Действие второе
Явление первое
Альцест и Селимена.
Альцест
Мой друг, позвольте мне сказать вам
откровенно:
Мне образ действий ваш противен совершенно.
Я весь измучился, тоскуя и сердясь…
Придется, кажется, порвать нам нашу связь, —
Желая это скрыть, я лгал бы вам бесстыдно;
Днем раньше, днем поздней порвем мы
очевидно.
В противном я бы вам поклялся сотни раз,
Когда б по совести мог в том уверить вас…
Селимена
Насколько вижу я, все эти разговоры
Вы завели затем, чтоб нам дойти до ссоры?
Альцест
Не ссорюсь я, ничуть; но к сердцу своему
Всем встречным доступ вы открыли; потому
У вас поклонников так много, что невольно
Тревожусь я за вас и вечно сердцу больно…
Селимена
Толпа поклонников! Вот в чем моя вина!
Что ж, им не нравиться стараться я должна?
Их взоры нежные должна встречать я строго?
Не палку ли мне взять, чтоб их прогнать
с порога?
Альцест
Здесь палка не нужна; быть только нужно вам
Не столь податливой и нежной к их словам.
Власть вашей красоты и мне, и всем знакома,
Но слишком велика приветливость приема,
Который, ласкою чаруя без конца,
Навеки к вам влечет плененные сердца.
Им улыбается надежда слишком нежно,
А потому они и льнут к вам неизбежно;
Поменьше нежности внимательной от вас —
И разбегутся все вздыхатели сейчас…
Но объясните мне одно по крайней мере:
Чем ваш Клитандр хорош? Что в нем, как
в кавалере,
Нашли вы ценного? Из-за каких заслуг
Он принят здесь как гость и как почетный
друг?
Мизинца ли его лощеный ноготь длинный
К почтенью этому вам повод дал невинный?
Иль, может быть, его напудренный парик
Вас, как весь свет, пленил, наряден и велик?
Оборка ль у колен из кружев так прекрасна?
Иль масса пестрых лент так для сердец опасна?
Быть может, красотой широких панталон,
Как преданный ваш раб, увлечь сумел вас он?
Быть может, смех его и тон его фальцета
Вам сердце трогают, – не в них ли суть
секрета?
Селимена
Несправедлив к нему такой ревнивый тон!
Ведь вы же знаете, зачем здесь принят он?
Ведь тяжбу я веду, а он дал обещанье
Мне в ней полезным быть через свое влиянье.
Альцест
Так бросьте ваш процесс, чтоб верной быть
вполне,
Прогнав соперника, столь тягостного мне.
Селимена
Так ревновать весь мир! Вы чересчур суровы…
Альцест
Затем, что целый мир вы обласкать готовы!..
Селимена
Вас это именно и утешать должно,
Что я приветливо встречаю всех равно;
Будь кто-нибудь один почтен моим
вниманьем, —
Могли бы ревновать вы с большим
основаньем.
Альцест
Пускай ревнивец я, но для моей любви
Где ж преимущества пред прочими мои?
Селимена
У вас есть счастье знать, что вы любимы мною…
Альцест
А как уверюсь в том душой моей больною?
Селимена
Коль скоро это вам сказала я сама,
Вам можно, кажется, довольным быть весьма.
Альцест
А где ж порука мне, что и другим случайно
Вы то же самое не говорите тайно?
Селимена
Да, для поклонника любезность недурна,
И вашим мненьем я изрядно польщена.
Ну что ж, чтоб не было тревоги вам нимало,
Я все беру назад, что я сейчас сказала,
И вы не будете обмануты никем,
Как лишь самим собой. Довольны вы?
Альцест
Зачем
Я так вас полюбил?! Проклятье этой страсти!
О, если б вырваться я мог из вашей власти
И сердцу волю дать моих достало б сил!
О, как бы Небо я тогда благословил!
Да, всеми силами души моей – не скрою -
Стараюсь я порвать с любовью роковою;
Но вечно в той борьбе крушенье я терплю
И, за грехи мои, все больше вас люблю!
Селимена
По правде, эта страсть совсем в особом роде.
Альцест
Да, в том поспорю я со всеми! По природе
Своеобразна страсть кипучая моя,
И не любил никто вовеки так, как я…
Селимена
Ваш способ очень нов, в том быть не может спора:
Вы любите людей затем, чтоб вышла ссора;
Упреки – ваша страсть, а брань – ваш разговор,
И в мире не было примера до сих пор
Любовника с таким характером сварливым…
Альцест
Вам стоит захотеть – и станет он счастливым!
Положим же конец всем спорам навсегда,
Друг другу душу всю откроем и тогда…
Входит Баск.