Цитаты из книги Красота - это горе

он так и не понял, почему Аламанда решила выйти за Шоданхо спустя всего несколько недель знакомства, пока один рыбак не рассказал, что видел однажды под вечер, как Шоданхо выехал на грузовике из джунглей, а Аламанда лежала без чувств на пассажирском сиденье, а другой рыбак клялся, что видел с моря, как Шоданхо нес на плече Аламанду в партизанскую хижину. – Грустно, что так случилось, – посочувствовал рыбак, – только не руби сплеча. А если все-таки решишь отомстить, мы тебе поможем. – Мстить я не буду, – ответил Кливон. – Этот человек не знает поражений.

Вспомнил Шоданхо, как за ней ухаживал, и еще больше рассвирепел: девчонка с самого начала его за нос водила! Он клял себя за неосторожность: зачем позволил себе забыть, что эта же самая девушка влюбляла в себя стольких мужчин, а потом вышвыривала, как мусор? А он, глупец, не думал, что она посмеет так же обойтись с самим шоданхо, здешним героем, вождем восстания, – а она посмела, да еще и повеселилась всласть. И, что самое обидное, преспокойно сидит за столом, потягивает сок. И когда Аламанда улыбнулась, слепая ярость накрыла Шоданхо, но владел он собой превосходно. Помолчав, процедил он: – Любовь что дьявол, зла от нее больше, чем радости. Не любишь меня, ну и ладно, но хотя бы отдайся мне.

Оба примолкли, и Шоданхо плеснул в бокал Аламанды ледяного соку из термоса. И сказал то, о чем собирался сказать, – точнее, задал вопрос, который собирался задать: – Аламанда, будешь моей женой? Аламанда ничуть не удивилась. Этот вопрос слышала она от многих, с тысячей оттенков, и давно перестала удивляться – даже могла предугадать, когда мужчина заведет речь о браке. Она знала по опыту: есть признаки, что мужчина готов объясниться в любви, но у каждого они свои. У женщины, казалось ей, должен быть нюх на такие вещи, тем более если она уже отказала двадцати трем мужчинам и дала согласие двадцать четвертому. Теперь осталось придумать, как утопить в трясине безответной любви двадцать пятого.

Любовь их набирала силу день ото дня, и они скрепили ее клятвой верности. Но Кливон уехал, и Аламанда заскучала. Она вовсе не помышляла об измене, ведь любовь ее выше горных пиков, глубже океана, – ей всего лишь хотелось поразвлечься, как в былые времена, с кем-нибудь пококетничать, а любить его необязательно. Да только не понимала она, что имеет дело с человеком незаурядным: несколько месяцев скрывался он от японцев после мятежа; командовал пятитысячным войском в боях с голландцами; во время интервенции участвовал во многих наступательных операциях; хоть и недолго, но успел побыть главнокомандующим, а наград имел больше любого другого вояки, вдобавок вел втихомолку крупные коммерческие дела. Со временем Аламанда обо всем узнает, но в те дни, пока еще не наступила для нее пора больших сожалений, не понимала она, что играет с огнем.