Цитаты из книги Воронята

Gansey derived a large part of his pleasure from meeting goals, and a large part of that large part was pleased be meeting goals efficiently.

— Я не хочу перебивать. Но через три или семь минут, — сообщила Персефона, — воронята Блу собираются спуститься по улице и остановиться напротив дома, а пока они решают каким бы образом убедить ее украдкой уйти с ними.

До твоего рождения Кайла, Персефона и я совали нос туда, куда, возможно, не должны были его совать… — Наркотики? — Ритуалы. Ты спуталась с наркотиками? — Нет. Но, возможно, с ритуалами. — Наркотики, должно быть, лучше.

— Где, говоришь, ты нашел эту птицу? — В моей голове. — Смех Ронана был острым криком шакала. — Опасное место, — прокомментировал Ноа.

— Откуда он? Пальцы Ронана образовали клетку вокруг грудки ворона. Он выглядел нереально в его руках. — Нашел. — Люди находят монеты, — ответил Гэнси. — Или ключи от машины. Или клевер с четырьмя листьями. — И воронов, — добавил Ронан. — Ты просто ревнуешь, потому что… — Тут ему пришлось замолчать, чтобы собрать в кучу его заторможенные от пива мысли. — …ты не нашел ни одного.

— Думаешь, был бы хоть какой-нибудь смысл шпионить за нами, — сказал Гэнси, — если бы мы не были на верном пути?

Адам временами поражался тому, насколько Гэнси оставался вне времени: то ли старик в молодом теле, то ли молодой парень с душою старика.

Разве ты не слышала о подвешивании,растягивании и четвертовании? Блу спросила: -Это так же мучительно,как разговор с Ронаном? Гэнси бросил взгляд на Ронана,он был небольшим, нечетким силуэтом рядом с деревьями. Адам громко проглотил смех. -Это зависит от трезвости Ронана,-ответил Гэнси.

Некоторые секреты отдавали себя лишь тем,кто их достоин

Если он умрет в твоей сумке,я запрещаю тебе выбрасывать его в кабинет

Ronan was silent for a long moment. He was good at silence; he knew it made people uncomfortable.

Улыбка прорезала лицо Ронана, но он выглядел добрее, чем Блу когда-либо видела, как будто ворон в его руках был его сердцем, наконец-то открытым.

Это без сомнений был вежливый голос Гэнси, тот, который он использовал, чтобы превратить солому в золото.

— Я только знаю, что мертвые путешествуют по прямым линиям, — сказала она. — Раньше по прямым линиям в церкви вносили умерших, чтобы сжечь их. Вдоль того, что вы называете энергетическими линиями. Как предполагалось, было действительно плохо, использовать любой другой маршрут, вместо того, который они выбрали для путешествия в виде духов.

Я — это только мои деньги. Это видят все, даже Адам.

Бедным грустно, что они бедны, так размышлял когда-то Адам, а оказывается, богатые унылы, потому что они богаты.

Гэнси выдохнул. — Ты придурок. Ронан сказал откровенно: — Я не мог уснуть. — А затем, поняв выражение лица Гэнси, он добавил: — Я обещал тебе, что этого больше не повторится. Гэнси снова попытался заставить голос звучать мягче, но не выдержал. — Но ты лжец. — Мне кажется, — ответил Ронан, — что ты путаешь меня с моим братцем.