Оглавление
- Розанов в контексте эпохи
- Апокалипсис нашего времени
- № 1
- К читателю
- Рассыпанное царство
- Как мы умираем?
- № 2
- Мое предвидение
- Последние времена
- № 3
- Кроткая
- Что-то такое случилось
- Зачем они звонят?
- Дед
- «Москва слезам не верит»
- Об одном народце
- Ежедневность
- Солнце
- № 4
- Правда и кривда
- Из таинств Христовых
- Сын
- Солнце
- № 5
- Немножко и радости
- Опасная категория
- Огонь Христов
- Тайны мира
- Искушение в пустыне
- Солнце
- Religio
- Туфля
- № 6-7
- Переживание
- Почему на самом деле евреям нельзя устраивать погромов?
- Еще о «Сыне» в отношении «Отца»
- Приказ № 1
- № 8—9
- Христианин
- La Divina Comedia[78]
- Странность
- Perturbatio aeterna[80]
- Надавило шкафом
- Три гороскопа
- О страстях мира
- № 10
- Солнце
- Корень вещей
- Древность и христианство
- Домострой
- Христос между двух разбойников
- Как падала и упала Россия
- Совет юношеству
Тайны мира
Ты один прекрасен. Господи Иисусе! И похулил мир красотою Своею. А ведь мир-то – Божий.
Зачем же Ты сказал: «Я и Отец – одно»? Вы не только «одно», а ты – идешь на Него. И сделал что Сатурн с Ураном.
Ты оскопил Его. И только чтобы оскопить – и пришел. Вот! вот! вот! – наконец-то разгадка слов о скопчестве. И что в Евангелии уже не «любят», а живут как «Ангелы Божии»: как в плавнях приднепровских, «со свечечками и закопавшись». О, ужасы, ужасы…
И весь Ты ужасен. Ты – не простой, а именно – ужасен. И ты воскрес – о, я верю! «Егда вознесусь – всех привлеку к себе».
Но, – чем?
О, ты не друг человеков. Нет, не друг. «Договор», «завет» (о «ветхом»), и это кажется формально и сухо. Но как Ты их ужасно угнел, до последнего рабства. Поистине – «рабы Господни»… Даже и до смерти, до мученичества.
Не потрясает ли: «Ни единый мученик не был пощажен». А ведь мог бы?..
Мог ли?
О…
Конечно, кто воскресил Лазаря – мог. Значит – не захотел…?
О, о, о…
Ты все мог, Господи Иисусе. Ты, «потрясший небо и землю».
И не избавивший даже детей ни от муки небесной, ни от муки земной.
Рабы, рабы… Да, «договор» – он «свят». – «Ты – мне, как я тебе». Ты же дал все унижение и взял себе всю славу. И вот, неужели Ты не понимаешь, почему на Тебя восстал праведный Израиль. Он восстал – не понимая. «Что-то – не то». Что – «не то»? Да похулив создание Божие, Ты более всего похулил, – похулил особенно и страшно, – «отрока Иеговы». И он, не понимая, «что» и «за что», – восстал на Тебя.
Вот разгадка, вот разгадка, вот разгадка.
Ну, слушай: очень хороши «лилии полевые». Но ведь не хуже и «человек»? Что же Ты его все гвоздил «грехом»?
И испугал муками? «Там будет огнь неугасимый» и «скрежет зубовный». Очень мило.
Вообще, все очень мило в Твоем создании, поистине – особом создании, особом «от Отца». Люди более не посягают, не любят, не множатся. А все слушают Тебя, как эта бедная Мария.
О, бедная, бедная… Да уж не мученица ли она «потом», которую Ты тоже забыл в небесном величии.