Цитаты из книги Романы магов

Но после второго удара окно распахивается и комнату заполняет свет – врывается, точно животное в распахнутую дверь, молча носится, принюхиваясь, бесясь, царапая стены, брызжа слюной, но потом смиряется и, забившись в самый дальний безопасный угол, затихает.

Так или иначе, чему быть, того не миновать.

На кровати мертвецу вроде что-то мешало, а в гробу ему удобнее, спокойнее. Его лицо, лицо живого человека, возбужденного дракой, приобрело безмятежность и уверенность, профиль смягчился, словно мертвец почувствовал себя наконец на своем месте.

Для неё движение времени - личная утрата.

"Палая листва"

– Поверьте мне, полковник, я не атеист. Но мысль о том, что Бог есть, тревожит меня ровно в той же степени, что мысль о том, что Бога нет. И посему я предпочитаю об этом вовсе не задумываться. Не знаю почему, но у меня было предчувствие, что он именно так и ответит. «Это человек, обеспокоенный Богом», – подумал я, дослушав то, что он сказал будто бы нечаянно, но ясно и точно, словно вычитал эту фразу в книге.

Было слышно, как он мечется по комнате, точно сумасшедший, в неистовых терзаниях, будто встречается по ночам с призраком того, кем был прежде, и эти оба, прежний и теперешний, ведут безмолвную схватку, в которой прежний сражается за свое отчаянное одиночество, свой неколебимый апломб, свою непреклонную самобытность, а теперешний – за свое испепеляющее, неотступное желание освободиться от себя прежнего.

Я расценила это как оскорбление и сказала об этом твоему отцу. Он никак не отреагировал на мое возмущение, но было заметно, что он не только не раскаивается, но удовлетворен сделанным, как будто спас свою душу, противопоставив общепринятым приличиям и чести дома свою пресловутую отзывчивость, терпимость, своеобычие и даже толику безумия. «Ты бросил свиньям лучшие из твоих убеждений». И он ответил, как всегда: «И это ты когда-нибудь поймешь»

Жасмин - он как покойники, что выходят по ночам из могил.

Ветхие, полуистлевшие вещи вокруг нас имеют такой вид, что они и должны пахнуть свалкой, хотя на самом деле у них совсем другой запах.

Когда что-то шевелится, ощущаешь течение времени. Без движения оно замирает.

— Для того детей и заводят, чтобы в старости не казалось, будто даром небо коптил, дни считал.

Если человек создаст крошечные чашечки, искусно украсит их нежным барельефом и никому не покажет, его сочтут себялюбивым безумцем, да и сам он, не слыша похвал своему Умению, опечалится, что трудился втуне.

Лучше бы им зад застудить, там глаз нету...

Ты объездил три сотни с лишним коней — справишься и с женою. Надень на нее узду из ангельских волос, пришпоривай ее, Да не слишком, и попону накинь потолще, чтобы не убилась. Не натягивай повод и не отпускай — жестокость женщину озлобит, а баловство испортит.

На пастбище — мул, на муле — человек, в человеке — мертвец.

«Половина третьего, – думаю я. – Половина третьего 12 сентября 1928 года. В 1903 году примерно в это же время он впервые сел за наш стол и попросил на обед травы». Аделаида спросила его: «Какой травы, доктор?» И он своим тягучим голосом жвачного животного, не утратившим еще тогда гнусавости, ответил: «Обыкновенной, сударыня. Какую едят ослы».