Цитаты из книги Ніч у Лісабоні

Она обошла вокруг кровати, как танцовщица, поставила бокал на пол, потянулась. Загорелая от чужого солнца и беспечная в своей наготе, как женщина, которая не только знает, что желанна, но и много раз это слышала.

Когда у тебя нет родины, потери особенно тяжелы. Нигде не находишь опоры, а чужбина кажется особенно чужой.

Надо быть убийцей, с горечью подумал я, чтобы тебе оказывали уважение.

Я лежал в темноте. Странно, что отчаяние в подобных ситуациях возникает поначалу не оттого, что тебя ждёт, а оттого, что так глупо попался.

На улице никто не знал о её болезни. Там она была не пациенткой, а просто женщиной. И хотела оставаться женщиной. Хотела жить. Быть пациенткой означало для неё - медленно умирать.

Когда полностью зависишь от других людей, становишься весьма расчётливым психологом, даже если от напряжения едва способен дышать, а может, как раз поэтому. Одно и другое не имеют ничего общего, функционируют по отдельности, не ущемляя друг друга, страх неподделен, боль неподдельна, ну и расчёт тоже. Цель у всех одна - спастись.

Когда совершаешь неожиданный поступок, иной раз всё получается.

Жизнь человека намного больше хитросплетений, в какие он попадает.

Как ни мало мы значим, пока сидим в лагере, сбежав, мы разом становимся огромной ценностью. Пока мы там, для нас жалеют куска хлеба, однако не жалеют ничего, чтобы снова нас поймать, целые роты бросают на розыски.

Если не хочешь вызвать подозрений, прятаться не стоит.

Странная штука - безнадёжность. До чего крепко в нас сидит то, что даже более не называет себя "я", всего лишь хочет жить, всего лишь цепляется за существование, за простое существование!

Вам ведь известно, как всё вырастает почти до нереальных размеров, когда сидишь в плену и не имеешь ничего, кроме нескольких писем. Нечаянная фраза, не значащая ничего, если написана в других обстоятельствах, может стать молнией, разрушающей твое существование, и точно так же какая-нибудь другая может неделями дарить тепло, хотя столь же нечаянна, как и первая.

Но, когда мерзнешь, беду выносить труднее.

У нации, которая сражается за свою жизнь, есть дела поважнее, чем обеспечивать каждому эмигранту полную справедливость. Нас не пытали, не травили газом и не расстреливали, только посадили за решётку, - чего ещё мы могли требовать?

В нашем столетии невиновность - преступление, которое карается наиболее сурово.

Нельзя остаться вместе, что один всегда должен уйти первым и что смерть каждую секунду теребит нашу руку, чтобы мы не останавливались, а мы-то устали и хотя бы на часок мечтали предаться иллюзии вечности.

Власть есть власть, а полицейский в любой стране на свете есть полицейский.

Считаться в войну шпионом - это не шутка.

Когда всё происходит на самом деле, то совершенно не так, как когда раньше рассуждал об этом.