Цитаты из книги Авиатор

Она хотела сесть, но я удержал - положил на ее плечо ладонь. Четыре пальца легли на ночную рубашку, а пятый, самый ловкий, оказался за границей ворота. Мизинец. Касался ее кожи. В него переместились все мои органы чувств, и я стал одним сплошным мизинцем.

В моих ноздрях навеки остался аромат типографской краски, исходивший от глянцевых листов этой книги. Он был ароматом странствий. Шелест этих листов был шелестом островных листьев, защищавших Робинзона от солнца, - огромных, ярко-зеленых, едва колышушихся. С хрустальными каплями по утрам.

Арбуз уже не так блестел, как тогда, в Сиверской, но ведь и время было другое.

Мы понимали, что происходящее между нами несколько вышло за рамки ухода за больными ,но не говорили об этом и не пытались это назвать. Назовёшь - СПУГНЕШЬ. Определишь - РАЗРУШИШЬ. А нам хотелось сохранить,

Любить стоит только тех, кто в данный момент находится рядом, и только до тех пор, пока за ними не закроется дверь.

Мне только нужно, чтобы рядом со мною кто-то был. Совсем рядом, иначе я никогда не согреюсь.

Находился в центре воздушного вихря, где, как известно, спокойнее всего.

Я захожу в ванную, закрываюсь изнутри и включаю воду, горячую и холодную, на всю мощь. При большом напоре у нас воет труба. Я тоже вою.

Когда жизненное пространство начинало стремиться к нулю, смерть мне казалась чуть ли не выходом.

диктатура – это, в конечном счете, решение общества.

И сосны, и волны меняют свой облик в сумраке белой ночи. В них появляется не то чтобы угроза, нет, просто они теряют свою дневную ласку. Так, видя улыбчивого человека задумавшимся, испытываешь беспокойство.

Чем больница хороша для романов? В ней иного коек.

Когда в Питере жара, в панельный дом лучше не входить. Лучше вообще не жить в нем, строго говоря.

По-моему, в нынешней жизни слишком много шоу. Говорю как человек, целую неделю смотревший телек.

Как глупо звучит это "вы"..... В моем с ней "вы" нет того накала, что был когда-то с Анастасией. Наверное, время изменилось: то, что было заветным, сейчас кажется церемонным и нелепым. Нужно будет каким-то образом перейти с Настей на "ты"

Только личная ответственность может быть неограниченной.

Что-то по-настоящему хорошее не может быть организованно. Оно приходит само собой.

Смотришь – напрестольное Евангелие. Полусгоревшее. Проведешь пальцами по пеплу, а потом незаметно коснешься губ, будто приложился.

Выражаю осторожное сомнение: -Ну, не может же человек быть таким дерьмом! -Да что вы! - смеётся мой собеседник. - Запросто.