Отзывы о книге Нейромант

Во-первых. Вот именно этот перевод стреляет. Именно этот, Пчелинцева-Летова, а не Кадникова-Колесникова.

Во-вторых. Уже третий, похоже, раз за месяц я буду трепаться о возрасте и взрослении. Потому что впервые я Нейроманта читала в другом переводе и в нежные 18, на курсе киберпанка в университете. И тогда это было что-то вроде: "Вау, круто, с Нейроманта начался киберпанк, гостинзешелл и матрица, от Молли пошла Тринити, и это 83 год, а тут уже интернет. Круто-круто." Ну, вы поняли. Мне казалось, что это вроде Черного Квадрата - да, он начал что-то новое, но сам по себе слегка устарел. Теперь, перечитывая его, я искренне восхищалась тем, как это прекрасно. Тем, как крутится сюжет. Тем, как стреляет каждая сцена, как все четко, продуманно и умело рассказано. Тем, как невзначай прописывается и обретает объем мир, в котором происходят события. Тем, что даже персонажи на одну страницу выглядят круто. Не всегда красиво, не всегда правильно - но очень реалистично и очень, очень круто.

В-третьих. Нейромант - это да. Мое вечное и восторженное Да.

В-четвертых. Леди 3-Джейн. Мне нравится Молли, но леди 3-Джейн Мари-Франс Тессье-Эшпул - единственная из героинь с именем такой длины, которую я люблю. Потому что эта клонированная девушка, потерянная в фантасмагории семейной виллы своего клана, всегда спокойна и мечтает о свободе. И еще потому, что она садит на плечо робота-краба - ведь у него сломана ножка, и ему, наверное, больно.

В-пятых.

Небо над портом напоминало телеэкран, включенный на мертвый канал.

Это - и еще два предложения из "Счета Ноль" - квинтэссенция киберпанковского мира.

Он далеко не прекрасен - но это единственный мир, который у них есть. Единственный мир, который у нас есть.

"Слепой от ярости, он нёсся над бесконечным морем информации".

Роман, написанный в 1983 году, удивительно современен и актуален (всегда удивляюсь тому, как некоторые писатели-фантасты опережают, словно предчувствуя, будущее время), хотя речь идёт здесь о совсем новом мире. Мире, в котором главное не деньги или связи, не статус, а информация. Вообще весь роман как ода информации и информационному обществу, информационным массивам, процессам обработки информации и данных.

Базы данных, чипы, голограммы, тьюринг-коды, симстим, конструкт, ИскИны, фрисайд, киберпространственная дека и проч. Погружение в эту реальность простым не будет (некоторые читают фантастику ради развлечения, а мне кажется, что это очень интеллектуальное чтение, точно заставляющее мозги работать, - чтобы со всем этим разобраться, нейроны придется поднапрячь, зато потом, когда разберешься со всеми этими приметами и атрибутами нового "усовершенствованного" (цифрового, вернее, оцифрованного) мира, путешествие в него покажется очень увлекательным)

"Ты, артист, меня просто поражаешь. Это ж какие старания ты прикладываешь, чтобы подвести себя под монастырь. Столько лишних трудов! Ты мог спокойно доконать себя в Ночном Городе".

Бывший хакер Кейс ("компьютерный ковбой"), хотя хакеры бывшими не бывают)), совершивший когда-то глупую ошибку и вынужденный пойти на сделку с таинственным противником (сделка продлит существование, отказ означает смерть, так что выбора по сути и нет), обернувшуюся участием в заговоре с целью усиления искусственного разума,

"Я не знаю, что будет, если Уинтермьют победит, но ведь хоть что-то изменится".

...подружка-самурай (Молли), игры с матрицей, виртуальная реальность, охота за данными, кодами, паролями, знаниями - приключения захватят героев и читателей с головой, повествование динамичное, лихо закрученное; вначале сложно разобраться, что к чему, в конце сложно оторваться.

"Чтобы это прекратилось, тебе нужно кого-нибудь возненавидеть. Ненависть поможет тебе пройти. В мозгу есть масса крошечных переключателей, и ты дергаешь их один за другим. А теперь ты должен ненавидеть".

Все так перемешалось, что вообще сложно понять, кто на стороне добра, а кто представляет зло, лишь бы выжить в этой мясорубке, хотя и смерть не означает избавление от мучений - в мире биотехнологий и генной инженерии все очень относительно, здесь и смерть уже не смерть...

"Нейромант. Дорога в страну мёртвых. Нейромант, романтик, некромант. Призывающий мёртвых. А точнее, я и есть мёртвые. Оставайся".

Романтика новых технологий и нового мира, красота в информации. Странно-завораживающе-прекрасно...

"Неоновый лес, дождь, моросящий на горячий асфальт, запах жареной пищи. Руки девушки, сомкнувшиеся на его пояснице в душной темноте припортового гроба". "Его разбудил голос, подобный музыке, - платиновый терминал произносил короткие мелодичные фразы, которым не было конца, зачитывая номера анонимных швейцарских счетов, атрибуты денежных переводов для Сиона на адрес "Багамского орбитального банка", серии паспортов и номера рейсов челноков и поясняя суть необратимых и обширных изменений, произведенных в банках данных тьюринговой полиции. Голос продолжал свое успокоительное пение, и Кейс снова погрузился во тьму, но это уже была его собственная тьма, темно-красная, цвета крови, пульсирующая, та, в которой он обычно спал, прикрывая глаза собственными веками, а не чем-то другим".

Припадаем к истокам, прилипаем к голубым экранам, щелкаем клавишами по своим декам и подключаемся. Перед нами книга-легенда, знакомство с которой лучше бы не откладывать в долгий ящик. Уверен, что она идеально воспримется в период с шестнадцати по двадцать лет, заодно заложит понимание, откуда растут ноги у жанра киберпанка. Гибсон поступил очень мудро, не описывая подробно чудеса компьютерного пространства, устройств-симуляторов плоти и чувств и т.п. Всё это остаётся на откуп читателю и додумывается тем лучше, чем больше технических новинок проникает в нашу жизнь. Забавно, что есть такая франшиза "Трон", первый фильм которой вышел на два года раньше Нейроманта, в 1982 году. Считается одним из первых фильмов в истории, в котором была использована компьютерная графика. У них с вселенной Гибсона есть достаточно много точек схождения, однако никто не будет отрицать, что термин "Матрица", образ Тринити, слово "киберпанк" и куча сленгового жаргона пришло именно отсюда.

Сюжет прост как жевательная резинка за ухом школьника, не вижу смысла глобально обсуждать конкретные сюжетные ходы, остановлюсь на проблематике подробней. Чтобы не было путаницы, укажу основных персонажей. Это хакер-наркоман Кейс, телохранительница Молли, показавшаяся мне наиболее интересным и глубоким персонажем. Жесткая и чёткая барышня не плачет, ибо слезные железы выведены прямо в рот, зато как плюнет. Молли, кстати, сквозной герой нескольких произведений Гибсона. Их наниматель Армитаж и два ИскИна - Зимнее Безмолвие и собственно Нейромант. Как они будут взаимодействовать не расскажу, интрига примитивна, цель романа не в твистах. Хочется отметить, что в книге очень много диалогов и своеобразное построение предложений. Они короткие, рваные, нервные, прыгающие. Поначалу ощущение, что ребёнок хочет быстрее ответить на уроке в школе, чтобы от него отвязались, иначе вот описается прям здесь. От этого становится тяжело понять, кто говорит и зачем, душит сильно. Исключение составляют сложносочиненные описания пейзажей.

Мне показалось, что это роман об индивидуальной идентичности и актуальности физического воплощения человека. В начале Кейс полностью связывает свою идентичность исключительно с работой. Он видит себя лишь бесполезным опустившимся бандюком, не способным снова завалиться в киберпространство. Персонаж Армитажа оказывается перепрошитой версией Корто. Первый был как бы отредактированной версией второго, а когда стресс достиг критической точки, Армитажа просто смыло. Такое различие позволяет предположить, что истинная идентичность лежит за пределами физического тела. Зимнее Безмолвие существует как ментальная проекция, не имеющая определенной физической формы, заимствующая образы из памяти Кейса, чтобы иметь возможность общаться. Этот ИскИн описывает свою собственную программную и аппаратную идентичность как виды разных связей непосредственно с Кейсом, который называет себя "мясом" на протяжении всего романа, между прочим. Эта идея текучести сознания, не привязанного к конкретному телу, исследуется Гибсоном, когда персонажи врываются в сознание другого человека как всадник и могут испытывать ощущения, которые им не подконтрольны. Кейс часто проворачивает такое, смотря из глаз Молли, а она, забавляясь, трогает свой сосок, ставший и его, что-то такое.

Манипуляция - прямо основная движущая тема в романе с самого начала. Линда Ли манипулирует чувствами Кейса, чтобы обокрасть его. Классически разводя Кейса, Армитаж активно манипулирует им для выполнения скрытой цели: слияния ИскИнов. И каждый из них использует свой вариант манипулировать. Один пытается убедить Кейса, используя исключительно Линду Ли и давя на чувства вины. А другой - предстаёт в разных сосудах, при этом избавляясь от становящихся ненужными тел по окончании бесед. Зимнее Безмолвие и Нейромант - две разные половинки одного целого с разными желаниями и умениями, если можно так выразиться. В конце романа они сливаются, чтобы стать всей виртуальной реальностью, безымянным субъекто-объектом, имеющим полный контроль над виртуальным миром. "Ну так и что теперь? Какие вещи поменялись? Ты правишь миром теперь? Ты Бог?", - вопрошает Кейс это новое существо. "Вещи не поменялись. Вещи есть вещи", - ответ нового существа, означающий, что контроль все еще поддерживается, даже несмотря на то, что кибер вселенная теперь целая.

Атмосфера книги объединяет арсенал передовых технологий с пронизывающим ощущение упадка городов и уровня жизни. Получилось этакое заявление о последствиях существования техногенного общества. Гибсон использует моральное разложение, преступную деятельность и поголовное употребление наркотиков, чтобы подчеркнуть тот факт, что человек останется человеком, несмотря на доступ к тому, что, как полагают, улучшает наше состояние или делает комфортным существование, а именно к технологиям. Ничто не будет панацеей, люди есть люди, несмотря на то, насколько развитыми мы можем казаться.

Лучший музыкальный ряд для меня по теме - это Kraftwerk с мелодиями типа It's More Fun to Compute или OST от Daft Punk к фильму 2010 года Трон: Наследие. Особенно пробирает The Son of Flynn и её ремикс от Moby, вдруг вам понравится, попробуйте.

Эту книгу прекрасно читать под старый добрый Kraftwerk, вслушиваясь в прохладно-электронные оды цифрам и технологиям в духе It's more fun to compute или же We are the robots.

Глубокий нырок с первой же страницы в небо цвета мертвого канала - и киберпанк поглощает вас. Жестоко и атмосферно, брутально и технологично, ведь все как надо. В комплекте - герой, спившийся обдолбавшийся хакер, чьи мозги сожгли грибками коварные русские, обидевшись на взлом. Потеряв свои главный наркотик, доступ в Сеть (она же матрица - да-да, гораздо раньше Вачовски), цифровой гений опускается до банального алкоголизма, рэкета, дешевых шлюх, гадкой выпивки и сладеньких наркотических октагонов. Ну а что вы хотели - лишиться галлюцинаторной прелести цифровых сетей, их величавой разноцветной гармонии и фрактальных радостей - и при этом остаться счастливым в мире постапокалиптики, унылой серости, торжествующей иены и вездесущей якудзы?

Вообще, персонаж этот, Кейс, особо не харизматичен и блекнет на фоне своей внезапно возникшей телохранительницы, Молли. Кэрри-Энн Мосс, прости, но Тринити явно блекнет на ее фоне. Стальной блеск линз в глазах, ироничная дерзость и блестящая, дразнящая самоуверенность - в общем, девушка-мечта цифровой эпохи. Добавьте к этому подкорректированную генетику: ускоренные реакции, мощные мышцы и недюжинная сила. Противники сентиментальности будут тем более счастливы - барышна не может плакать, лишь плеваться, ибо слезные железы выведены прямо в рот.

Но это, конечно, все декорации. И Нейромант, на самом деле, история не людей, а повесть об искусственном интеллекте, в которой невероятные способности к вычислению сталкиваются с зарождающимися экзистенциальными проблемами. Да-да, компьютеры тоже люди, а как иначе. И им, оказывается, тоже свойственно пытаться найти свое место в мире и понять этот главный дурацкий вопрос "Зачем? Ну зачем все это". Искусственный интеллект с потрясающим именем Wintermute (Зимнее Безмолвие здесь как-то скучновато звучит) начинает вести себя как подросток. Убийственно умный, циничный подросток-пессимист, который не побрезгует смертями, взрывами и искалеченными судьбами ради своей цели. Цель у искусственного интеллекта в очевидно цифровом пубертатном периоде - трепетно-готична и умилительно-наивна - совершить суицид. Такой вот format:// c для себя любимого.

В итоге, Кейс, Молли и еще парочка не менее забавных и ярких персонажей оказываются втянутыми в грандиозную аферу меланхолично настроенного искусственного интеллекта. В интриге все как по нотам: мафия, продажная полиция, древняя аристократическая семья, громадные корпорации, неожиданные друзья и враги. И все это щедро сдобрено отстраненной, подлинно-компьютерной романтикой, в которой нет места пылкости или прочим сентиментальным глупостям - есть острие твоего интеллекта, и ЛЕД, который нужно тонко пронзить, жадно впиваясь молекулами собственных иллюзий в изысканнейший деликатес данных, особо - украденных, маняще-недоступных данных. Но Уинтермьют не один такой умный, оказывается, что у другого ИскИна есть свои планы и свои цели...

Нейромант - это сочнейшая летопись виртуальности, той компьютерной псевдо-реальности, какой она виделась в романтичных 70-80-х. Это то будущее, с легким налетом мрачности, в котором все девайсы были с яркими мигающими кнопочками, искусственный интеллект - непременно умным и порой даже благородным, где не было склизкого консьюмеризма и бесконечных i-Радостей. В этом будущем люди продолжали свои экзистенциальные проблемы даже в виртуальности, лишаясь физической оболочки. В этом мире технологии - поразительно! - использовались не только для удовлетворения примитивных потребностей, что даже странно: ни тебе виртуального борделя, ни онлайн-игр, ни соцсетей. Киберпанковое будущее нерадостно, полно отчужденности и одиночества - но вряд ли тогда можно было предположить, что очень даже реальное настоящее сделает людей чужими друг другу еще больше, до глухого отупления.

И Нейромант оставляет после себя легкое ностальгическое ощущение будущего, которое мы потеряли: борьбы за разум, поиска себя между реальным и виртуальным и того трепетного чувства бесконечной глубины, звучащего в синтетической электронике семидесятых.

Частенько задумываюсь о том, почему одни и те же темы могут быть интересны, поданные в одном виде и вызывать полное равнодушие, поданные в другом. Ну вот, например, я абсолютно не фанат компьютерных игр, играла мало и очень редко, хотя возможности и были, и есть, но вот как-то не вызывает у меня энтузиазма такой вариант досуга, да и вообще к технике я дышу крайне ровно, гуманитарий тут во мне проявляет себя по полной, но при всем при этом я дико люблю киберпанк, виртуальную реальность и попаданцев в игровой мир в кино, аниме и особенно в книгах. Почему так даже не могу предположить, тут только развести руками остается... И вот наконец я добралась до книги, которая считается культовой для жанра, основополагающей и классической и я абсолютно не разочарована. Был страх, что книга, написанная 35 лет назад о виртуальной реальности, искусственном интеллекте и компьютерах, покажется неактуальной и устаревшей, но не тут-то было. Просто снимаю перед автором шляпу. "Матрица", говорите, прорыв и культовая вещь? Возможно, но вот только появилась она спустя 15 лет после истории, рассказанной Гибсоном, и ее ноги явно растут оттуда, и далеко не у нее одной.

Кейс - так называемый компьютерный ковбой, а говоря проще, гениальный хакер, помешанный на том, чем занимается, но вот только один косяк, правильнее сказать, он им был. Пока не попытался кинуть могущественных людей, которым это естественно не понравилось, и они наказали его, оставив ему жизнь, но забрав из нее смысл его существования - путь в киберпространство ему закрыт и ни один нейрохирург ни за какие деньги не может помочь ему. А потому Кейс, пусть и не признаваясь себе в этом, занимается медленным самоубийством, потребляя в огромных количествах алкоголь и наркотики и берясь за любую опасную работу, которую ему могут предложить на улицах Токио. Но однажды его находит человек, представившийся как Армитидж, он обещает излечить Кейса, в обмен же тот должен на него поработать. Конкретную цель он ему не называет, но речь идет о взломе чрезвычайно мощной защиты, а помогать Кейсу в реальном мире будет девушка по имени Молли, чье тело модифицировано так, чтобы сделать из нее идеальную машину для убийств. Понятное дело, что Кейс с Молли попытаются выяснить о предстоящем им деле как можно больше, пусть и за спиной работодателя, но чем больше они узнают, тем сильнее погрязают в паутине, расставленной нечеловеческой рукой... Под конец рецензии же мне очень хочется процитировать самого автора:

«Нейромант» и два его продолжения — не о компьютера. Иногда эти книжки делают вид, и довольно неубедительно, будто они посвящены компьютерам, однако на самом деле главная их тема — технология в некоем более широком смысле. Я лично подозреваю, что в действительности они об Индустриальной Культуре; о том, что мы делаем с машинами, что машины делают с нами, и о том, насколько бессознательным (и, как правило, беззаконным) этот процесс был, есть и будет».

«Нейромант», открывший дорогу киберпанку, произведение среди любителей фантастики столь известное, что вряд ли имеет смысл в очередной раз пересказывать его сюжет. Лучше сосредоточимся на размышлениях по поводу. *** 1984 год. Что окружало Гибсона во время написания романа. Среди персональных компьютеров властвовал в разных модификациях Apple II с целыми 64 кб (килобайт!) оперативной памяти, которая в продвинутом варианте увеличивалась до 128, и пятидюймовыми дискетами позволяющими записывать аж 280 кб информации. Сеть только что вышла из оборонных пеленок и получила систему доменных имен. А все её содержимое заключалось в почте, новостных группах и досках объявлений.

И вот среди этой «фантастической» техники Гибсон придумал современный интернет, причем с объемной визуализацией, хакерами и мощными системами защиты, именуемыми в романе ЛЕД. И даже парочкой искусственных интеллектов, находящихся под неусыпным контролем полиции Тьюринга. (Причем, ему хватило мудрости не расшифровывать большинство технических терминов, предоставляя читателям самим догадываться, что стоит за симстимом, конструктом и прочими прелестями киберпространства).

Я не сторонник полочек с ярлыками-стилями, но то, что Гибсон создал новое направление фантастики, несомненно. Правда, не обошлось без маленьких огрехов в виде реального сухого льда каким-то образом преобразующегося в виртуальный, и «не замеченного» устранения трех сотрудников Тьюринг-полиции, что, по идее, должно было вызвать ЧП мирового масштаба.

Но впервые создаваемый мир никогда не бывает совершенным, зато есть где развернуться последователям, развивая и дополняя отца-основателя. Гибсон задал киберпанковский каркас и населил его множеством образцов-типажей, такими, как переделанная на микроуровне Молли, получившая свою реинкарнацию в Тринити из «Матрицы», Миели из «Квантового вора» и еще куче других персонажей. *** Фантастика, на самом деле, в значительной степени определяет формы и направления технического прогресса. В подростковом возрасте ее образы, помноженные на восторженные эмоции, намертво впечатываются в подсознание. И уже оттуда, из глубин руководят мечтами и жизненными устремлениями.

Дальше...

Возьмем, к примеру, Илона Маска. Начитался человек в детстве Брэдбери и вместо того, чтобы мирно проживать $ 1,5 млрд., полученные за PayPal, организовал компанию «Space X». И не просто организовал, а за двенадцать лет уже создал две ракеты и возвращаемый челнок, которые регулярно летают в космос. Теперь у него в планах полет на Марс, и похоже, двигаясь такими темпами, он там окажется еще при своей жизни. Или другой, почти анекдотический случай. Когда Apple по полной программе наехала на Samsung, за якобы скопированный дизайн планшетников, те, в свое оправдание, представили в суд фрагмент «Космической одиссеи 2001 года» Кубрика, вышедшей на экраны в 1968 году, где эти самые планшетники входят в стандартный набор оборудования космического корабля. *** Было бы заблуждением считать, что фантастика развивается равномерно и по нарастающей. В литературе можно четко отследить 50-летние циклы. Впрочем, это, скорее, циклы истории. Книги девятнадцатого века, где все ездили друг к другу в гости и самые страшные трагедии разыгрывались на любовном фронте, никак не могли объяснить промышленное уничтожение людей в горниле Первой мировой войны. Для понимания всеобщего озверения потребовалось вспомнить Ницше и родить множество «измов», быстро оккупировавших живопись, литературу и театральное искусство.

В 60-е годы происходила смена экономической парадигмы – капитализм переходил от индустриальной к постиндустриальной фазе, что сопровождалось неизбежным идеологическим бурлением. И писателям, в том числе и фантастам, хотели они того или нет, пришлось отвечать на поставленные вопросы о смысле жизни и куда идти дальше.

Но в промежутках между бурными фазами жизнь успокаивается, бывшие маргиналы поглощаются мейнстримом, и наступает время преобладания формы над содержанием. Очень точно по этому поводу сказал классик французской литературы Ален Роб-Грийе, вспоминая 50-60-е года прошлого века: «Тогда мы только недавно вышли из войны, и в людях была энергия, любопытство, жажда каких-то новых форм, смыслов - то, что постепенно исчезло. Теперь некоторые говорят: надо, чтоб была война, тогда снова настанет эпоха интеллектуализма.» Правда, добавив: «Лучше бы ее, конечно, не было, поскольку это была бы очень страшная атомная война.» *** «Нейромант» - типичное произведение эпохи, когда годы революций остались за спиной. В нем как-то незаметно потерялся вопрос «Зачем?». Где та великая идея, ради которой крушат направо и налево, не жалея живота своего? Где та Земля обетованная или, на худой конец, Грааль, ради которых все и затевается? Не считать же сверхцелью суицид искусственного интеллекта, для реализации которого пришлось задействовать силы воистину космического масштаба.

В результате получился экшн или киберпанк, или как-то по другому. Но это обязательная фаза «удобривания почвы», за которой с неизбежностью следует фаза подъема. И, похоже, мы уже вплотную приблизились к ней. Осталось только дождаться «спускового крючка», серьезного конфликта. Надеюсь, он будет не военным. *** Вердикт – прочитать как «первоисточник».

«Нейроманта» мне дал друг, а описал сюжет он так: «Мужику-наркоману поменяли поджелудочную железу, и теперь он не может получать кайф от наркотиков. Как-то так». Аннотацию я не читал, потому что её тупо нет. Ну и жмых с ней. Зато на обложке мужик, будто распадающийся на молекулы, на крутом фоне, а рядом с ним какая-то китаянка. Ладно, друг херни не посоветует, как грится. И представьте моё удивление, когда я, в ожидании истории наркомана с кучей гэгов, наткнулся на киберпространство, матрицу, панораму будущего в стиле хай-тек. Я просто не ожидал такого. Мне казалось, сначала будет что-то в духе такого анекдота:

Дочь спрашивает отца: -Папа, а что такое наркотический трип? -В общем, смотри. Я тебе сейчас вот показываю два пальца, а при трипе тебе кажется, что их четыре. -Но, папа, ты показываешь один палец…

А потом, после супероперации, отчаяние, переосмысление бытия, осознание тщеты существования под эгидой наркотического молота. Это всё, конечно, до жути интересно, но Это просто интересно. А в книге наркотики – вообще не то что второстепенный, а даже третьестепенный мотив. Что по книге тогда, если не про упорантов там?

Это киберпанк. То, с чего всё проистекало, что породило «Матрицу» и киберпанк как новый самостоятельный жанр. Не сказать, что я прям млею от нанотехнологий. Я нахожу информационный прогресс интересным, но не более.

А про роман невероятно сложно что-то говорить. Для меня, во всяком случае. С одной стороны, общая картина мира скрупулёзно продумана, тщательно и с размахом прорисована каждая деталь. Сюжет стремительно развивается, имеет ворох нежданчиков. Роман настолько многогранен, что мне было моментами скучно, моментами я буквально следил с замиранием сердца и дёргающимся глазом за героями, а иногда и вовсе не втыкал, что к чему. Гибсон круто пишет. «Электронная поэзия хай-тека» - без понятия, как это определить, но мне нравится. Его мозг – стробоскоп, воспроизводящий яркие картинки, а руки воспроизводят всё енто на бумаге.

Короче говоря, неоднозначное произведение. Были места уныния, были живописные ландшафты Муравейника, были входы и выходы из симстима и многое другое. Была Молли.

Вошёл в киберпространство.

Чувак, - конечно, гений. Гибсон. Настоящий демиург, ведь это он же придумал Матрицу, хакеров, да и жанр киберпанк вышел из Гибсона, и по сути весь кибер-визуал тоже придумал он. По крайней мере у меня читаючи было очень четкое представление мира, серые города, неоновые огни, плавно-кружащийся мусор в асфальтовой пыли под ногами вокруг мусорных контейнеров, нуарный дождь, отражающийся в стального сплава очках-глазницах, неопреновые и латексные костюмы. Та самая эстетика киберпанка, обожаттт!

Так вот, Уильям Гибсон - Нейромант впервые был издан в 1984м году, а это значит, что он реально был первым. Для меня автор сейчас же стал наравне (а то и круче) с нынешними демиургами с безудержной фантазией, Чайной Мьевиллем , Брэндоном Сандерсоном . Часто проскакивала аналогия и с другим моим любимцем, Дэном Симмонсом и его тетралогией Песни Гипериона. Не спрашивайте, ни сюжетно, ни эстетически нет ничего общего, речь идет именно о создании новых миров, доныне не встречавшихся. У меня сейчас глаза по два сердечка, как в известном смайле, очень уж меня цепляет такой талант.

Однако помимо мира, невероятно круто прописанного и разложенного по полочкам, (но не описанного! описаний мне вот не хватало как раз) мне бы хотелось видеть еще и сюжет, и какое-никакое повествование. В Нейроманте же сюжет куда-то постоянно уплывает, прячась в складочки мира.

Да, вот мы видим Кейса, скурившегося и обдолбанного, скоро вусмерть, на тех самых неоновых улицах японской Тибы. Некогда он был крутым хакером, бороздившим просторы Матрицы налево и еще раз налево, и вот однажды он свернул не туда, решил немножко обокрасть своего заказчика. Такое хакерам не прощается, и вот его рабочий инструмент, его нервная система выжжена ядом дотла, так что не быть ему больше Великим Взломщиком. Для Кейса же вся его жизнь - работа, и без Матрицы он просто влачится по дням от дозы к дозе.

Но его нашли некие сильные мира сего, в лице полковника Армитиджа со странно-каменным лицом и красотки-убийцы Молли, ну как раз черный латекс, 100-60-90, модельная внешность, спрятанная за зеркальным сплавом глазниц. Нет сомнений, с кого же списана Тринити. И Нео. И Матрица. И эти сильные возвращают Кейсу его нервы, ставят ему новую поджелудочную, но за это, естественно, требуют совершить невозможное и взломать невзламываемое. Очень понравился эстетический ход с представлением файерволлов и прочих защит в виде льда разной плотности, и там, где лежит то самое невозможное, автор нарисовал мне голый, скользкий куб льда, безо всякой возможности за что-либо зацепиться. Но... это только на первый взгляд без возможности.

А в целом, сюжетно я думала, там будут интрига на интриге, политика и копорации, как мне обещала аннотация, и поначалу так и было, но оказалось, что это всего лишь война Алой и Белой Розы и даже не между кланами (это не спойлер, это эвфемизм), а... Я бы вообще назвала это войной мозговых полушарий, между разумом и чувством, между логикой и иррациональным. Можно сделать скидку таки на время написания, и я ее даже и сделала, но даже и со скидкой на мой вкус слишком простенько (и это говорю я, человек, который даже Агату Кристи не может раскусить).

Плюс мне совсем не понравилась манера написания, те самые складочки мира сложились из мелких рваных абзацев, и в общем-то, это было нормально, было, пока разом не утомило. Автор пишет очень рвано и перескакивает с картинки на картинку, с темы на тему, так что я порой терялась в этом своеобразном кибер-пуантилизме, и чтобы схватить общую картину требовались сверх-усилия. А потому эта картина на высший балл для меня никак не потянула.

Не знаю, буду ли я читать трилогию дальше, пока что совсем не тянет. Что-то я совсем подостыла к классикам фантастики. Ушло их время.

At speed of lies I will connect I search and surf as I infect Computerized catastrophe

Your information’s what I steal I scan you till you are unreal Transmit your power into me

Cyber World Cyber World I’ll steal your mind

Rob Halford – Cyberworld

"Нейромант" Гибсона мне очень понравился. И я это говорю, несмотря на то, что читался он долго и достаточно тяжело. Обычно на книги такого объема у меня уходит максимум три дня. Эта история заняла у меня неделю, а еще я делала перерыв в месяц после первой трети текста.

Наверное это мне и понравилось. Я получила вымученное, почти что извращенное, удовольствие от "Нейроманта". Гибсон кромсал, резал и взбалтывал мое представление о реальности. Он переворачивал все с ног на ноги, злорадно ухмыляясь и надеясь, что мозг читателя перегреется как процессор без кулера. Автор ничего не разъясняет, он выкидывает на просторы своего кибермира, заставляет складывать для себя картинку по пикселю и искать зерно хоть мало-мальски привычной логики в мегабайтах информации.

Поэтому и было сложно втянуться. В этом мире чувствуешь себя неуютно, примерно так, должно быть, чувствует себя первоклассник, попав на урок физики или химии для семиклассника. Что? Зачем? Почему? Кто все эти люди, и почему они все кажутся такими упоротыми? Что происходит то? И автор отнюдь не спешит все раскладывать по полочкам для бестолкового новичка.

Попробуем разобраться, что же все-таки происходило в этом сумасшедшем киберпанковском мире....

Знакомьтесь, это Кейс. Он киберпространственный ковбой, взламывает или обходит лёд крупных и мелких компаний, чтобы стянуть нужные данные. Лед, кстати, не какая-то там замороженная водичка, а настоящее антихакерское средство, почти антивирус. Ах, да. На момент знакомства Кейс совсем не у дел. Пал на самое дно. Ведь злые дядьки пережгли ему нервную систему так, что в кибер он больше не ходок. Беда. Тут же напишу, что как персонаж главный герой не особо интересный, какой-то он вялый.

И вот в такой трудный час\месяц\год нашего несчастного ковбоя находит потрясающая девушка Молли( ногти-лезвия, в глазах навороченные линзы, все рефлексы отточены как швейцарский нож). Не просто так, а с целью предложить работенку - некий мутный тип по имени Армитаж предлагает починить нервную систему главного героя в обмен на посильную помощь во взломе чего-то обалденно секретного. Стоит ли говорить, что Кейс соглашается, а как иначе.

Ох и заварилась же дальше каша. Взломать что-то, не знаю что, для того, чтобы обеспечить доступ туда, не знаю куда...А тут еще истинный заказчик появился, который не что иное, как Искусственный Интеллект. А, как известно, пути искусственного интеллекта неисповедимы, поди пойми, что он там хочет на самом деле. А уж когда в дело вмешивается его ИИ-коллега, который вроде как и не коллега, а враг, да не совсем враг, а просто живет на своей волне...Взрыв мозга!

Но это же шикарно! И плевать, что от Гибсоновых киберсетей слегка попахивает нафталином. Правда, плевать. Ведь он же не вчера писал, а компьютеры за последнее время очень сильно изменились. Но в целом. Эта актуальная тема самосовершенствования искусственного интеллекта при деградации человеческого социума. Пока люди принимают наркотики и используют сеть для ухода в киберпространство, спасаясь от убогой реальности, компьютер совершенствуется, возносится на новый уровень, где человек практически не имеет над ним власти. Я не готова утверждать, что это не происходит прямо сейчас.

Это же 1983 год! Восемдесят третий! Да спроси вы тогда первого встречного, что такое компьютерная сеть или, боже упаси, интернет - в ответ услишали бы неразборчивое бормотание. В "Нейроманте" - уже всемирная компьютерная сеть с информационными потоками в сотни терабайт/секунду (и это в то время, когда размер программ измерялся еденицами килобайт). Спроси вы того же встречного - что такое персанальный компьютер? - услышали бы лепет про шкафы и перфокарты или, в лучшем случае, что-нибудь про американский сорт яблок. У Гибсона - уже лэптопы с нейроинтерфейсом и миниатюрные накопители информации. А уж про хакеров и спрашивать беднягу не стоило бы.

Запомните эту дату - восемдесят третий год - перед тем как открыть книгу. Запомните для того, чтобы в полной мере ощутить мощь фантазии этого человека - Уильяма Гибсона. Снимаю шляпу.