Отзывы о книге Чтец

Книга Бернхарда Шлинка «Чтец» — достойное внимания произведение, удачно сочетающее примечательный сюжет с серьёзным осмыслением морально‑правовых дилемм послевоенной Германии. Юридический язык в романе не выглядит чужеродным элементом: он органично вплетён в ткань повествования и помогает точнее передать атмосферу эпохи, когда общество пыталось дать правовую оценку преступлениям нацизма. Особенно впечатляет, как автор показывает столкновение абстрактного права и живой человеческой судьбы: формальная справедливость порой оказывается бессильна перед глубиной личной трагедии. «Чтец» заставляет задуматься не только о прошлом, но и о том, как мы сегодня определяем границы вины и прощения.

Но при всей серьёзности затрагиваемых тем роману не удаётся в полной мере раскрыть внутренний мир главной героини Ханны, из‑за чего её образ остаётся схематичным и эмоционально отстранённым. Читатель так и не получает убедительного ответа на вопрос, что именно двигало Ханной в ключевых ситуациях — страх, стыд, ограниченность или сознательный выбор. Шлинк поднимает важнейшие вопросы вины, ответственности и исторической памяти, но не выстраивает целостной концепции — вместо этого он оставляет читателя перед набором дилемм без видимого авторского ориентира. В результате размышления о соотношении закона и милосердия, прошлого и настоящего звучат декларативно, а не как итог глубокой внутренней работы героя или самого писателя. Кроме того, эмоциональная дистанция между читателем и персонажами снижает жизненную убедительность повествования.

С одной стороны, роман безусловно ценен как интеллектуальный стимул: он затрагивает фундаментальные темы исторической вины, личной ответственности, соотношения закона и морали, а также проблемы преемственности поколений в осмыслении трагического прошлого. Сюжет выстраивается так, что читатель невольно вовлекается в этические дилеммы и начинает самостоятельно искать ответы — это делает книгу отличной отправной точкой для дискуссий. С другой стороны, многие поднятые темы остаются лишь обозначенными, но не получают развёрнутого авторского осмысления. Шлинк скорее демонстрирует конфликт, чем анализирует его изнутри: он показывает столкновение правовых норм и человеческих чувств, но не предлагает целостной концепции, которая помогла бы понять, где проходит граница справедливости в столь сложных обстоятельствах.

Следует отметить, что, несмотря на юридический стиль изложения и попытку рассудочного осмысления, главный мотив, движущий героями, — чувственное наслаждение. Иногда при чтении философских текстов, особенно когда затрагиваются новые и сложные темы, выходящие за пределы привычного восприятия, я испытываю физическое напряжение: мышцы невольно напрягаются, внимание рассеивается, начинает клонить в сон. Приходится усилием воли возвращать себя к тексту — буквально «заставлять» мозг сосредоточиться и осмыслить прочитанное. В романе Бернхарда Шлинка «Чтец» этот контраст особенно заметен. Главная героиня просит читать ей вслух — и для неё важнее не смысл текста, а сам процесс, его антураж: звучание слов, атмосфера, ощущение власти над читающим. Это подводит к размышлениям о природе власти и воли. Для одних власть — это ответственность и труд: они укрощают собственную волю ради глобальной цели, выходящей за рамки личных интересов. Сам процесс для них малоприятен — подобно тяжёлой физической нагрузке, — а удовлетворение приносит достигнутый результат. Для других же власть — источник удовольствия, и тогда определяющим становится не цель, а процесс и личное тщеславие. Последствия и целостное обоснование отходят на второй план: ощущение собственного величия и комфорта перекрывает муки совести. В таком случае рассудок легко принимает за оправдание поступков циничную концепцию собственного превосходства — идею о том, что так поступать не просто можно, но и необходимо. Таким образом, мотивы персонажей в романе обусловлены преимущественно стремлением к чувственному наслаждению, которое вытесняет необходимость глобального осмысления своих поступков. Акцент смещается в сторону личного счастья — вне зависимости от того, рассматривается ли оно в масштабах отдельного индивида или целой нации.

В последнее время тема покаяния стала очень популярной и приобрела какие-то странные формы. Белые становятся на колени перед чернокожими, прося у них прощение за два века рабства, к которому ни те ни другие никак не причастны. Каяться стало модно, и не важно, что в душе при этом абсолютно ничего не происходит.

Бернхард Шлинк относится к тому поколению немцев, для кого тема покаяния – не пустой звук. Это их боль, которую они пронесли через всю жизнь. Недавно закончилась война, с фашизмом покончено и Германия возвращается к нормальной жизни. Но как относится к тем людям, кто добровольно или по принуждению сотрудничал с нацистами. Кто так или иначе, в большей или меньшей степени причастен к преступлениям против человечества. Или к тем, кто вроде бы ничем себя не запятнал, но с молчаливого согласия которых все это происходило. И что делать, если среди таких людей твои родные и близкие, друзья и любимые, коллеги по работе. Должен ли ты отказаться от них, а если нет, не означает ли это, что ты оправдываешь их преступления.

Я был готов понять и одновременно осудить преступление, совершенное Ханной. Но все-таки оно было слишком ужасным. Если я пытался понять его, то у меня возникало чувство, что я не смогу осудить его так, как оно должно быть осуждено. Если же я осуждал так, как оно должно быть осуждено, то не оставалось места для понимания. И все же мне хотелось понять Ханну, ибо своим непониманием я бы снова предал ее. У меня ничего не получалось. Я был готов мучиться над двойной проблемой: осуждением и пониманием. Только двойного решения не находилось.

Книга начинается как любовная история между 15-летним подростком Михаэлем и 36-женщиной Ханной. Рассказ ведется от лица Михаэля и все события читатель видит именно его глазами. Образ Ханны остается достаточно расплывчатым и недосказанным, для автора важнее то, какой след она оставила в душе Михаэля, чем она стала для него. После непродолжительной связи Ханна, казалось бы, навсегда исчезает из жизни молодого любовника. Но судьба распорядилась иначе, через несколько лет, будучи студентом юридического факультета Михаэль узнает Ханну в одной из обвиняемых по делу о нацистских преступлениях.

Перед Михаэлем встают две главные проблемы. Во-первых, он никак не может совместить в своем сердце любовь к Ханне и ужас перед теми деяниями, в которых ее обвиняют. А во-вторых, он владеет некоторой информацией, которая может помочь Ханне, но которую она сама тщательно скрывает, настолько тщательно, что готова оговорить себя, лишь бы правда не вышла наружу. И что ему делать в таком случае, попытаться помочь или дать право Ханне самой решать свою судьбу.

Что же касается взрослых, тут вообще ничем нельзя оправдать, когда кто-то решает за других, что для них хорошо или плохо. — Даже если потом выяснится, что это делалось для их же собственного блага? Он покачал головой: — Мы говорим не о благе, а о достоинстве и свободе личности.

Совсем небольшое по объему произведение, в котором автор поднимает очень нужные и важные вопросы.

Как это часто бывает, аннотация к книге может создать неправильное представление о её содержании. Как например, в данном случае, прочитав которую можно предположить, что речь пойдет о любви между взрослой женщиной, умудрённой опытом и несовершеннолетним юнцом, ещё пока ничего не понимающим в жизни. Но это только первое впечатление и начало небольшого по объёму, но такого ёмкого по содержанию романа. Итак, Михаэль и Ханна случайно знакомятся, когда ему 15 лет , а ей около 34. Что они могут дать друг другу в данном случае ? Не так уж и мало. Она станет для него проводником в мир взрослой жизни, он для нее - проводником в мир книг, которые он выбирает по своему вкусу и читает ей вслух. Действие романа разворачивается в одном из немецких городов после Второй мировой войны, что обуславливает дальнейшее развитие сюжета и сама встреча главных героев становится отправной точкой для истории длиною в целую жизнь. С развитием сюжета автор все чаще ставит перед читателем серьезные вопросы : проблема выбора, ответственность за принятые решения, за судьбу близкого тебе человека, как лучше поступить : по совести, велению сердца и тогда принять вызов общества или смолчать, не высовываться, но постоянно возвращаться к тому моменту, когда поступил против своей воли и мучиться этим, снова и снова возвращаться к этому и пытаться найти оправдание себе и своим поступкам. Стоит ли думать о прошлом, если оно — уже история? Или всё ещё продолжается? И конечно, красной нитью через весь роман проходит мысль о том, что в ответе ли дети за деяния отцов. Есть такая пословица : сын за отца не отвечает. Но как порой сложно жить , следуя ей , в настоящем. И это мы как раз наблюдаем в данной истории, где немецкое общество пытается осознать ошибки прошлого, развязанную кровавую и проигранную войну. Оба образа главных героев достаточно яркие , хорошо прописаны. Но для более лучшего понимания Ханны мне не хватило страниц о ее прошлом, истории о службе в качестве надзирательницы женского концлагеря. Мы можем только догадываться, что произошло на самом деле. Язык романа достаточно скуден и суховат, но в данном случае вполне оправдан, на мой взгляд. Автор просто предоставляет нам факты из жизни героев, не подталкивая к какому-то определённому выбору, решению. Это должен каждый сделать сам. Как и в жизни, когда каждый день мы принимаем решения, которые влияют не только на нас самих, но и на близких и родных, и просто окружающих нас людей.

О чём эта книга ? О том, как первая связь мальчика, переросшая в любовь, заполнила всю его жизнь. Недосказанность, загадочность, незавершенность, неконкретность сделали Михаеля на всю жизнь пленником Ханны. Любовь. Ханна, 36-летняя женщина, по факту совратила 14-летнего Михаеля Берга. Конечно, парень был не против, не взирая на 22-летнюю разницу в возрасте. Он полюбил Ханну как первую, полюбил за её женственность.

"Много лет позднее я понял, что не мог отвести от неё глаз не из-за её фигуры, а из-за её движений и поз...Она не позировала, она не кокетничала. Я также не помню, чтобы она делала это в других случаях. Я помню, что её тело, её позы и движения иногда производили впечатление неуклюжести. Не то, чтобы она была такой тяжелой. Скорее, казалось, она уединялась в глубинах своего тела, предоставила его самому себе и его собственному, не нарушаемому никакими приказаниями головы спокойному ритму, и позабыла о внешнем мире. То же забвение окружающего мира было в её позах и движениях, когда она одевала чулки. Однако тут она не была неуклюжей, а напротив - плавной, грациозной, соблазнительной и соблазн этот находил выражение не в её груди, бёдрах и ногах, а в приглашении забыть внешний мир в глубинах её тела."

"Она просто смотрела на меня. Её лицо ничего не просило, ничего не добивалось, ни в чём не заверяло и ничего не обещало. Оно предлагало себя."

Загадочность Ханны, её принятие Михаеля не потому, что он ей необходим или что-то должен, а обыкновенное позволение быть рядом, её исчезновение без ответов и появление без вопросов, неожиданное дело по её поводу (не важно, думает мужчина о вас хорошо или плохо, главное - чтобы думал) сделало её женщиной всей жизни, единственной любимой.

Безграмотность. Автору отлично удалось показать образ гордого безграмотного человека. Грамотному человеку, у которого нет ни близких с подобной проблемой, ни специальных познаний в этой области, поведение Ханны может показаться странным. На самом деле автор справился на пять. Думаете, пожилой папа, который всю жизнь был добытчиком, по какой-то другой причине отказывается учится работать с компьютером ? Поразмышляйте, и вы, скорее всего, вспомните другие примеры странного поведения знакомых из-за букета определённой безграмотности, гордости и чувства беспомощности или стыда. Оправдывает ли это поступки героини, делая книгу некорректной ? Нет. Ведь два пятилетних ребёнка с одинаковым развитием ведут себя по разному: один бьёт собаку палкой, а второй - нет. Это личный выбор. Хотя согласна:

"Неграмотность - это духовное несовершеннолетие."

Коллективная вина. В наше время люди не вспоминают о важнейших понятиях: чувство меры, коллективная вина, интеллектуальная честность и т.д. и т.п. Все мы части социума. То, кого мы поддерживаем и с кем связаны, накладывает определённую ответственность. Выбор работы, политиков, программ способствуют определённым движениям и тенденциям. Действия нашей семьи отражаются на нашей личной репутации, на внутреннем состоянии. Есть вина, переданная нам по наследству, нужно это осознать и пережить. Думать об этом слишком много пессимистично, а не думать - безответственно. Для немцев это был сложный период - осознать и пережить коллективную вину за кровь мировой войны, понять, что каждому делать в этой ситуации и как относиться к близким. О коллективной вине помнить стоит каждому и сегодня, спрашивать себя:"Мой личный выбор несёт разрушение или созидание ?" Только так можно избежать катастрофических последствий. Право. У дочери Михаеля было право на родительскую любовь и чувство защищённости. Решением не спасать свою семью он нарушил права своей дочери. Все помнят золотое правило:"Как хотите, чтобы поступали с вами, так поступайте и с другими." В этой книге есть правильное объяснение данного правила:

"Но, что касается взрослых,- тут я решительно не вижу никакого оправдания тем случаям, когда одни люди ставят то, что они считают подходящим для других, выше того, что эти другие считают подходящим сами для себя."

"...о человеке как о субъекте и о том, что его нельзя делать объектом."

Экранизация. Фильм хорош, но зря не показали три вещи: 1) одевание чулков как чувственную центральную сцену; 2) разговор Михаеля с отцом, который объясняет его выбор; 3) что именно выписывала для чтения Ханна после обучения. Герой. Михаель начал с эмоционального предательства и закончил бегством от жизни и отказом от ответственности. Он так и не стал мужчиной.

Книги, прочитанные Михаелем и Ханной в "Чтеце" Б. Шлинка

Ей 36. Ему 15. Она - кондуктор трамвая. Он - заурядный гимназист. Случай, вспышка, страсть. И любовь к чтению - она просит ему читать. Но однажды она исчезает.

Ей 44. Ему 23. Она - подсудимая. Он - студент-юрист. На суде ему приходит догадка, почему она исчезла.

Ей 62. Ему 41. Он начитывает книги на кассеты и посылает их ей. В тюрьму. От нее приходят небольшие записки с благодарностями.

Ему 52. Он до сих пор помнит её. Воспроизводит в памяти моменты из прошлого, когда ей было 36, а ему 15... Но, если бы жизнь можно было перемотать, как кассету, были бы они счастливы.

Не поняло, не тронуло, не заинтересовало. Если бы не прекрасный язык и перевод - бросила бы после первой части. Читать лучше с послесловием и комментариями переводчика.

Любви тут нет. Гормоны с одной стороны и побег от одиночества с другой. Взросления тоже не обнаружила! Эта история больше о малыше, который сильно обиделся на взрослую тётю. И вот, смакуя эту обиду, он идёт по жизни, категорически отказываясь от взросления.

А зачем ему взрослеть? Это же надо  ответственность за кого-то нести (в том числе и за своих близких). А тут, обиделся, закрылся в скорлупке. Переодически ранку свою поцарапывая, чтобы она (не дай  Бог) затянулась. Нет-нет!

Что касается судьбы Ханны, то судьба как надзирательницы Аушвица мне не интересна и не трогательна. На её месте меня бы все равно не было, я бы была с обратной стороны.

Но у меня полыхало от "гуманности" правосудия того времени и это хорошо описано автором, с деталями. Собственно, если посмотреть на то, что происходит сейчас в мире в отношении Второй Мировой войны, то можно даже не удивляться происходящему.

Здесь сплошные побеги - от стыда, от чувств, от жизни. А если нет принятия, то о каком искуплении или всепрощении может идти речь?

Насколько я помню, никогда раньше мне не встречались книги с такой темой. По этой причине "Чтец" стал для меня открытием, хотя так и не смог запасть глубоко в душу. Во всем мире достаточно литературы, рассказывающей про жертв холокоста, но так ли много историй про исполнителей этого преступления? Мне на память приходит "Способный ученик" Стивена Кинга, но там все же идея была несколько в другом. "Чтец" же открыто ставит вопрос о "втором поколении", о тех, кто пришел на смену приверженцев нацизма. К тому же сам автор немец и принадлежит как раз "второму поколению". Шлинк делится с читателем своими размышлениями по поводу вины за содеянное родителями. Целое поколение несло, в какой-то мере, ответственность за проступки своих старших родственников. Вина, стыд, потерянность, вопрос о том, как такое вообще могло произойти - все это не дает покое главному герою романа. А еще он не может разобраться в своих чувствах к женщине, которая оказалась как раз одной из бывших надзирательниц концлагеря. Как теперь к ней относиться?

Вообще произведение многослойное. Наравне с идеей о вине "второго поколения" Шлинк ставит тему неграмотности. Почему "Чтец"? Потому что главный герой читал книги неграмотной любовнице. При этом сама она готова была согласиться на пожизненное заключение, лишь бы не раскрывать своего постыдного недостатка. И что в таком случае делать человеку, который знает о секрете подсудимой? Имеет ли он право решать за нее и рассказывать про неграмотность судье? Еще один философский вопрос.

Первую половину книги я слушала в исполнении Винокуровой Надежды. Она неплохой чтец, но "Чтеца" (какая тавтология) по-хорошему должен был озвучивать мужчина, все же повествование ведется от первого лица. Самостоятельное чтение данного произведения мне понравилось больше и я бы не советовала выбирать аудио формат (даже любителям аудиокниг). Шлинк часто ставит перед собой и перед читателем вопросы, которые следует обдумать неспеша и со всей возможной тщательностью. Беглое прослушивание может испортить впечатление от книги, сделать его поверхностным (как чуть было не произошло со мной). Мне понравилась откровенность автора, его желание разобраться в себе и в мире, по возможности не вынося приговора. В конце концов все это произошло, это теперь часть нашего общего прошлого.

Очень непростая история, в которой поднимаются очень сложные темы. Буквально недавно посмотрела фильм по этой книге и решила не откладывая сравнить впечатления. По итогу впечатления оказались приблизительно одинаковыми, а говорить об этой истории все так же тяжело.

Книга поделена на три части. Первая часть – это знакомство и начало любовной связи пятнадцатилетнего мальчика Микаэля и 36-летней женщины Ханны Шмиц, кондуктора трамвая. Я не осуждаю разницу в возрасте влюбленных, когда двое – уже сформированные личности. Микаэль же по сути все еще ребенок для меня, очень резко окунувшийся во взрослую жизнь. Как по мне, эти отношения очень сильно повлияли на всю его дальнейшую жизнь, сделав его замкнутым, с вечным ощущением вины перед женщинами, которых он так и не смог полюбить. Мне было непонятно была ли там любовь со стороны Ханны или она просто пыталась хоть немного избавиться от своего одиночества.

Вторая часть – это события, которые произошли спустя 8 лет после резкого исчезновения Ханны из города и из жизни Микаэля. Микаэль уже студент юридического факультета, который на факультативе присутствует на суде над нацистами. На нем судят 5 женщин надзирательниц и Микаэль с ужасом узнает в одной из женщин Ханну. Про суд могу сказать только то, что люди мастерски пытаются откреститься от собственного прошлого: что надзирательницы (кроме Ханны, кстати), что те, кто судит и присутствует на суде. И для меня ответ судьи на вопрос Ханны звучит поистине жалко. И Микаэля просто раздирает на части этот суд. Он догадывается о секрете Ханны, что она неграмотна, но решает оставить решение за ней. И из-за того, что он причислил себя к группе тех, кто хочет поскорее покарать предыдущее поколение за их действия, ему еще тяжелее из-за чувств к Ханне, хотя ее преступление ужасно.

Третья часть – это жизнь после суда. Именно тут я и могу подтвердить свои слова, что связь с Ханной в столь раннем возрасте для него закончилась негативно. Он не смог сохранить семью,из-за чего постоянно страдал их ребенок, но главное, он не смог избавиться до конца от этой связи, пронеся ее через всю свою жизнь. А Ханна в итоге сама выбрала свою судьбу. Научившись читать и писать по кассетам, которые присылал ей Микаэль, она большую часть времени посвятила чтению про жертв лагерей. Прошлое изменить невозможно, с ним можно только жить. А Ханна возможно избрала для себя иной путь искупления.

Конечно же, фильм "Чтец" я смотрела, правда, очень давно. Содержание почти стерлось из памяти, но основную линию сюжета я всё же помнила. И это было большим плюсом для меня: когда я читала книгу, я не могла сравнить её с фильмом и искать недостатки в том или другом, потому что фильм остался в памяти в общих чертах, но в то же время имела представление, о чем книга.

Книга мне очень понравилась. Это было очень цельное произведение, не о любви и о любви, но в то же время без розовых грез и слез. И о взаимоотношениях довольно необычных. Не вижу смысла сравнивать книгу с "Лолитой", потому что все-таки темы затронуты очень разные. И уж точно не могу назвать "Чтеца" "Лолитой" наоборот.

Мне кажется, лучше вместить столько грусти и печали, столько мудрости и столько сложных тем в такую маленькую книгу, как это сделал Шлинк, просто невозможно. И лучшего конца представить тоже. Именно так и должна была закончиться эта история Ханны и Михаэля.

После прочтения книги, я, зная, что есть экранизация, побежала ее смотреть. Ни та, ни другая меня не разочаровали, что бывает крайне редко.

История совсем не простая и затрагивает очень много вопросов.

Вопросов любви.

А правда ли, что любви покорен любой возраст и как этот факт воспринимается в обществе? Нашему главному герою Михаэлю 15 лет. Он пытается перейти в следующий класс в школе, но это плохо ему удается, потому что довольно продолжительное время мальчик болел и лежал дома. Как раз по пути из школы, когда Михаэля знобит и рвет прямо посередине улицы, ему помогает женщина, на вид 38-ми лет, крепкого телосложения. Она умывает его и провожает домой… Позже эти двое познакомятся и им придется на своей шкуре испытать давление общества.

Вопросов закона и морали.

Правда ли, что мораль соблюдаемая людьми, прописана в книгах? Или это ложное предположение? Разве не каждый сам для себя устанавливает рамки дозволенного? Может человек, которого заставляли делать плохие вещи, быть не на что не годным? В таком случае существует ли восхваленная справедливость?

Вопросов достоинства, наконец.

Может ли человек принять истинно верное решение, находясь под огромным давлением? В нашем случае – давлением власти?

История повествует о шести надзирательницах в концлагере под Краковым в годы войны.

О трудных решениях, которые им приходилось принимать, о тяготе сделанного выбора и груза ответственности, перед нынешними послевоенными властями.

Судьбы главных героев переплетутся невероятным образом, заставив вас над многим поразмыслить. Ну, а пока, Ханна и Михаэль любят друг друга, несмотря на то, что одного из них преследует тайна, за которую, как кажется, клеймят позором.