Глава 8. Дом Анатора
Двери со скрипом медленно разошлись, выпуская нас навстречу первым лучам солнца. Я зажмурилась от внезапного света – после кромешной тьмы склепа утренние краски казались неестественно яркими. Морлинги, еще минуту назад яростно бросавшиеся на дверь, теперь таяли в золотистой дымке, словно клочья чёрной мглы, подхваченные ветерком. Их тени застыли неподвижными силуэтами, будто кто-то развесил на воздухе вырезанных из бумаги зверей.
Роул осматривал свою одежду, и я заметила, как его хмурое лицо немного посветлело.
– На тебе нет пыли? – спросил он, пристальным взглядом окидывая мою изрядно потрёпанную тунику.
Я иронично приподняла бровь, демонстративно отряхивая изодранный край платья. Он хмыкнул и подошёл ближе, его пальцы бережно прошлись по складкам ткани:
– Это обычная грязь. Пыль стальной лихорадки… – он сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что-то тревожное, – она переливается на свету, как мелкие металлические опилки. И её невозможно ничем стереть.
Мы тщательно осмотрели друг друга – я изучала его загорелую кожу и лёгкий наряд, а он с профессиональной дотошностью проверял каждую частицу моего одеяния. Его пальцы были тёплыми и шершавыми, как песчаная бумага. Удивительно, но даже на моих босых ногах не нашлось ни песчинки, хотя мне казалось, что я стою прямо на останках несчастных жертв лихорадки.
– Отлично! – воскликнул Роул, и его лицо впервые озарилось настоящей, не сдержанной улыбкой. – Раз мы вышли из этого кошмара без единой царапины, как насчёт завтрака? Я знаю одну таверну, где подают лепёшки с мёдом, которые просто тают во рту!
После ночных ужасов мой желудок нетерпеливо заурчал. Я с готовностью кивнула, внезапно осознав, что не ела уже целую вечность. Додумывать, что есть мёд в этом мире, мне не хотелось. Я уже успела полюбить местную кухню всем своим сердцем.
Роул, к моему удивлению, прекрасно ориентировался в городе мёртвых. Мы быстро вышли к массивным кованым воротам, украшенным замысловатыми узорами из переплетающихся ветвей. Здесь не было стражи – по словам парня, кладбищенские врата открывали только после полного восхода солнца.
– Покажем, на что мы способны, – пошутил он, ловко взобравшись на ограду и протягивая мне руку.
Оказавшись на окраине Сэйма, я замерла от изумления. Город просыпался: первые лучи солнца золотили черепичные крыши, а воздух был наполнен ароматами свежеиспечённого хлеба и каких-то незнакомых мне специй. Несмотря на ранний час, улицы уже оживали – торговцы раскладывали товары, служанки усердно месили пыль и песок метёлками, а по мощёным дорогам тянулись повозки, запряжённые удивительными созданиями, похожими на тех чудовищ, что везли меня вчера на кладбище.
Я не могла оторвать глаз от поразительной опрятности города – каждая улица имела продуманный уклон к каменным желобам, по которым уходила дождевая вода. Даже воздух здесь казался прозрачным и свежим.
– Как вам удаётся поддерживать такую чистоту? – не удержалась я от вопроса.
Роул нахмурился, почесав затылок:
– Жарко ведь, – просто ответил он. – Грязь – вонь – болезни. В бедных кварталах, конечно, не так идеально, но стража строго следит за порядком. – Он усмехнулся, поправляя нож на поясе. – Штрафы, общественные работы… а особо упрямых отправляют на рудники. При импеаре Лейдаре стало строже, но… – он развёл руками, – кому охота жить на помойке?
Мы свернули в узкий переулок, где пахло жареным маслом и чем-то сладким. Где-то впереди звенела посуда и слышался смех – казалось, сама жизнь звала нас навстречу новым приключениям.
Я понимающе кивнула парню, продолжая с восхищением впитывать окружающую обстановку. Передо мной разворачивалась картина, словно сошедшая со страниц исторических романов – но с невероятными современными вкраплениями.
Город бурлил жизнью. Степенно ходили женщины в ярких, развевающихся на ветру одеждах с искусно вышитыми узорами и девушки с лицами, полускрытыми лёгкими шелковыми платками, переливающимися на солнце. Оравы босоногих ребятишек ловко лавировали между взрослыми в надежде стащить что-нибудь вкусное с прилавков. Тучные купцы важно восседали в расшитых золотом паланкинах, которые несли упитанные звери, напоминающие помесь тапира и слона – их кожистые морды украшали круглые узоры из красной краски.
Воздух был наполнен какофонией звуков: крики разносчиков, звон колокольчиков, смех детей. Где-то в переулке музыкант выводил задушевную мелодию на инструменте, напоминающем не то лютню, не то скрипку. Повсюду сновали торговцы с подносами, уставленными экзотическими яствами, источающими пряные ароматы – сладковатый запах жареных орехов смешивался с терпким дымком копчёного мяса и свежей выпечки.
Если бы не твёрдая рука Роула, уверенно ведущая меня сквозь эту разноцветную толчею, и не его спина, надёжно расчищающая путь, я бы непременно потерялась в этом океане красок и звуков.
Но больше всего поражали вещи, не вписывающиеся в привычные исторические декорации. Над головами порхали миниатюрные механические птички из позолоченного металла, их крылья тонко позванивали при каждом взмахе.
– Скоропочта, – пояснил Роул, заметив мой восхищённый взгляд. – Новейшее изобретение мастеров из квартала Часовщиков.
На моих глазах по улице плавно проплыла тележка без всякой упряжки – её деревянные колёса мягко покачивались на неровностях дороги. Заглянув в одну из лавок, я с изумлением увидела на стене… фотографию! Чёткое, детализированное изображение пожилой женщины в резной рамке. Как же такое возможно в этом непонятном мире?..
Над улицами между крышами домов натягивались полупрозрачные полотнища, автоматически разворачивающиеся по мере того, как солнце поднималось выше. Они отбрасывали приятную тень, смягчая палящие лучи. На стенах домов пестрели аккуратно выполненные плакаты с лозунгами: «Чистый город – здоровый дух!», «Посещай термы ежедневно – заботься о себе и других!», «Хочешь изменить мир – начни с себя!»
Меня рассмешил мужичок в синей униформе, который усердно затирал наждачной бумагой похабную надпись, добавленную кем-то под благостным призывом. «Где бы ни жили люди, везде найдутся свои хулиганы», – подумала я.
Наконец мы добрались до небольшого заведения – не то булочной, не то кафе. Аромат свежеиспечённого хлеба буквально манил с порога. Роул купил две пышные булки с хрустящей корочкой и тёмно-фиолетовой подливкой и странные напитки в небольших стаканчиках. Материал ёмкостей поставил меня в тупик – не дерево, не глина, не стекло… что-то лёгкое и прочное, напоминающее рог или особый вид кости.
Напиток оказался восхитительным – тёплый, с богатым вкусом, похожий на кофе, но без привычной горечи, с тонкими нотками специй, которые щекотали нёбо. В сочетании с ещё тёплой булкой, чья мякоть таяла во рту, это был самый лучший завтрак за всё время моего пребывания в этом странном мире.
– Нравится? – ухмыльнулся Роул, с удовольствием наблюдая, как я смакую каждый глоток. – Это кава из корней дрока. Исконно аверсинский напиток.
Я лишь блаженно кивнула, слишком занятая наслаждением этим неожиданным гастрономическим открытием. После вчерашних ужасов этот простой завтрак казался настоящим даром богов.
– Преломили хлеб. Хороший знак, – многозначительно произнёс Роул, стряхивая золотистые крошки с потертых штанов. Его глаза скользнули по другим столикам, где местные жители оживлённо обсуждали утренние новости. – Понимаю, что многое тебя ставит в тупик. Но наш мир – словно песочные часы, где каждая песчинка связана с другими мирами. Мы даём им песок, они делятся технологиями. Да и сами мы не лыком шиты.
– Это всё мелочи, – махнула я рукой, чувствуя, как тёплый хлебный дух ещё витает между нами. – Меня волнует другое. Что теперь?
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.