Цитаты из книги Увечный бог. Том 1

Предательство. Когда лицо, что мы видим перед собой, оказывается фальшивым, когда глаза лгут и скрывают то, что за ними прячется. Неужели это никогда не кончится?

Разве нельзя было так и оставить его там, не способного сопротивляться кукловодам, что всегда слетаются на запах власти — как только они могут быть настолько слепыми, чтобы не осознавать всего абсурда собственных амбиций? Всей жалкой растленности своих мелочных схем? Давайте, привяжите нити к мёртвым конечностям и заставьте его подчиняться своей воле.

Вот до чего способно довести отчаяние — та разновидность, что лишает мир его света, что издевается над самой борьбой жизни за существование, за то, чтобы выжить. Отвергающая наше желание исцелить, исправить содеянное. Отрицающая любую надежду.

У равновесия есть заклятый враг, имя которому — амбиции.

Можно было бы добиться возобновляемости, достичь равновесия, может статься, родился бы и новый бог — из трезвой веры в реальность и её весьма реальные ограничения, из истинной скромности и желания покоя.

Весьма прискорбно, что ради достижения возобновимого равновесия приходится умирать тысячам и тысячам, но если альтернатива этому — смерть всех и каждого, о каком выборе тут может идти речь?

Покой наступит, но на пути к покою потребуются суд и воздаяние.

Детские желания хрупки, и теперь она понимала, что ни одно из них не сумело пережить бесцеремонного, жестокого безразличия, что сопровождает собой присущее взрослым горькие неизбежности: непреклонную гонку либо за трудноуловимыми доказательствами собственной значимости, либо за пресыщенной апатией удовлетворения.

Любой участок, что мы расчистим огнём, или оружием, или топорами, или плугами, мы обязательно должны заполнить потным, горчащим потоком собственной гордости. На пустошах, которые сами же и оставили, заставляем себя принимать вид, подобающий горделивому триумфатору.

А теперь я открою тебе тайну. Слушай и не говори, что не слышал. Оружие лишенных бога не нуждается в руке, которая бы его держала. Оружие лишенных бога само себя держит. Оно не знает страха. Не знает чувства вины, презирает воздаяние. Оно сочетает в себе всё это многое другое, нет в нём лишь одного: лжи. Оно не убивает во имя высших сил, не обещает искупления грехов. Не прячет жестокость под личиной страсти, которая могла бы оправдать и очистить. И потому оружия страшнее, чем это, не существует.

Куда только этот мир катится, что даже лучшим друзьям доверять нельзя?

Желаете , чтобы я преклонила колени? Чтобы всё это освятила? Сделалась очередным правителем, обрекающим подданных на смерть? Стояла бы, прямая и гордая, и взывала к ним, обещая бессмертную славу? Да разве это место выдержит столько лжи? Разве могут слова быть настолько пустыми?

Мы никого не способны удержать. Способны лишь рассыпаться, словно песок перед пожирающей его волной.

Вскорости хаос уплотняется до такой степени, что производит впечатление простоты и уверенности.

Хватит уже про волков. В конце концов, я и сам такой. Клыкастый, глаза горят, вонючая шерсть и ненасытимый голод — целая сотня волков, и каждого зовут «сожаление».