Цитаты из книги Воронята

Из кухни послышался мягкий голос Персефоны:

— Если бы кто-нибудь остановил тебя от прогулок перед автобусом, Мора, Блу бы здесь не было.

Мора бросила хмурый взгляд в её направлении, затем провела рукой по гадальному столу, будто очищая его от крошек.

— Лучший сценарий в данном случае таков: ты подружишься с мальчиком, который собирается умереть.

— Ах, — воскликнула Кайла очень-очень знающим способом. — Теперь я понимаю.

— Не анализируй меня, — велела Мора.

— Я уже это сделала. И скажу снова: ах.

— Я не хочу, чтобы ты когда-либо видела его снова.

Возмущенная Блу закричала:

— Что случилось с «детям никогда нельзя отдавать приказов»?

— Это было до Гэнси. — Мора трясла картой смерти, давая Блу время, чтобы рассмотреть скелет в шлеме. — Это то же самое, если бы я говорила тебе не гулять перед автобусом.

дорога мёртвых – это обещание, не гарантия

Блу кружила вокруг матери.

— Мам! — Она собиралась сказать что-нибудь ещё, но всё, на что её хватало, это повторить громче: — Мам!

дом стал тих. Это была высосанная тишина, будто бы воронята забрали с собой все звуки по соседству.

— Я знаю кое-что, но не хочу тебе помогать.

Второй раз за день Кайла выглядела восхищённой. Рот Блу открылся. Она его закрыла. Гэнси однако просто кивнул, не более, не менее огорчённый, чем когда Блу остроумно отвечала ему в ресторане.

— Ну, ладно тогда. Нет, нет, не утруждайтесь. Мы сами как-нибудь найдём выход.

Так они и сделали, а Адам послал Блу последний взгляд, который она не смогла с легкостью истолковать. Секунду спустя Камаро газанул, и визг шин выдал истинные чувства Гэнси.

— Послушайте, мы все здесь взрослые люди, — начал он. Кайла поморщилась, как будто она была не согласна. Гэнси расправил плечи и продолжил: — Я думаю, мы заслуживаем правды. Скажите, что вы знаете что-то, но не хотите помогать мне, если это именно так, но не лгите.

Это было храбро или заносчиво, или, быть может, не было достаточной разницы между этими определениями.

Именно Адама тогда заметила Блу. Он проницательно смотрел на неё, и она почувствовала себя прозрачной и виноватой. Не только в завышении цены, но и во лжи Моры. Блу видела дух Гэнси, гуляющим по дороге мёртвых, и она знала его имя до того, как он вошел в их дверь. Но, как и её мать, она не сказала ни слова. Так что она была соучастницей…

— Двадцатка?

— С каждого, — добавила Блу.

Кайла кашлянула в кулак.

Лицо Гэнси прояснилось, и он протянул Море шестьдесят долларов. Совершенно очевидно, он ожидал заплатить примерно столько, и теперь в мире всё опять стало правильно.

— Энергетическая линия? — повторила Мора. — Может быть. Я не знаю, слышала ли я это название. Что это?

Блу была немного ошеломлена. Она всегда думала, что её мать была самым честным человеком в округе.

«карты – вещь очень интересная»

Мора, Кайла и Персефона издали неопределённые звуки. Блу, предельно уверенная в правдивости судьбы Гэнси, почувствовала себя плохо. Аглионбайский парень или нет, он был всего лишь её ровесник, и, очевидно, у него имелись друзья, которые о нём заботились, и жизнь, которая включала в себя очень оранжевый автомобиль, и было отвратительно знать, что он умрёт меньше чем через двенадцать месяцев.

— Отличная работа, Мора, — заявила Кайла. Её руки были крепко скрещены на груди. — Ты собираешься растолковать это ребенку?

— Возможно, мы должны возвратить ему деньги, — предложила Персефона, несмотря на то, что Гэнси еще не заплатил.

— Я думал, экстрасенсы не предсказывают смерть, — спокойно сказал Адам. — Я читал, что карта смерти – это только символ.

Блу сглотнула.

Мора произнесла:

— Вот это твоя карта.

На карте на столе был изображен чёрный рыцарь на белом коне. Шлем рыцарь снял, так что было очевидно, что его лицо оказалось лысым черепом с пустыми впадинами для глаз. Солнце садилось за ним, а под копытами лошади лежал труп.

За окнами позади них ветер шептался с деревьями.

— Смерть, — прочитал Гэнси внизу карты. Это не прозвучало удивлённо или встревоженно. Он просто прочел это слово так, будто бы прочитал «яйца» или «Цинциннати»

— Возьми другую.

— Теперь почему? — спросил Гэнси. — Что неправильно с этой картой? Что она означает?

— Ничего неправильного, — ответила Мора. — Она не твоя.

Сейчас, в первый раз, Блу видела краешек истинной досады на лице Гэнси, и это заставило его понравиться ей немного больше. Возможно, было что-то под внешностью воронёнка. Гэнси легкомысленно вытянул другую карту, отчётливо с этим покончив. Помахав, он перевернул её и хлопнул ею по столу.

Блу сглотнула.

Мора произнесла:

— Вот это твоя карта.

Когда она предложила карты ему, Гэнси отвернулся, будто вытягивал выигрышный билет в лотерее. Его пальцы задумчиво перебирали края. Он выбрал одну, затем перевернул её, чтобы показать присутствующим в комнате.

Это была карта с чашами.

Он посмотрел на лицо на карте, а затем на лицо Блу, и Блу знала, что он увидел сходство.

Гэнси смотрел вниз на перемешиваемую ею колоду карт. Когда она видела его таким, видела изгиб его плеч, затылок, она пронзительно вспомнила его дух, мальчика, в которого она боялась влюбиться. Та тень не имела ни легкости, ни свежей уверенности этого воронёнка.

«Что с тобой происходит, Гэнси? – задалась она вопросом. – Когда ты станешь тем человеком?»