Цитаты из книги Воронята

— Ты идёшь с нами?

Как и на сеансе гадания, Блу от одного его присутствия почувствовала себя ничтожной, маленькой и глупой. Стараясь по-генриеттовски не растягивать гласные, она ответила:

— Имеешь в виду, иду в вертолёт, который вот так просто находится в твоём полном распоряжении?

Гэнси забросил себе за лоснящиеся, покрытые хлопком, плечи отполированный кожаный рюкзак. Его улыбка была доброй и дружественной, будто её мать не отказывала ему недавно в помощи, да ещё и так, что это граничило с грубостью.

— Говоришь так, будто это плохо.

— Гэнси забыл её в «Нино», — выпалила она. — Книгу. Я знаю, надо было отдать её после сеанса, но мама... ну, ты её видел. Она не... она не всегда такая. Я не знала, что и думать. Но дело вот в чём. Я хочу участвовать в том, что вы делаете. И если действительно происходит что-то сверхъестественное, я хочу это увидеть. Вот и всё.

Адам только спросил:

— Почему?

С ним больше не было вариантов – только правда, сказанная так просто, как это только возможно. Она не верила, что ему понравится что-то кроме правды.

— Я единственный человек в семье, у кого нет экстрасенсорных способностей. Ты слышал, что сказала мама, я просто облегчаю работу экстрасенсам. Если магия существует, я хочу её увидеть. Хотя бы раз.

— Ты такая же, как Гэнси, — сказал Адам, но это прозвучало так, будто он совсем не думал, что это плохо. — Ему больше ничего не нужно, кроме как знать, что она есть.

— Я думаю, что ты красивая, — сказал он.

Когда он это сказал, она впервые за этот день услышала его генриеттовский акцент: удлинённые гласные, как будто бы довольно мило рифмующиеся со «сварливая». На соседнем дереве красный кардинал заливался трелью. Адам шаркал кроссовками по тротуару. Блу раздумывала над его словами, а потом раздумывала над ними ещё немного. — Как же! — наконец, выдала она. Она чувствовала себя как тогда, когда в первый раз прочитала карточку в цветах. Странно незавершённой. Как будто его слова туго скрутили некую нить между ними, и она чувствовала, что, так или иначе, ей нужно ослабить напряжение. — Но спасибо. Думаю, ты тоже милый.

Он удивлённо засмеялся.

— Почему ты попросил мой номер?

Адам продолжал идти, но не отвёл взгляд. Он казался застенчивым, пока не сделал этого.

— Почему бы нет?

— Не пойми меня неправильно, — продолжила Блу. Её щеки порозовели, но она уже начала разговор, и отступать было некуда. — Потому что знаю, ты подумаешь, что мне это не понравилось, а это не так.

— Хорошо.

— Потому что я не красотка. Не настолько, чтобы понравиться парню из Аглионбая.

— Я учусь в Аглионбае, — напомнил Адам.

Казалось, Адам посещал Аглионбай несколько не так, как остальные парни, которые учились в Аглионбае.

— Я думаю, что ты красивая, — сказал он.

— Хорошо выглядишь, — сказал он, шагая с ней по тротуару.

Она не была уверена, был ли он серьёзен. Она надела тяжёлые сапоги, которые нашла в Гудвилле (она атаковала их вышивкой толстыми нитями и большой иглой), и платье, которое сделала несколько месяцев назад, собрав его из нескольких различных слоёв зелёной ткани. Некоторые из них – полосатые. Некоторые – связанные крючком. Некоторые – прозрачные. На её фоне Адам выглядел довольно консервативно, как будто она его похитила. Блу с беспокойством подумала, что они совсем не похожи на пару.

— Что за исследование?

Прикрыв глаза, Адам поднял лицо к небу. Ему показалось, он слышит приближение Гэнси.

— Гор. Как ты относишься к вертолётам?

Последовала долгая пауза.

— Что ты имеешь в виду? С эстетической точки зрения?

— В виде транспорта.

— Он быстрее верблюда, но менее экологичен. У тебя сегодня дальше запланирован вертолёте?

— Ага, Гэнси хочет искать энергетическую линию, а их, как правило, легче обнаружить с воздуха.

— И конечно, он вот так запросто... раздобудет вертолёт.

— Он же Гэнси.