Инакомыслие…
Нагромождение слов, как пустое безволие…
Скудная идея, растянутая на многолистье.
Словно умирающая в духоте агония
Рвёт на себе в клочья мрачные мысли.
В рифмы попасть, право слово, не трудно мне,
И обмусолить красиво тревоги дней.
Но разве будет подвластно сердечной мгле
В свет обратиться и стать глубиной моей?
Разве может развеять пучину сомнения
Задевшее резко душевное новшество?
Словно ногою босой попав в расщелину,
Куклою сломанной оседаю беспомощно…
Падая навзничь, пытаюсь рывком отчаянным
Гордиев узел разрубить, не обезболивая,
Чтобы во тьме липкой, зрение поглощающей,
Помнила до последнего проблеска, кто есть – я…
Нагромождение чувств, как хворост еловый,
Тяжёлым трудом кем-то вручную собранный,
Словно с вышки, как минимум стометровой,
Рухнул, рассыпаясь на миллиарды образов.
В рифмы попала, но, согласитесь, сложные,
В сумрак сознания, твёрдой рукою очерченный,
Никого не пускала из предосторожности,
Но тебя я готова признать исключением.
Посреди каталогов, прищурясь пристально,
В трудных попытках не пропустить нечаянно, —
Могу быть экземпляром сугубо единственным,
Для ценителя умного и читающего.
Сейчас – это не просто чистое мгновение.
Это – наотмашь бьющее напоминание
О навечно ускользающем прочь времени
Сквозь пальцы. Сквозь спазмы разочарования.