Цитаты из книги Karaļvalsts

Я старался смотреть на ее открытый глаз. Карие глаза, когда у тебя рыжие волосы и белая кожа, – это как-то странновато, нет?

Мама мирилась с тем, что он делает, но мириться с жизнью без него не хотела.

Когда у одного жар, для другого это вроде печки-буржуйки.

Одинаковые вывески, одинаковый бензин, одинаковая логистика, но в конечном итоге наши заправки – это не бензин, машины и булочки, а люди. Те, кто стоит за кассой, в авангарде, и их слаженная работа.

Идея латинского алфавита заключается в том, что графический символ передает определенный звук. Если, например, в норвежском, немецком, испанском, итальянском и других языках написать «а», то и читаться оно будет как «а». А вот в английском «а» может означать все, что угодно. Car, care, cat, call, ABC. Полная анархия. Эфраим Чемберс еще в восемнадцатом веке считал, что ни в одном языке нет настолько нелогичной орфографии, как в английском.

Было ли мгновение, когда я мечтал о наступлении конца? Поймавшая и потащившая меня под воду сеть, осознание того, что я наконец понесу наказание - и за совершенные поступки, и за то, чего я делать не стал. Моему отцу гореть в аду за то, что он сделал. Гореть и мне. Меня потащили ко дну, меня там ждали.

Иногда дядя Бернард говорил, что если не получается решить техническую проблему, лучше взять молоток и посильнее ударить – и все образуется.

Мы не меняемся: принимаем все те же решения и совершаем те же самые ошибки.

– Я читала, что за всю жизнь по-настоящему влюбиться можно лишь два раза, – сказала она. – Первый раз – действие, а второй – противодействие. Вот они-то и есть землетрясения, а все остальное – это всего лишь более мелкие эмоциональные встряски.

"Читал я очень медленно, а потому много книг сразу не брал, но те, что попадали в мои руки, читал очень вдумчиво."

"Стыд за то, что из-за меня стыдно стало ей."

"... сердце колотилось от волнения, будто меня разоблачили. Будто теперь все вокруг узнают, кто я такой и что наделал, проклятый предатель, убийца, извращенец, кобелина. Голый – какой же я был голый."

"... я так долго жил один, что слегка спятил."

" – Какой же ты прикольный. И почему мои ровесники не такие?
– Чтобы стать прикольным, нужно время, – ответил я, – время и силы."

"– В уродстве прячется красота, – ответила она. – Частично разрушенная греческая скульптура особенно красива, потому что по оставшимся неиспорченным фрагментам мы видим, насколько красивой она могла быть, должна была быть, была когда-то. И мы додумываем красоту, с которой действительность никогда не смогла бы соперничать."

"– Если грифы без спроса въезжают к тебе в дом, то дело ясное – жить тебе осталось недолго.
Грифами он называл дочь с зятем."

"А ниже – сапоги из змеиной кожи. Мы одеваемся в мертвечину."

"– Мы не алкоголики, но от алкоголя ежегодно гибнет больше народа, чем от всех войн, убийств и наркотиков, вместе взятых."

"... он делал вид, будто не знает, кто я такой, однако от него едва искры не летели, а все из-за того, что в ДНК у меня много общего с чуваком, который трахал его жену до того, как он сам получил на нее права."

"Жен они по-прежнему поколачивают, а вот пьяными – поди ж ты – за руль не садятся!"