Цитаты из книги Пыль грез. Том 2

Казалось ясным, яснее некуда, что если во всем и заключался некий урок, учить его никто не собирается. Каждый новый придурок, каждый тиран, кому удавалось возвыситься над толпой, устремлялся навстречу тому же самому фиаско в уверенности, что уж он-то совсем иной, лучше и умнее предшественников. А потом земля снова пьёт досыта.

Жизнь воина обречена на одиночество, и одиночество это делается только тяжелей, когда поймешь, что лучше себя сдерживать, что не стоит слишком сближаться с собственными товарищами.

Кому жить, кому умирать, решают только вороны. Молитвы ничего не значат. Деяния и обеты, честь и благородство на весах судьбы весят не больше пылинки. Даже насчет храбрости он сомневался.

На лице не было никакого выражения (о, что за ужас — взирать на человеческое лицо, лишившееся выражения, и гадать, кто спрятался внутри и почему больше не желает показываться!)