2
Если бы я могла спать в другом месте – сбежала бы из общаги. Эти звуки, их дыхание, скрипы, запах. Я хотела быть на ее месте. Из всех, кто предлагал, просил, намекал, настаивал, – ни одного, к кому я испытывала бы хоть что-то, кроме дружеской симпатии. А если нет большего, не будет ничего.
Перевернувшись, зажмурилась: желудок ныл. Бокал вина натощак бросил еще горсть земли в могилу пищеварительной системы. Я думала о фосфате алюминия. Пакетик утром, днем, вечером. Через неделю пройдет. Только есть нормально. Но это лишние траты – овсянка дешевле. Если бы меня не выворачивало от одного ее вида.
Засунув голову под подушку, я слушала свое дыхание. Когда же это кончится?
Здесь всё на виду. Не спрятаться. Сессия. Компьютеры в библиотеке заняты. Везде заняты.
На лекциях появляется народ, которого я не видела с прошлой сессии. Кто-то сходит с ума, вспоминая, что здесь учится. Кто-то ищет того, кто поможет. Кто-то ищет того, кто одолжит. Все носятся, ищут.
– Ты не видел?..
– Нет.
– Ты не знаешь?..
– Нет.
Во время сессии все студенты становятся импотентами. Два раза в год любой ВУЗ теряет потенцию. Вся кровь ударяет в мозг. Откуда я знаю? Анька спит в комнате одна.
– Анька, смотри, твой друг! – Лешка засмеялся позади нас.
Лешка – друг Макса. Общий друг. Теплый. Он никогда не скажет гадости со зла. Я чувствую себя с ним в безопасности.
Со Дня рождения Аньки ребята подкалывали ее каждый раз, когда появлялся Урод. Она лишь усмехалась. Курсовую он написал в срок.
Урод прошел мимо нашей компании у кофейного автомата.
Он ходит так, будто может просочиться сквозь каждого. Будто ему все равно. Я понимала, почему он так ходит.
Если кто-то захочет его остановить – просто остановит. Остальные отступают, будто он воняет. Он не воняет, я знаю. Но я тоже отхожу. Его били. Я видела синяки. Он ходит так, будто все люди – вода.
– Урод… – процедил кто-то сквозь зубы. Я обернулась, но кому принадлежала реплика, не поняла.
Он притягивает взгляд. Как триллер с расчлененкой. Неприятно, но смотришь.
Когда он грудью наткнулся на вытянутую руку, стало тише. Его просто остановили. Я шагнула к центру коридора – кто-то отошел от окна и загородил вид.
Тот крупный парень с нашего потока. Урод ему по грудь. В общем-то, и я ему по грудь.
– Урод писал курсач ему. Препод поставил трояк и передал привет Уроду. Потому что Дрон никогда не напишет такой курсач. – Анька просветила меня буднично.
Я не слышу, что они говорят. Мы все стоим и наблюдаем. Смотрю на спину под рыжей шевелюрой. Завтра он снова придет с синяками.
– Как препод догадался?
– Спроси что-нибудь полегче.
После короткого разговора бугай оттолкнул Урода и пошел в нашу сторону.
– Пошли. – Макс обнял нас с Анькой за талии.
***
Я бродила по аудиториям, заглядывая. Упиралась в дверной косяк, и боль в груди напоминала о маленькой мастопатии. Наступил один из регулярных процессов. Отторжение слизистой оболочки матки, сопровождаемое кровотечением. Красиво звучит.
Я была рада, что Анька спит одна. Я засыпала с фракталами под веками и взрывающимся желудком, а просыпалась без рук. Поднималась, и на меня, как на будильник, смотрела Анька. Новый день. Хотелось лечь и умереть. Но сейчас нельзя: сессия.
Когда я встала посреди заполненной библиотеки, поняла: у меня работа, которую не могу сделать, пока у них не кончится сессия. Кажется, они спят тут. Два раза в год.
Пойду в интернет-кафе. Я постаралась не хлопнуть дверью.
– Лида!
Я шла к остановке.
– Лида! – скрежет за спиной.
Обернулась. Ты знаешь мое имя? Догнал от библиотеки? Я смотрела на подходящего парня. Того, кого мы сделали изгоем.
– У меня есть комп, если очень нужно.
Я смотрела и чувствовала, как оплывает лицо.
– Ты только что позвал меня к себе домой?
Отступила. Он стоял в двух метрах, но теперь казалось – слишком близко.
– Да.
Это всех бесило. Конкретный вопрос – конкретный ответ. Никаких оправданий. Это бесило всех. И меня тоже.
Я усмехнулась. Странно получить от него предложение. Казалось, он должен исчезнуть, но Урод стоял и не собирался.
– Мне нужно часа два-три. Я собиралась в интернет-кафе.
Он мог предложить это, только понимая, что мне жалко денег. Или просто понимая. Точка.
– Ты просто так предложил? У тебя свой прайс. Я знаю.
– Просто так.
Урод прошел мимо, не дождавшись ответа. Я осмотрелась. Если бы рядом были знакомые – подумала бы. Но знакомых не было.
Просто так. Разве бывает что-то просто так?
Я старалась не приближаться к нему. В автобусе, потом в метро.
Он жил рядом с метро, в пяти минутах. Одиннадцатый этаж, налево от лифта, квартира 221.
Я скинула туфли, поставила сумку на лавочку, достала флешку, осмотрелась. В квартире две комнаты и широкий коридор. Урод прошел в дальнюю. Я проследовала за ним и села в кресло. Комп был включен.
На экране – десятки фраз, стихов, лиц. Столько не поместится на семнадцати дюймах, но оно там. Объемно, переплетаясь, уходя строками вдаль. Я разглядывала, замерев.
Что такое
хорошо
и что такое
плохо?
Сзади этого лежит на боку:
Мною опять славословятся
мужчины, залежанные, как больница,
и женщины, истрепанные, как пословица.
Я вижу лица сквозь фразы. Даты, цифры вдалеке. Это все тут. Слегка… изумляет.
Потянувшись к системнику, я вставила флешку. Когда Урод оказался рядом, закрыла глаза, тихонько отодвигаясь на колесиках.
Проверив флешку на вирусы, он ушел.
Исчез. Как я и хотела.