Глава шестьдесят шестая
Визави, – Часовщик и шляпочник, – Камарда, обворовывающая двух за раз. – Ссора обворованных.
Этого рода воровство есть недавнее изобретение. В интересах торговли необходимо с ним познакомить. Воры, преимущественно женщины, одетые служанками, высматривают на довольно широкой улице два каких-нибудь магазина, почти один против другого; предположим, что один из них принадлежит часовщику, другой шляпочнику. Воровка входит к шляпочнику и заявляет, что ей поручили купить шляпу; выбранная шляпа никогда не бывает готова, ее сейчас обещаются отделать, через час она будет готова. В ожидании этого мнимая служанка прохаживается по магазину или стоит у дверей и, когда убедится, что ее заметили из магазина часовщика, быстро переходит улицу, проходит к часовщику и говорит: вот такой-то господин (она называет фамилию шляпочника) просит вас передать ему через меня двое золотых часов, во сто двадцать и во сто тридцать франков; я хочу сделать подарок своему брату, а господин N выберет. Часовщик узнает служанку и без всякого опасения вперяет ей часы, с которыми она и уходит. Из своей лавки он видит, как она входит к шляпочнику, как бы сам находится при осматривании предметов, видит, как они переходят из рук хозяина в руки приказчиков, и может опасаться только одного: что почему-нибудь раздумают купить. Через несколько минут шляпа готова; воровка берет ее и прямо приходит к часовщику.
– Мы возьмем часы в сто тридцать франков, я вот только занесу эту шляпу и по возвращении покончу с вами, но вы мне немного уступите.
– Хорошо, хорошо, – отвечает часовщик.
Проходит час, два, три, и все дело объясняется.
Часто обоих купцов обворовывает за раз одна и та же особа, например, таким образом. Одна из этих мнимых служанок, по имени Камарда, является к белошвейке и просит дать ей несколько аршин кружев для содержательницы магазина золотых и серебряных вещей, который находится напротив. Кружева отдаются без колебания. Камарда, с картоном в руках, направляется к золотых дел мастеру, спрашивает две золотых цепочки для своей хозяйки напротив и выйдя немедленно с картоном в руках, возвращается в белошвейный магазин.
– Хозяйка моя желает показать эти кружева своей подруге, – говорит она белошвейке.
– С удовольствием, пусть она не стесняется.
Воровка тотчас же возвращается к золотых дел мастеру и говорит:
– Хозяйка рассмотрит ваши цепочки, и когда я возвращусь, я выберу также себе, маленькую, – и затем исчезает.
С обеих сторон думают, что она пошла по делу; наконец белошвейка первая начинает беспокоиться и приходит к соседке.
– Ну, что, как находите вы кружева? Уверяю вас, что вы хорошо сделаете, если все оставите у себя.
– Вы разве думаете, что я за свои цепочки возьму кружевами?
– Да ведь я вам их послала целую картонку сегодня утром с вашей служанкой!
– То есть ваша прислуга приходила сюда за двумя цепочками.
– Вы бредите, соседка?
– Это вы скорее смеетесь над нами.
– Тут не до смеха, я совсем не шучу, дело идет о золотых цепочках, и у вас две моих.
С той и с другой стороны начинается крупный разговор, и дело доходит до большой ссоры, пока пришедший кстати золотых дел мастер не объяснил, что они обе обокрадены.