Цитаты из книги Уроки химии

Да в том, что людям свойственны дурные привычки: с одной стороны, отмахиваться от чужих трудностей и невзгод, а с другой — не ценить того, что им дано. Или было дано.

Это были нормальные сотрудники среднего уровня, в лучшем случае — чуть выше среднего. Не бездари, но и не гении. В любой фирме такие составляют большинство: обычные сотрудники, которые выполняют обычную работу и, не добившись никаких впечатляющих результатов, тем не менее поднимаются по служебной лестнице, чтобы влиться в когорту начальства. Едва ли они способны изменить Вселенную, но зато и взорвать ее не сумеют.

Но внешние факторы, даром что называются внешними, разъедают человека изнутри.

Если нечто с виду слишком хорошо, чтобы быть правдой, значит, скорее всего, ничего хорошего здесь нет.

Больше всего в выпечке мне нравится эта устойчивость к испытаниям: нас формирует то, через что приходится пройти.

“– А это что у вас? – в конце концов заговорил он, указывая на ее перебинтованные пальцы.– Да так, ничего. Я занимаюсь греблей. Пытаюсь.– И как, получается?– Нет.– Тогда зачем вам это?– Точно сказать не могу.Он покачал головой:– Как же я вас понимаю.”

- Всегда находите немножко времени для себя, - сказала Гарриет. - Каждый день. Немножко. Главное, чтобы это время доставалось только вам. Чтобы оно не тратилось ни на ребенка, ни на работу, ни на уборку дома, ни на что другое. Только вам, Элизабет Зотт. Переключайтесь в эти мгновения на собственные потребности, желания, мечты. Она резко дёрнула бусы из искусственного жемчуга. - И делайте так регулярно.

И мужчины, и женщины — люди. Как люди, мы лишь продукт своей среды, жертвы нашей никудышной системы образования, мы сами решаем, как себя вести.

Его слова следовало понимать так же, как расхожее утверждение тех, которые говорят,что забывают поесть. То есть как ложь

В ней говорит какая-то наивность, подумалось ему, если она считает, что на жизненном пути человеку нужна только твердость. Разумеется, твердость — важнейшая черта характера, но к ней должна прилагаться удача, а если удача не идет в руки, то помощь. Без которой никак. Вероятно, помощь ей никогда не предлагали, вот она и привыкла считать, что это лишнее. Сколько же раз она повторяла, что терпенье и труд все перетрут? Он уже сбился со счета. И это притом, что жизнь убедительно доказывала обратное.

А твоя мама?

— Она как раз изготавливала амулеты.

— Нет, я о другом: она тоже была очень набожна?

Элизабет замялась:

— Ну, если считать алчность религией, то да. В этой сфере жестокая конкуренция, Кальвин, — дело-то исключительно прибыльное.

Что может быть досаднее, чем зрелище чужого, причем незаслуженно большого счастья? По мнению кое-кого из коллег Элизабет и Кальвина по Научно-исследовательскому институту Гастингса, в случае этой пары несправедливость вообще зашкаливала. Он — талантище, она — красотка. Когда они сошлись, несправедливость автоматически удвоилась и стала просто вопиющей.