Цитаты из книги Гроздья гнева

Погоня за работой, как золотая лихорадка. Они уезжали ночью, тайком, обуреваемые жаждой дорваться до работы.

И машины грузились среди ночи, на дороге не протолкнешься — погоня за работой, как золотая лихорадка.

- Человек сливается воедино с тем местом, где живет. -(Мьюли).

- Может быть, начнем жизнь заново, в новой, богатой стране — в Калифорнии. (...). - Жизнь начинает только ребенок.

- Куда мы катимся? А по-моему, никуда. Катимся и катимся. Остановиться не можем. -(Кейси).

- И если б мне надо было молиться, я помолился бы за тех, кто не знает, на какой путь им ступить. -(Кейси).

- А рождение и смерть — это как половинки одной вещи. -(Мать).

- Мы едины. И это единство свято. -(Кейси).

— Греха никакого на свете нет, и добродетели тоже нет. А есть только то, что люди делают. -(Кейси).

- Мой долг указывать людям путь, но куда их вести, я и сам не знаю. -(Д. Кейс, бывший проповедник).

И разоренные фермеры, кочевники, нескончаемым потоком тянулись в Калифорнию — 250 тысяч, 300 тысяч.

- Человек сам создает свои грехи. -(Кейси).

- Грехи есть у всех. Что кажется нам грехом? То, в чем мы не чувствуем уверенности. -(Кейси).

- Я не могу уйти от этой реки. Ты знаешь. Том, я ни на кого не жалуюсь, — ко мне относятся хорошо. Но любви-то настоящей нет. -(Ной).

А машины кочевников, точно букашки, ползли по дороге, и узкая лента бетона убегала перед ними на многие мили вперед.

Они изменили свою жизнь так, как во всей вселенной может изменить ее только человек. Они уже больше не фермеры, они кочевники.

Семьи, жизнь которых была раньше ограничена стенами дома — ночью, и полями — днем, привыкли теперь к другим границам. И в жаркие дневные часы они молча сидели в машинах, которые медленно шли на Запад, а по ночам сливались на стоянках с окружающими их людьми.

Вечером происходили странные вещи: двадцать семей становились одной семьей, дети — общими детьми. Потеря родного угла становилась общей потерей, счастливая жизнь там, на Западе, — общей мечтой.

Они говорили друг с другом, они делились и пережитым, и хлебом, и надеждами на будущее в новой стране.

- У нас только и осталось что семья. Когда волки нападают на стадо, коровы держатся кучкой. Мне ничего не страшно, пока мы все вместе, — все, кто еще жив, а разбивать семью я не позволю. -(Мать).