Отзывы о книге Profesor Stoner

Роман о скромном человеке, который не совершает грандиозных открытий в науке, но ослужит ей честно и преданно. Нескладный деревенский парень Уильям Стоунер, отправленный отцом-фермером учиться в колледж на сельскохозяйственное отделение, совершенно неожиданно, под влиянием преподавателя Слоуна, испытывает потрясение от знакомства с текстами Шекспира. И больше не возвращается домой. Становится филологом. Вот это кульбит! С огромным трудолюбием и стоическим смирением, выработанными на ферме, молодой человек постигает непростую для него филологическую премудрость. «...Мечтатель, безумец в мире, который еще безумнее тебя, ты наш Дон Кихот, скачущий под голубым небом Среднего Запада, правда, без своего Санчо», – весьма точно характеризует его Дэвид Мастерс, друг юности.

Идут годы. Сменяются исторические события, власть в стране, но всё это будто вовсе не касается Стоунера. Так, в Первую мировую войну он не идет, как другие, воевать, остается служить науке. Такое ощущение, что, если бы у него не погиб друг, он совсем не обратил бы внимания на военные события. И Вторая мировая проходит для него как-то незаметно. Поражает какая-то внешняя бесстрастность героя. На самом деле «страсть... всегда горела в нем жарко и неугасимо», только на поверхность практически не выходила. Страсть к научному познанию, к преподаванию любимого предмета. Но что удивительнее всего – Стоунер оказывается способен и на любовную страсть, пришедшую к нему запоздало. Очень грустно читать о том, чем завершились его отношения с аспиранткой Кэтрин Дрисколл, человеком, созвучным ему во всех отношениях. И почему педагогическому сообществу непременно нужно было вмешаться со своим морализаторством? Сейчас бы никто особо и не озадачился фактом таких отношений, хоть с аспиранткой, хоть со студенткой, а тут всё же, по сути, молодая преподавательница.

Его научная карьера нелегка: приходится противостоять недобросовестным сотрудникам, заносчивому заведующему кафедрой, в качестве наказания за бескомпромиссную позицию годами преподавать дисциплины, не соответствующие его научному уровню. Но в результате у Стоунера получается отстоять свои убеждения и принципы.

Нелегка и семейная жизнь, и виной всему, думается, – полная неопытность молодого Стоунера, принявшего за любовь то, что ею не являлось, не умевшего строить отношения и сохранять себя в них. Эдит, некогда казавшаяся скромной и деликатной, на поверку оказалась какой-то изощренной мучительницей, самовлюбленной и эгоистичной, равнодушной и к делам мужа, и к интересам дочери. И совершенно пустой:

«Из-за своей чрезвычайной бледности она сильно пудрилась и красилась, и возникало ощущение, будто она каждый день заново наносит черты на пустую маску».

Итог жизни Стоунера не слишком-то радостен: «...он хотел быть преподавателем, хотел и стал; но он знал, всегда знал, что большую часть жизни слишком мало вкладывал в это дело огня. Он мечтал о некой цельности, о некой беспримесной чистоте – а обрел компромисс и тысячи изматывающих мелочей обыденщины. Он уповал на мудрость – а обрел за все эти годы лишь невежество». Такой тип героя мне совершенно не близок: он как будто прячется от жизни за книгами и научными штудиями. И пропускает много значимого (например, взросление дочери, ее проблемы). Есть в этом и какой-то эгоизм.

Роман показался очень описательным. Мне не хватило внятной рефлексии героя, проекции в его внутренний мир.

Выдыхаешь никотин в ночь, убивая фарами мотылей и думаешь - как же нелепо пролетают жизни. И не только жизни всей этой писклявой мошкары, к слову. Минуты становятся ценниками в мусорном ведре только у особо смелых, у иных страницы задыхаются от нечитабельного дерьма.

В газетах, за окном, на тротуарах - без разницы. Бессмысленность творение сего. Бессмысленность и страх. Люди ходят по пустыням, выдумывая себе оазисы хренотени и прочих смыслов. Любовь, прогресс, гедонизм, бессмертие в генах... Открыть классификацию смыслов жизни, показать суициднику и пристрелиться вместе с ним.

Жил человек и умер - гениальная формулировка. Взял бы себе эпитафию, если бы куча сопливых писарей её не обмусолили ещё двести лет назад. Осталось только разобрать, в чем трагедия? Или комедия? Я знаю в чём и читал в сотне романов - встречаешь любимую женщину и кидаешь мир к её ногам, а лет через пять раздеваешь другую. Тоже любимую, но уже по-другому, глубже, откровеннее. Как это так работает? Да вот так, хомо. Есть еще вариант, любви нет - её выдумали, чтобы книжным торгашам было что выставлять на прилавках. Будущее за искусственным интеллектом, а не за Аристотелем. Восхождение ИИ - смерть литературы.

На наш век будут только Стоунеры. Читайте и познавайте. Стоунеры повсюду - в каждом романе. Они ходят по тротуарам, читают вам лекции, продают Кинга, Гюго и готовые обеды. Они влюбляются и... влюбляются потом в других... и ломаются.

Вильям Стоунер - крестьянский сын, фермерский если точно. И оставаться бы ему фермером навеки, если бы его отцу не пришла в голову мысль отправить сына учиться по сельскохозяйственной специальности. Именно там происходит событие, которое полностью меняет его судьбу: на занятии по литературе преподаватель читает сонет Шекспира, и этот текст буквально переворачивает внутренний мир Стоунера. Он решает оставить свои занятия и посвятить себя литературе. И тут книга начинает превращаться в что-то странное. Мысль, что одно произведение может перевернуть мир человека понятна. Там содержится столько всего: литература может взаимодействовать с чувствами, впечатлениями и опытом читателя, и это только то, что на поверхности. На следующем уровне она побуждает к размышлению, к спору с автором, к внутреннему диалогу даже через столетия. Только почему-то все эти симптомы внутреннего переворота к восторгу здесь опущены. Уильямс просто сообщает: герой был глубоко потрясён и решил заняться литературой. И читателю нужно поверить в это (или самому для себя всё придумать, найти похожие случаи в своём прошлом).

Не прекращается эта недосказанность и в дальнейшем.Любовь к литературе, дальнейшая карьера, брак, решение идти ли на Первую мировую, смерть друга - столько событий, чтобы раскрыть чувства, мысли, метания своего персонажа, но автор молчит. Все эмоции возникают будто по шаблону: случилось что-то плохое - грусть, что-то хорошее - радость, что-то непонятное - индефферентность. Автор рассказывает, что Стоунер не последний специалист в своей области

он почувствовал логику грамматики и начал понимать, как она развивалась, пронизывая собой язык

но читателю это всё не предъявляется, остаётся где-то у автора в голове. Впрочем страдает не только читатель

он не может передать студентам свое ощущение чуда, оно остается запертым внутри него

У меня сложилось впечатление, что решение перейти на литературный курс становится единственным принятым лично Уильямом Стоунером. В остальном он катился по жизни почти ничего не чувствуя и ничего не желая. А если желание и возникало, то для его осуществления Стоунер не прикладывал ни малейших усилий, и если что-то само не падало ему в руки он обходился без этого. Автор характеризует этого персонажа не лучшим образом

Большой мир тебя довольно быстро образумил бы. Там у тебя, как и у нашего друга, не было бы шансов; да ты и не стал бы сражаться с миром. Ты дал бы ему разжевать тебя и выплюнуть, а потом лежал бы и недоумевал, из-за чего так получилось

У него не было привычки к самоанализу, и исследование собственных побуждений оказалось для него трудной и малоприятной задачей

так что мне не понятна строка из аннотации “Прочла, полюбила и перевела Анна Гавальда”, сложно с ней согласится. Ведь Уильям Стоунер - пассивный, обыденный, бессмысленный, очень унылый персонаж.

ВАУ! книжное открытие года! слишком уж давно я не получала такого сильного удовольствия от чтения…

эта история заслуживает быть прочитанной. одна из тех, после которых хочется посидеть в тишине.

Довольно монотонная книга, но на удивление, читается залпом, с интересом!

Книга о судьбе одного человека, как по мне, совершенно несчастного, с полным отсутствием амбиций, планов и целей, не имеющего авторитета в собственной семье, плывущего по течению и не собирающегося хоть что-то когда-то менять. 

Я таких людей не очень понимаю. Когда пишут фразу «Стоунер - это я», меня даже немного передергивает

Тот случай, когда главный герой, не смотря на все свои положительные качества, является примером того, как не надо! Да, он самый обычный человек, который живет, работаем, создает семью, любит, дружит, враждует, теряет, совершает ошибки… в общем, ничего примечательного! Всё, как у большинства людей. 

Думаю, автор и хотел показать на примере Стоунера, как большинство из нас проживает эту жизнь. Показать, как это выглядит со стороны, всё ли мы делаем правильно, правильные ли выборы делаем. 

Книга мне реально очень понравилась! Я хотела к ней возвращаться, что бы подглядеть за жизнью такого же человека, как и мы все! Слог автора очень приятный, некоторые словообороты хотелось выписывать, чтобы запомнить. Красиво! 

Советую ли книгу к прочтению?! Думаю, да! 

Она не станет лучшей в вашей жизни, но точно подсветит каждому читающему что-то своё️

Советчик этой книги откуда-то знает мои тайные книжные предпочтения, не отражённые в рецензиях на другие книги. В романе нет динамичности, нет ярких исторических личностей, даже интрига слабо выражена, а любовная линия только пунктиром обозначена, но и она ничего не решает, не переворачивает жизни Стоунера, Эдит и Грейс... В этой книге нет модных приёмов, которые гарантируют толпы читателей. А вот толпы читателей как раз имеются, и, можете мне поверить, долгая жизнь книге обеспечена. Чем же так подкупает Стоунер, который походит то на старика Уве, то, совсем недолго, в молодости, на Мартина Идена, а стиль повествования скорее параллелен с "Открытой книгой" В. Каверина. Что такого есть в жизни крестьянина-профессора, о чём надо поведать читателю? Конечно, у Стоунера был прототип, иначе и быть не может. И всё же, читая книгу, склоняешься к тому, что главный герой списан... с читателей. Причём выбран такой удачный образ, что подходит не только под американский "под копирку", но вполне вписывается в наши реалии, и этим обеспечивается успех романа у наших читателей. Узнаёте образ паренька, который вопреки воле родителей решил навсегда расстаться с фермой и открыть для себя иной мир? А образ студента, влюблённого в девушку, которая была недоступной для него, как звезда, и осталась холодной, как космос? А интриги во время преподавания - это тоже хорошо знакомо. Неудавшаяся любовь в зрелом возрасте случается со многими. И лишь немногие способны отпустить именно потому, что любят. Перед вами не просто роман о жизни в американском обществе. Перед вами общечеловеческий роман. Не думаю, что создать образ, который подкупает своими недостатками, было просто. Но, кажется, знаю, в чём секрет. Стоунер узнаваем в каждом из нас. Иногда в апатичности к жизни, иногда в упрямстве, иногда в тяжёлой жизненной мудрости. И эта узнаваемость сделала роман популярным многими и любимым мной. Для себя вынесла одну мысль. Она не прописана чёрным по белому, просто пришла во время прочтения. Важно не то, сколько всего ты сделал за свою жизнь, а то, жил ли ты по совести. Любил ли искренне. Дарил ли что-то от чистого сердца. И делал ли что-то ради, а не вопреки. Вот так получается. Простой текст, никакой динамики событий, никакого накала страстей, а после прочтения приходишь к таким важным ценностям. Друзьям я советовать книгу не буду, потому что они увидят мою оценку, прочитают рецензию и поймут, что читать книгу надо безоговорочно. А вот недоброжелателям хотелось бы подарить экземпляр этой книги. Может, эти строки помогут что-то понять и... простить?

Невероятно скорбная история о человеке. Который совершенно случайно с отцовской фермы попал на учебу в университет с тем, чтобы учиться на аграрном факультете. Но жизнь сложилась иначе. На занятиях по английскому для начинающих Стоунер так впечатлился прочитанным преподавателем сонетом Шекспира, что окружающий мир для него как бы замедлился и он увидел обычную будничную красоту окружающего. Буквы, рифмы заворожили его... и вот Стоунер уже изучает гуманитарные науки, а потом и становится преподавателем. Тихая история о человеке, который любил литературу, университет и просто хотел заниматься любимым делом. А еще он такой настоящий, искренний, беззащитный, незлобный... и я практически прорыдала, читая роман. Потому что все так несправедливо: и эта дурацкая жена, и плохой-плохой начальник, вечно строящий козни... У меня прям клубок чувств движется в носоглотке. И я их еще не до конца осознала и не определила.

Жил-был на свете один парень. Звали его Уильям Стоунер. И он, ребята, умер. То есть перестал быть живым. Короче пнул ведро, как говорят англичане. Уильям отдал концы точно так же, как и остальные сто миллиардов представителей человечества, но в отличии от них, жизнь он все-таки прожил...или не прожил. Здесь уже читателю решать.

Послушай, не надо брызгать слюной, это ведь не спойлер. Джон Уильямс умертвил своего главного героя на первой странице, а это значит, что ему присуждается маленькая фигурка улыбающегося Джорджа Мартина. Но вот незадача, получить он ее уже не сможет по символичной причине, Джон тоже был неравнодушен к вёдрам.

К черту вёдра, давайте поговорим о французских женщинах писательницах. Вот есть одна Анна Гавальда, которая утверждает следующее: 'Стоунер - это я'. Так вот, до прочтения этой книги, мне хотелось сказать этому человеку с диссоциативным расстройством идентичности, что Стоунер это не она. Вообще никто не Стоунер, кроме самого Стоунера. А потом, когда я закрыл книгу, угадайте что я сказал? 'Я - Анна Гавальда'. Ну она же Стоунер и я хочу, а повторяться не красиво, поэтому пришлось схитрить.

Время - бандит, и рожа у него бандитская. Стоунер это знал, поэтому шутить с ним не любил. А еще он помнил каким по счету оно смеется, как в принципе и большинство других людей. Так что Стоунер - это то большинство сереньких людишек, которых история обычно игнорирует. Кого-то напоминает да?

Опять плюешься? Мне же в глаз попало. Это не взаимоисключающие параграфы, я прекрасно помню о чем писал в самом начале. Здесь вся соль книги. Тут подумать наверное нужно самому. На передаче 'Пусть говорят' этот вопрос точно обсуждаться не будет. Никаких Стоунеров, пока Тимофей насилует свою мертвую бабулю, а двенадцатилетняя Настя рожает в ведро.

Ну а теперь, пока твой рот закрыт я, пожалуй, откроюсь. Впервые я ударил книгу, когда мне было четырнадцать лет. Это был Кронин со своим 'Замком Броуди'. Я не мог мириться с той несправедливостью, которую рисовал мне Арчибальд, поэтому совершил кощунство - левым джебом отправил его книгу в нокаут. Да, потом я долго извинялся, гладил корешок, но несколько страниц уже было не спасти... Со Стоунером это произошло вновь. Чертова несправедливость! Личико этой красивенькой книжки от издательства corpus, я подпортил знатно. И теперь сожалею... Ладно ладно успокойся. Пошутил. У меня никогда рука на книгу не поднимется, ты что! Это же не ребенок там какой-нибудь или женщина, а КНИГА!

Стоунеру пять звездочек. Очень отлично.

...ты обретёшь себя. Думаю, каждый книголюб помнит тот волшебный миг, когда он нашёл ту самую книгу, с которой и началась его всеобъемлющая любовь к чтению. Благодаря Джону Уильямсу я вновь предалась приятным воспоминаниям о том, как одним жарким летом, проведённом на даче бабушки, я лежала среди зарослей пылающих лилий и радужных астр, скрываясь в тени одурманивающего своим ароматом куста жасмина, и с упоением читала «Таинственный сад» Бёрнетт и «Ту сторону, где ветер» Крапивина, и передо мной будто открылась ранее невидимая дверь, ведущая в иные вселенные, где я больше никогда не буду одинока. «Любовь и книги. Что ещё нужно?», – и правда, что? Если у тебя есть книги, у тебя есть весь мир.

Наблюдать за тем, как замкнутый и равнодушный ко всему Уильям Стоунер открыл для себя великолепный мир книг и знаний, было сродни узнаванию, пусть я себя с ним и не ассоциировала. Как это часто бывает, сие открытие он сделал с помощью другого человека, преподавателя Арчера Слоуна, который не то что подтолкнул, а прям-таки швырнул своего ученика в эту доселе неизвестную ему область, которую он отныне больше не покидал. Тот момент, когда Уильям, словно завороженный, бродил по закоулкам библиотеки, любовался манящими корешками книг и осторожно касался ветхих страниц, удивительно прекрасен, ибо понимаешь, что человек наконец-то отыскал себя и своё призвание. И будто весь мир заиграл яркими красками: он начал подмечать великолепие природных красот, будь то благоухающий цветок или солнечный лучик, он начал строить планы, отринув то будущее, что выстраивали для него его родители, и он, наконец, начал обращать внимание на окружающих его людей, поняв, что он очень одинок. Впрочем, как это часто и бывает, одиночество не кажется столь непоколебимым, когда рядом есть хорошая книга. «Университет был для него источником того тепла и чувства безопасности, что он недополучил в детстве дома, и он не был уверен, что сумеет обрести нечто подобное в другом месте», – и потому он и оставался в этом месте до самого конца, не обращая внимания на все козни и злодеяния, он просто читал, писал и учил, и казалось, большего ему для счастья не надо.

Это, конечно, не так. Не о счастливых людях эта книга, она о людях несчастных, которые изо всех сил цеплялись за то, что делало их существование более осмысленным. Одно из главных преимуществ этой скорбной истории в том, что несмотря на то, что многие персонажи своим поведением вызывали неприязнь, ты понимаешь, почему они так себя вели, и потому не можешь их судить. Будь то Эдит, которая вырвалась из хладного и мрачного отчего дома и, попав в западню несчастливого брака, на протяжении долгих лет мстила Уильяму за крах их так и несостоявшегося супружеского счастья («Они были как два арестанта, скованные одной цепью»), или Ломакс, который всю жизнь терпел насмешки и нападки от людей из-за своего горба и оттого ненавидевший так яро своего коллегу, считая, что и он относится с подобным предубеждением к их студенту со схожей проблемой, – наблюдая за их яростными выпадами, знаешь, что у всего этого есть первопричина, пусть кому-то она и может показаться мелочной и надуманной. Судить других людей всегда легко, тем паче книжных героев, и этот роман на примере Уильяма показывает, что это бессмысленно. Сталкиваясь со всей этой ненавистью, которая вылилась на него совершенно не по делу, он не совершал ответных нападок, и может показаться, что этим своим бездействием он самому себе портил жизнь, но это не так: у него были его собственные идеалы и он им следовал, не идя по той дороге, что выбрали его супруга и коллега, не уподобляясь им. Это не сделало его счастливым, но его совесть по крайней мере была чиста, а душа спокойна.

Но был ли в этом смысл? Признаться, я давно не впадала в такую тоску из-за книги. Непреходящие серость, печаль и несправедливость, – и лишь несколько мгновений беспечного счастья, найденного во взаимной любви, которая сгинула практически сразу из-за вмешательства внешнего мира. Подбираясь к финалу, меня и вовсе охватило отчаяние, когда Уильям, вспоминая свою прожитую жизнь, пал духом. Он так хотел дружбы – один друг погиб, второй отдалился. Он так хотел любви – сначала обманулся, а когда встретил своего человека, упустил его. Ни близких людей рядом, ни любимой работы, ничего. «А чего ты ждал?», – вопрошал он себя, проваливаясь в пучину сильной боли. Но тут он увидел свою книгу. Посмотрел в окно. Услышал смех. Он понял, кто он есть. И отпустил. Отпустила и я. Воскресив в памяти шекспировские строки, упомянутые в самом начале, я, закрывая книгу, почувствовала, что вся тяжесть от прочитанного ушла, осталась одна лишь лёгкая и светлая грусть. Что ж, такая она, жизнь. Ни больше ни меньше.

У этого романа удивительная история запоздалого признания. Просто удивительно как долго эта книга шла до массового читателя. Я не могу припомнить аналогичного случая подобной литературной эксгумации.

«Стоунер» в первую очередь история жизни обычного парня родившего в семье фермеров, как бы сейчас сказали «парня из колхоза», и выбившегося в люди. Так вот парень из колхоза во время учебы в колледже «пережил обращение». Если и дальше оперировать цитатами из романа, то буквально «ему через слова было явлено нечто невыразимое словами» и «он в одно мгновение стал другим человеком». По мне так он просто влюбился в английскую литературу и осознал, что в жизни есть кое-что поважнее навоза.

Он прожил всю оставшуюся, с момента обращения, жизнь, продолжая любить только английскую литературу. Что уж тут скрывать, семейная жизнь у него не сложилась, большой карьеры он тоже не сделал. Видимо не тот психотип. Но неудачник ли он? Автор сам подталкивает нас к этому вопросу, дав своему герою говорящую фамилию. Есть даже люди, которые смело заявляют, что они тоже Стоунеры. На мой взгляд, неудачник он только формально, если измерять социальный успех в общественных категориях. Я не могу себя с ним отождествить, но, непроизвольно в процессе чтения, примерив на себя его шкуру, мне показалось, что он все же счастливый человек.

И здесь у меня встает неожиданный вопрос. Какую роль играет интеллект в счастье человека?

Во-вторых Стоунер» это campus novel, но не совсем типичный campus novel, а апология кампуса как особой, изолированной человеческой среды обитания. Университет, как приют, убежище противопоставляется «большому» и «жестокому миру», «... это приют … для немощных, престарелых, неудовлетворенных, для всяческих недотеп».

Ключевым в романе является диалог «об истинной сути университета». «... провидение, или общество, или судьба, как хотите, так и назовите, предоставило нам этот шалаш, чтобы мы могли укрыться в бурю. Это для нас построен университет, для обездоленных мира сего; он существует не ради студентов, не ради бескорыстного поиска знаний, не ради всего того, о чем говорят. Мы творим доводы, оправдывающие его существование, и некоторые из них, какие попроще, какие понятны большому миру, берем на вооружение; но это всего лишь защитная окраска … Мы никому не причиняем вреда, мы говорим, что хотим, и получаем за это плату; если это не триумф основополагающих добродетелей, то нечто, черт возьми, довольно близкое к нему». Для него альма-матер, работа стали своего родом «башней из слоновой кости».

Многих приводит в недоумение отчужденность Стоунера, его эмоциональная тупость, своего рода аутичность по отношению к семье и, прежде всего к дочери. Я же верю, что у него были сильные эмоции и переживания, но именно авторский стиль изложения от третьего лица не позволил нам узнать не только об эмоциях, но зачастую и о мыслях героя. Есть только поступки и хронологически очерченные факты. Создается впечатление, что его жизнь подчинена какому-то фатуму, и он плывет по течению, ничего не предпринимая для борьбы с обстоятельствами, но эту версию опровергает очень эмоциональный эпизод, случившийся в университете по поводу одного одиозного аспиранта. Эмоции у него есть и воля есть и желание, но они проявляются только в том, что, так или иначе, относится к альма-матер, к его академическому, внутреннему миру.

Академический мир и внешний к нему мир в романе находятся в постоянном противопоставлении. Иногда внешний мир вторгается в академическую жизнь, как в случае с войной или аспирантом, иногда академическая жизнь в лице бывшей студентки Стоунера вторгается во внешнюю жизнь. Но так или иначе антагонистическая суть природы этих двух миров со временем все расставляет на свои места.