Она

Кальвадос. Или, вспоминая Ремарка…

Я немного грустила вчера.
А потом резко вдруг перестала.
Отпустила дрянная хандра,
Кальвадос когда с полки достала.

Пробежалась глазами вдоль книг,
Там Ремарк подмигнул мне игриво.
Как никто, он давненько постиг
То лекарство, что с болью мирило.

Счастье, как он всегда говорил,
Слишком дорого. Как-то неясно.
Женщин надо лишь боготворить,
Не умеешь? Не трогай напрасно.

Ты любви испытаешь размах
Только в жертвенной бешеной страсти,
Лишь в поступках и искрах из глаз-
Это высшая форма всевластия.

Но так вредно душой прорастать
В кого-либо. Ползти на Голгофу.
Чтобы в жизни простое понять,
Надо смерть пережить. Катастрофу.

Так велики мы в наших словах,
И так немощны в их отражении.
До ломоты впитав диссонанс,
Мы своё признаем поражение.

Сохранить я хочу, словно песнь,
Верность свету в душе. Неподкупно.
И не вздёрнуть себя на кресте, —
Мысль, наверно, не так уж абсурдна.

Но тем временем, вижу – на дне
Капли хмеля мерцают, как искры.
Может, стоило взять Шардоне, —
Кальвадос так же крепок, как виски.

Пальцы тихо и нежно скользят
По рядам позыбытых историй,
В сотый раз выбираю подряд
«Жизнь взаймы». О любви и о горе.