Цитаты из книги Ворота Расемон

- Тихо как здесь. - Это по сравнению с Токио. - А что, разве и тут бывают неприятности? - Да ведь свет-то все тот же!

Искусство подобно женщине. Чтобы выглядеть привлекательней, оно должно быть в согласий с духовной атмосферой или модой своего времени.

Слова пигмея

Жизнь - сложная штука. Сделать сложную жизнь простой способно только оружие. Потому-то цивилизованный человек, обладая мозгами людей каменного века, и предпочитает убийство любой дискуссии.

Слова пигмея/Насилие

Совесть не появляется с возрастом, подобно нашей бороде. Чтобы обрести совесть, нужно определённое воспитание.

Слова пигмея/Мораль

У меня нет никакой совести, даже совести художника, у меня есть только нервы...

"Зубчатые колёса."

— Разве всё сущее не есть в конце концов лишь то, во что мы верим!

...разве такая уж большая разница между тем, что существует, и верой в то, что существует?

С давних времен любовь учила женщин находчивости.

Слушай ритм ударов молота. До тех пор пока этот ритм будет звучать, искусство не погибнет.

И Шекспир, и Гёте, и Ли Тайбо, и Тикамацу Мондзаэмон – все когда то умирают. Но искусство оставляет семена в душе народа. В 1923 году я написал: «Пусть драгоценность разобьётся, черепица уцелеет». Я непоколебимо убеждён в этом и поныне.

Даже если за революцией последует следующая революция, жизнь людей за исключением «избранного меньшинства» останется безрадостной. «Избранное меньшинство» – другое название для «идиотов и негодяев».

Двум трём своим приятелям я ни разу в жизни не солгал, хотя и правду не говорил, потому, что и они не лгали мне.

Я был почтителен с родителями потому, что они были пожилыми людьми.

Когда мне не было и тридцати, я любил одну женщину. Однажды она сказала мне: «Я очень виновата перед вашей женой». Я не чувствовал перед женой никакой вины, но слова женщины запали мне в душу и я подумал: «Может быть, я виноват и перед этой женщиной?» Я до сих пор испытываю нежность к ней.

Меня делают сентиментальным лишь невинные дети.

Я могу любить женщину, которая, любя кого-то, обманывает мужа, но питаю глубокое отвращение к женщине, которая, любя кого-то, пренебрегает детьми.

Я никогда не ропщу, если мне приходится делить с кем то женщину, но только при двух условиях – либо я с ним совершенно незнаком, либо он мне бесконечно далёк.

Я никогда не ропщу, если мне приходится делить с кем то женщину, но если, к счастью или несчастью, ему это неизвестно, в какой то момент начинаю испытывать к такой женщине отвращение.