не справиться.
Пока Эрнетт уплетал за две щеки, а Рей воевала с ним за лучшие куски, Нарона, уже обсушенная, продолжала сокрушаться:
– А ведь вы пытались меня остановить, леди Сайлорс.
Послышалось сдавленное хихиканье.
– Да ничего я не пыталась…
– Моя ошибка не стоит вашей жалости, леди Сайлорс! Вы отдали чёткий приказ, а я, хоть я и вняла ему, посмела ослушаться. Впредь подобного не повторится.
Смех Эрнетта перешёл в заливистый хохот. «Отправила она, вот умора!» – гигикал он, хватаясь за живот. Рей взирала на его потеху с каменной миной, хотя её чуть подёргивающийся глаз свидетельствовал о возможной нервозности.
Но от той не осталось и воспоминания, когда окно встало на место и в комнату возвратилась нормальная температура. Ключник с важным видом отряхнул ладони.
– Поздравляю, мистер Валлертон, сегодня вы преуспели, – легонько поклонилась Нарона.
– Хах, наконец-то ты это призна… – Эрнетт забавно сморщил нос и оглушительно чихнул.
– Это не к добру, – мрачно предрекла Рей.
На следующий день, в то время как птички весело напевали песенки, а солнышко очищало дороги от луж, хозяин подземного склепа Сифесты лежал в постели с простудой. «И что нам с ним делать?» – читалось в двух устремлённых на него взглядах.
С момента, как Рей сообразила холодный компресс, а Нарона приготовила несложный травяной отвар, дело не сдвинулось с мёртвой точки. Потому как в лечении обе они были ни в зуб ногой.
– Оставьте меня в покое, – простонал ключник и с головой закрылся одеялом.
Вопросительный взгляд Рей: «Сражаться или капитулировать?».
Уверенный взгляд Нароны: «Сам оклемается… то есть подчинимся воле пациента, леди Сайлорс».
Их единодушные взгляды: «На том и порешили».
– И всё-таки, нехорошо больному голодать, – вздохнула Рей на лестнице. – Как-никак, я обязана отблагодарить его за окно.
– Можете положиться на меня, леди Сайлорс, – торжественно заявила Нарона. – Мы поставим мистера Валлертона на ноги.
В результате получасовой рецепт лечебной каши занял у них два часа, кухня превратилась в побоище, а то, что должно было получиться кашей, напоминало скорее клокочущую массу, доставленную прямиком из ада.
– Что-то определённо пошло не так, – нахмурилась Рей.
– Внешние данные блюда не так важны, главное – вкус и питательность, – невозмутимо отчеканила Нарона.
К счастью, не мы участвуем в проверке на эти качества.
Интуиция Эрнетта отлично срабатывала в минуты, чреватые смертью. Он чувствовал опасность, исходящую от тарелки, видел угрозу в невинных лицах хозяюшек. Но, цепляясь за остатки гордости, отважился на риск.
И всего одна ложка заставила его об этом пожалеть.
– Вы убить меня хотите?! – завыл ключник, отплёвываясь.
– Как странно, – удивилась Нарона. – Я неукоснительно следовала рецепту.
– Специально мне отраву подсунула, да?
– В поваренной книге базового уровня таковые отсутствуют. Негоже судить по себе и причислять другим людям мошеннические помыслы.
– А как быть с нашим ужином, Нарона? – напомнила о себе Рей.
– Что скажете о запеканке, леди Сайлорс? Если мистеру Валлертону она была по плечу, то и нас ждёт успех.
Предлагаешь коллективное самоубийство устроить?
– Почему бы вместо этого тебе снова не посетить рынок?
– Путь до рынка не близок, я не могу столь надолго покинуть вас, леди Сайлорс, – безапелляционно отрезала Нарона. – Тем более, когда мистер Валлертон в таком состоянии.
«Я в таком состоянии из-за вас!» – кричал разъярённый взгляд Эрнетта.
– Придумала!
В воздухе закрутилась чёрно-сиреневая субстанция, забрав с собой служащую императора.
А что, и так можно было?!
– Мне казалось, ей разрешили использовать эссенцию только в экстренных случаях.
– Этот случай – самый что ни на есть экстренный, – буркнул Эрнетт.
После традиционного визита в библиотеку Рей застигло врасплох редкое зрелище: Нарона, облокотившись головой на спинку стула, сопела с несвойственным ей умиротворённым видом.
– Ты, никак, надеялась, что я тут душу испустил?
В смеющихся глазах Эрнетта отразилась Рей с пледом в руках. Та резко отстранилась от мечницы и присела на краешек кровати.
– Как жаль, что мои надежды не оправдались. Похоже, каша сотворила чудо, вытащив тебя с того света.
– Как раз она меня туда чуть не затащила! – ключник состроил вымученную гримасу, но с его посвежевшего лица спала метка хвори. – Не хватало ещё учеников заразить. Плакала тогда моя зарплата.
– Как заботливо с твоей стороны, – поддела Рей.
Ключник фыркнул.
– Эй, помнишь, ты спрашивала о Зарсии Лагналирос? – вдруг произнёс он серьёзным тоном. – Тебе известно, чем она заслужила дурную славу?
– Намекаешь на обратную эссенцию? Ту самую, на которую наложили официальный запрет?
– Верно. Хоть Зарсиа и проводила исследования, в них не было злого умысла, всё, что она делала, так это читала умные книжки. И всё равно её ненавидели и презирали, называли ведьмой, демоницей. Я также её сторонился, о чём теперь очень жалею…
На лице Эрнетта застыло отрешённое выражение.
– Существует один преступный семейный клан, считающий своим долгом избавлять мир от грязи. Наречённые чистильщиками, они из поколения в поколение чинят самосуд, руководствуясь идиотским уставом. Целью этих психов стала Зарсиа, именно они её убили.
Пауза прервалась тяжёлым вздохом.
– Фамилия этого клана – Валлертон.
Рей поморгала, как при замедленной съёмке.
– Значит, ты…
– Я сбежал из дома ещё подростком и, бродяжничая, однажды загремел в изолятор за то, что набил морду члену имперской семьи. Император Клодет заинтересовался моей эссализацией и пригласил меня в гвард-группу, – Эрнетт тепло улыбнулся. – Император – необыкновенный человек. Желая отблагодарить ему преданной службой, я добился звания командира.
Командир? Он? Остановите Землю, я сойду!
– Но после той ночи, ночи убийства Зарсии, мой секрет каким-то образом раскрыли. Меня обвинили в сговоре с чистильщиками, дворяне настаивали на моей казни. Император рискнул всем, чтобы мне смягчили наказание, однако я потерял то, что дороже жизни и свободы – доверие Реллума. Минули годы, и император пожаловал мне должность в академии. Многие, конечно, выступили против, но предъявить им было нечего, да и незачем.
– А как же способность профессора Гронбелл?
– Гронбелл в то время не работала на императора. У её силы есть ограничение, она может проверять информацию, срок давности которой максимум пять лет.
– Вот оно как.
Они оба надолго замолчали, попав в плен сложных дум.
– Выходит, тебя втоптали в грязь не на основе улик и фактов, а из-за неудачного происхождения? – подвела итог Рей.
– Вовсе нет, я получил по заслугам, – горячо возразил Эрнетт. – Будучи командиром, я не сумел спасти жену императора, и этот грех мне вовек не искупить.
– Продолжай верить в это, если тебе так легче, – отчего-то разозлилась Рей, – но как по мне, глупо брать ответственность за деяния своей чокнутой семейки.
– Ты не понимаешь. Не забивай этим голову, у тебя имеются заботы поважнее, – поймав во встречном взгляде вопрос, ключник пояснил: – О том, как не проколоться и не вылететь из академии.
Не в силах спорить, Рей лишь закатила глаза.
– И есть ещё кое-что, о чём ты должна знать.
Если он сейчас поведает о том, что когда-то и императором успел побывать, у меня точно ум за разум зайдёт!
– Я хочу тебя предупредить. Сифеста полна неадекватных психов, ситуация здесь с каждым годом всё хуже и хуже. Всегда будь настороже, поняла?
Рей кивнула с мыслью: «Опыт общения с психами у меня богатый».
– Раз так, катись отсюда, – мило попрощался Эрнетт и тыкнул пальцем на спящую мечницу. – И эту с собой прихвати.
На обратном пути Рей озарило – в присмотре за ней более нет нужды.
– Нарона, что планируешь делать дальше? Вернёшься к императору?
– Да, леди Сайлорс. Но и вам моя преданность навеки, – Нарона резко затормозила, на её ладони лежала стеклянная чёрная колбочка. – Разбейте этот артефакт в случае опасности, и я подоспею вам на выручку.
Этой ночью Рей так и не смогла спокойно сомкнуть глаза. Сон отпугивали волнения на сердце, что страшилось неизвестного будущего.