Акт 3.2. Чёрное или белое
Тишина, серое пространство, потрескивающая тьма. Знакомое чувство дискомфорта…
…и абсолютно ясное сознание.
Я снова в том самом «живом сне».
Когда Рей почти коснулась тёмной массы, та шевельнулась, и всё пропало. Рассветные лучи озаряли уже привычный потолок с ромбовидными узорами.
Это место заслуживает более оригинального названия.
– Может быть… «Сумеречье»? Кратко, благозвучно, и с ноткой безумия – всё, как мы любим.
На выходе из комнаты её, как всегда, встретила девушка в чёрном, моментально изобразившая учтивый поклон. В столовой мужчина с взлохмаченными волосами цвета соломы уплетал запеканку.
– Пожрать спокойно не дают, – проворчал он вместо приветствия.
Чуть погодя на столе появилась вторая порция запеканки. Рей без энтузиазма потыкала в неё вилкой.
– В твоей книге рецептов только один съедобен?
– Сколько раз говорить, обращайся ко мне на «вы». И здесь тебе не ресторан, а я не шеф-повар.
– Какая потеря для кулинарной отрасли.
Пока Рей ковырялась в тарелке, ключник придирчиво разглядывал её одежду.
– И вот этот мужицкий мешок две недели мастерили? Тоже мне, я бы за бутылку не хуже из шторы забацал.
– Отрадно, что такой знаток моды высоко оценил моё прекрасное пальто. Значит, я не ошиблась в выборе портного.
Не обращая внимания на возмущённо скривившуюся физиономию Эрнетта, Рей с облегчением оставила в покое истерзанную запеканку и залюбовалась отражением на подносе.
– Как забавно сложилось: привилегию красного цвета у квартлера отняла Прокля… – сверлящий взгляд заставил её осечься на полуслове.
– Обучение начнётся через три дня, а ты не следишь за языком. Будь осторожнее и не доставляй императору проблем.
– Это уже не от меня зависит, но благодарю за почти пригодную пищу.
Стоило Рей высунуть нос в коридор, из столовой загремели кухонные ящики с запасами спиртного.
На пути в библиотеку внутри стеклянного стеллажа красовались золотые кубки и грамоты. Рей заинтересовала надпись под одним из портретов отличившихся учеников: «Лучший выпускник Сифесты, гордость академии – Джереон Лагналирос». Судя по количеству наград, теснившихся на полках, брат Джебберта талантами не обделён.
Выходит, члены имперской семьи тоже обучаются в Сифесте?
Современный император Реллума – Клодет Лагналирос. Династия Лагналирос властвует уже не одно поколение. Поскольку все в этом роду владели эссализацией огня, в народе её кличут императорской.
Предыдущего лидера Реллума – отца теперешнего – звали Таорон Лагналирос. Этот человек снискал противоречивую славу: одни считали его жестоким тираном, другие – уважали за железную волю.
Потомство Таорона – Октиан, Уиллард, Клодет и Норинда. Но не все живы доселе. Старший, будучи несогласным с существовавшей политикой, возглавил восстание из жильцов подземной зоны и рабов, собираясь создать собственную независимую торию, но был побеждён и казнён лично отцом.
Когда умер Таорон, кандидатуру Клодета Лагналироса, отличавшегося наибольшим уровнем саарсы и довольно благородным нравом, как следующего правителя тории никто не оспорил.
Принимаемые им законы, смягчающие положение преступников и рабов, объясняли влиянием императорской супруги – Анжель Лагналирос, которую боготворили за отзывчивое, полное доброты сердце. Но после родов всеобщая любимица ослабла здоровьем и скончалась.
По правилам двора, император был вынужден повторно заключить брак. Спустя несколько лет Клодет провозгласил о проведении грандиозной реформы, возмутившей все слои населения. Но его планы так и не сбылись.
В день, предшествующий дате исполнения имперского указа, день годовщины смерти Анжель, мать Джебберта, Зарсию Лагналирос, убили. Зловещая ирония судьбы.
Теперь понятно, отчего он столь апатичный.
Новостные хроники умалчивали о трагедии, поэтому что именно произошло – загадка. Зато нелестных статей о личных качествах Зарсии – пруд пруди. Лишь один известный член профессорских кругов выступил против осуждающей толпы.
– «Людям свойственно делить все вещи на чёрное зло и белое добро. Обратная эссенция – крайне сложное и неизученное явление, но её без лишних колебаний занесли в категорию зла. Однако, по моему мнению, если женщина признаётся злодейкой лишь за выдающийся ум и твёрдые убеждения, зло не кажется уже таким злым. Злодейка, не сотворившая злодеяний – в какую же категорию нравственности входит Зарсиа Лагналирос, чёрную или белую?», – прочитала Рей и присвистнула, узнав имя автора провокационной статьи, профессора Делиссы Гронбелл.
Продолжая об имперском роде, помимо трёх главных наследников, в Имперуме проживают сестра Таорона и её муж, а также семейство Форфентрол, кровно связанное с Анжель Лагналирос…
При взгляде на портрет Реннета Форфентрола Рей захлопнула многотомный журнал так резко, что со стола попадали книги.
– Как раздражает.