Цитаты из книги Романы магов

Ты ведь знаешь, женская наша память… С женщины сразу требовать надо, на месте, после и не добьешься.

А Сесилия, которая прекрасно разбирается во всех сортах говядины и способна самым серьезным образом ссориться с мясником, когда тот ее обсчитывает, что общего у этой Сесилии с тем, что вынуждало ее до нашей женитьбы все время ездить в поезде в темных очках, "потому что никто не должен видеть глаз, которые видели тебя обнаженного"?

"Бездна"

Я была по эту сторону зеркала. По ту сторону была мать, вновь ожившая, протягивающая руки из своего застывшего пространства, чтобы воткнуть первые булавки смерти в мой свадебный венец.

Не потому ли я взяла с собой ребенка? Когда папа сказал мне: «Ты пойдешь со мной», моей первой мыслью было взять ребенка, чтобы не чувствовать себя беззащитной.

И прежде чем мы успеваем понять, что происходит, в комнату спиной, мощный и неудержимый, опрокидывается свет. Лишившись опоры, которая удерживала его на протяжении двухсот лет с силой двадцати быков, он вкатывается кубарем и разваливается, в хаотичном падении увлекая за собой тени вещей. Люди обозначаются резко, как молния средь бела дня, шатаются, и мне кажется, если бы они не держались друг за друга, свет сбил бы их с ног.

Её улыбка была печальной и блеклой, будто не нынешнее настроение вызвало её, а хранила она улыбку в каком-то ящике стола на случай крайней необходимости,  но настолько редко ею пользовалась, что позабыла,  как это делается,  и употребила некстати.

Боги исчезли, легенды остались, и все они требуют жертв. Жрецы не вырезают сердец из груди обсидиановым ножом, но измена существует и может вырезать сердце.

Холодные, недоверчивые глаза, какие бывают у женщин, которые слишком долго ждали.

Что бы ни происходило, на свете всегда найдутся дома и дороги, машины и бензоколонки и другие люди, которые существуют, дышат, которые способны предчувствовать и имеют воображение, люди, которые готовят еду, привыкли цепко и вдумчиво наблюдать, умеют скрывать свои чувства и заглядывать вперёд.

Ненадежность служит непременным условием человеческого существования.

Он был одинок, а когда одиночество перестает быть для нас безразличным, мы становимся способными на любую низость, лишь бы заручиться чьим-нибудь обществом, лишь бы кто-то обратил на нас взгляд, кто-то нас слушал.

Никто не проявит должного уважения к домашнему очагу, где рука об руку с мужчиной нет законной жены.

Некоторые слова хорошо и произносить и думать: глубь...

У одних людей глаза словно мертвые озера, у других - чего там только нет, вся жизнь в них бьется, как рыба.

Любимую не видишь, она - цветок амате, ведомый только слепым, цветок слепцов, цветок ослепленных любовью, ослепленных верой, ослепленных жизнью.

В чем страха нет, то ничего и не стоит.

Пена - дым воды, дым - пена огня.

Выглянул месяц, поднялся чуток и закатился: грустно стало, что никто на него не любуется. Часок только и постоял на небе, унылый, сам на себя не похожий — ни свету от него, ни радости; постоял и спрятался за горы.