Цитаты из книги Брисбен

Услышав о том, что Глеб бросил музыку ввиду ожидающей каждого смерти, Федор пришел в волнение и заявил, что это поступок настоящего музыканта. Что отличительная черта музыканта - это не беглость пальцев, а постоянная память о смерти, которая должна вселять не ужас, а оптимизм. Призвана не парализовать, но мобилизовать.

Иногда не нужно ничего придумывать. Достаточно поднести спичку, и все пойдет само.

Так ведь все главные истины банальны, только от этого они не перестают быть истинами.

Слушая, как новая дразнилка повторяется на разные лады, Глеб удивлялся тому, какие дети все-таки жестокие существа. Почему, думалось Глебу, их (нас) считают ангелоподобными?

- Старость и смерть - это грустно, но естественно. А болезнь...
- Болезнь - тоже естественно.

...вряд ли сейчас на свете найдется человек, за которым бы он так беззаветно что-либо записывал.

...недоброжелательность имеет острый глаз.

...вопрос престижа стоит выше национального самоощущения. Вот когда это самоощущение становится вопросом престижа, тогда – другое дело.

За прошедшее время в душе Глеба образовался какой-то опыт, который позволял по-новому смотреть на жизнь и музыку. Видеть в музыке не отражение жизни, а ее продолжение, высшую, что ли, часть.

Я думаю, мы не будем спорить. Это почему же, иронично поинтересовался Чукин, если учесть, что в споре рождается истина… Истина в споре не рождается, перебил его профессор, в споре рождается агрессия.

...нет такого физического закона, по которому газ идет с востока на запад, а потому русских лучше не провоцировать.

– Реки – это движение, они что-то приносят, что-то уносят. Чаще – уносят.

Там у меня найдут все что угодно, уж такой нарисуют диагноз, что не примут и в крематорий.

Любитель широких жестов без малейших для этого средств. Ну, не драма ли?

Старики слезливы. И уж всякий листопад кажется им реквиемом и связывается в их головах понятно с чем, и не надо тут даже черного человека. Старики еще и говорливы. Говорят не для того, чтобы сообщить что-то важное или чтобы понравится, как это делают молодые. Желают лишний раз уверится в своей связи с этим миром и насладится ею напоследок. Всякий их разговор может быть последним, потому что таким листьям ничего не стоит оторваться от ветки.

Вы, русские, - ещё римляне или уже итальянцы?

Они легко осваивались в мире, то есть делали мир своим, заполняя его трещины своей любовью. Индустриальный проспект становился их проспектом, и в нем отыскивались признаки архитектуры, тесная квартирка превращалась в их квартиру, она расширялась и становилась уютнее. В старости это свойство уходит. Наступает возраст, когда обогревать собой окружающую среду больше не получается. Старики мерзнут. Они не могут согреть даже собственного тела.

"Может, вода затягивает тех, кого не держит ничье чувство. Наверное, так все и происходит, согласился Глеб. Надо было обнять тебя, лежащую на песке, и ударами своего сердца завести твое остановившееся. Чтобы одно сердце отозвалось на ритм другого".

- То, что я до сих читал, безупречно. - Дожевываю кусок мяса. - Как этот стейк.

• Значит, не зря ты боролся с путчистами. Они бы такого стейка никогда не допустили.
• Ты думаешь?
• Еда должна была оставаться невкусной - в этом состоял смысл путча.