Цитаты из книги Пыль грез. Том 2

Маску ломает не жар. Маску ломает лицо под ней, когда она больше не подходит.

Я мечтаю о мире без солдат. Пусть они все поубивают друг друга. Пусть короли и полководцы останутся в одиночестве, и чтобы ни единая душа не попала в их цепкие лапы. Пусть не будет оружия, несущего их волю, и клинков, звенящих с их угрозами. Пусть все увидят, какие они на самом деле – жалкие, слабые и никчемные.

Что происходит в душе солдата, знающего, что участвует в неправом деле? Что он агрессор, что несет жестокость и насилие? Эта мысль беспокоила Бриса, ведь все возможные ответы были беспощадны. Что-то ломается внутри. Что-то воет. Что-то зовёт к самоубийству. А винить будут его, командира. И его брата, Тегола. Ведь они — лидеры, они ответственны, они распоряжаются жизнями тысяч людей, как фигурами на грязной доске.

У женщин есть мощные секреты, и нет секретов более мощных, чем у беременных.

Настоящий герой тот, чей героизм никто не видит. Самая достойная слава — так, которая разлетается по бесчувственному ветру. Высшее достоинство оостается навсегда скрытым от всех.

Разум хранит много тайн. В мозгу есть множество истин; их мощь, скрытая внутри, абсолютна. Преврати одну истину в ложь, и человек станет волком. А его плоть и кости вынуждены подчиниться, изменяясь. Вместо двух ног — четыре, вместо человечьих зубов — волчьи клыки: новые формы и новые цели, чтобы подтвердить ложь.

Чувство вины вообще штука страшная. Мир опасно наклоняется, потом отшатывается обратно, чтобы тебя раздавить.Поскольку это ведь твой дурной поступок заставил его отклониться. Так что надо толкать его и дальше, пока почва не уйдет у тебя из-под ног, а потом останется лишь ждать внезапной тени, когда нечто огромное закроет собой небо. И следом за тем — влажный плюх, который, собственно, и есть справедливость. Содеянное тобой к тебе же и вернётся.

Превосходство – не более чем иллюзия. И бесконечно она держаться не может.

Хочешь смысл? Придумай его. Хочешь истину? Изобрети. Разницы никакой, нигде.

Истина - редкое оружие, и оттого ещё более смертельное.

У самокопания также имеется определенная ценность. Сложности возникали с тем, как именно эту ценность измерить. Столбик золотых монет? Три столбика? Пригоршня драгоценных камней? Или пыльный холщовый мешок с навозом? Воистину ценность: не слишком-то твёрдый взгляд немигающих глаз.

Удивительно, как только самые бесполезные из нас вообще ухитряются размножаться.

Бывают недоступные женщины. Это факт. Есть такие, к которым можно подойти, а есть и такие, на которых можно только глядеть издали. Сами женщины тоже в мгновение ока делают аналогичные вычисления — подойти, или же просто перешагнуть, или же бежать прочь со всех ног.

Мы создаем богов собственной верой. И точно так же можем их уничтожить. Одной лишь силой мысли. Кратковременным отказом, мгновенным отречением.

Некоторые ведут себя так, словно заслужили свои привилегии с самого рождения, словно все остальные по сравнению с ними — низшие существа, словно их власть — непреложная истина. Однако природа знает и другие истины. Даже самый яростный из волков не выстоит против целой стаи.

Мы уверяем себя, что каждому из нас суждено умереть, но наш народ будет жить и дальше. Это самый глубокий из корней, что питает нашу волю к жизни. Если этот корень перерубить, увянет и жизнь. Увянет, иссохнет, выцветет.