
В очередной раз убеждаюсь, что просто органически не выношу литературные творения скандинавов, сколько я уж пробовала их читать, а результат огорчает каждый раз. Эта книга мне сильно напомнила "Свитер" Б.Бускетс. Не знаю почему, но меня очень сильно злят такие главные героини, давящие на жалость чудовища, рисующие себя жертвами своих родных или злого рока судьбы. И е-мое их все жалеют. Вот поди ж ты...Злая, злая мамка обижала и обижала, и бедная малютка решила ее убить (а че? нельзя?), долго-долго об этом мечтала пока наконец не осуществила свою мечту, и с тех пор жизнь ее потекла как по маслу. Бедная малютка уже и будучи старухой не может ничего простить, ну ни одного злого слова, ни одной обидки, сидит и ковыряет, ковыряет старую болячку, и ноет, и ноет - и мама так ее обидела и этак и "я не могла ее не убить, нам двоим не выжить было". Так и хочется спросить - это почему же? Какой бы ни была ее мать, я этого не увидела. А мать - это вообще отдельный разговор. Читатель видит ее практически только глазами главной героини, то есть довольно однобоко. Хотя коллеги об этой женщине иного мнения, но дочь убеждает читателя, что они просто купились на ее парадную личину. Ну что ж может быть. И может быть мать действительно настолько ужасна как описывает дочь. Но я не люблю таких одноцветно окрашенных персонажей, ну просто ни одного белого пятнышка. Монстр! Просто монстр! Мне нигде не дали подумать самой, усомниться в том, что все так однозначно. Все решили за меня: мать чудовище, дочь жертва, убийство было оправданным и даже необходимым. Кстати, мать была не единственной жертвой, все кто как-то обидел ГГ за это поплатились, и в старости, анализируя, что стало с этими людьми, она приходит к утешительному и даже лестному выводу - она им всем только помогла, почти осчастливила.
Я предала Калле, но он нашел другую девушку и добился успехов в математике, сделав то, о чем я сама мечтала когда-то. Я причинила боль Бьёрну, но надеялась, что таким образом помогла ему примириться с самим собой и со старением. Я поспособствовала тому, чтобы Карин Тулин выгнали из школы, но благодаря этому она нашла свое истинное призвание. Я убила свою маму, но таким образом пробудила ее к новой жизни, к новой экзистенции.
Это что же у человека в башке то? А послесловие переводчика меня просто добило, я долго смеялась...какая чушь... Тут все восхищаются тонкой психологией данного произведения. В чем она, простите? Дубинкой и ломом мне давили на жалость, вот и весь психологизм.











