День XXIX

CCXVII

Итак, друзья мои, вы уже слышали, что сказал полководец Хабрий. Теперь дайте мне телескоп, я взгляну на позицию всех моих читателей… Хуже пары слепых глаз!.. обезображивает все, как критика пристрастного журналиста!.. протрите ему стеклы!320

Хорошо! теперь слушайте диспозицию:

«10-ти тысячный отряд юного моего воинства переправляется через Дунай в Никополе. От Никополя, своротив к Систову, он должен восхититься местоположением; но не блуждать в садах фруктовых и виноградных, не срывать ни одного румяного листа с розовых кустов, украшающих горы, скаты, холмы, – не идти быстро мимо Рущука. Если неприятель сделает вылазку, то с презрением посмотреть на него и потом следовать далее чрез Разград по дороге к Шумле.

«Другой 10-ти тысячный отряд идет через Силистрию. Переправа не остановит храбрых. Напомнив сей крепости 1810 год321, отряд продолжает идти чрез Акадапар, Эмбелер, Экизчи к правому флангу к. Шумлы.

Сам я, предводительствуя главными силами моих читателей, иду чрез Базарджик.

«Пятитысячный отряд преклонных летами и вооруженных всеми градусами очков наблюдает крепость Варну с утесов при с. Франки. В предводители сего отряда избирается старец, украшенный и царем и временем, зпающий наизусть все походы Миниха, Румянцева, Суворова, Потемкина, Каменского, Кутузова322…»

Прочитав диспозицию, разумеется, все возвратились по местам; – несколько избранных говорливых читательниц пробарабанили устами своими поход, и все двинулись!

CCXVIII

15 тысяч отборных юношей и прелестных воинственных красавиц со мною! – Песельники, вперед! – закричал я. – Ах, господа, у меня душа обмерла от наслаждения, когда запевалыцик, прелестный, как она, перелился весь в арию: Di piacer mi belza il cor323.

Быстро двигаюсь я от Базарджика к Ушенли чрез густой лес п хребет гор, скрывающих от Козлуджи север.

Здесь, друзья мои, под предводительством царя, шли мы в 1828 году. Спускаясь с горы, пред Козлуджи, открылись взорам нашим разновидные гряды Балканов. Сквозь лиловое отдаление и светлую будущность я уже видел тогда, как развевались на Эмосе324 благословенные знамена русские и как русская воля подавала законы владычеству Магометову.

CCXIX

Покуда первые два отряда приблизятся к Шумле, мы сделаем дневку в садах Козлуджийских.

Дика наружность здесь природы!
На юг – дорога на Проводы…
Нельзя здесь, други, не вздохнуть:
Ведет далеко этот путь!
Там… древний мир гиероглифов!
Чернеет Эмоса гряда!
Там спорных праотцев и скифов
Паслися мирные стада!..
320. В данном абзаце Вельтман насмешливо отзывается на резкую критику, которой подверг первую часть «Странника» журнал «Телескоп» (см. об этом: Ю. М. Акутин. Александр Вельтман в русской критике XIX века. – «Проблемы художественного метода в русской литературе». М., 1973, с. 56–77).
321. В конце мая 1810 г. крепость Силистрия на правом берегу Дуная была осаждена русскими войсками под командованием С. М. Каменского. 29 мая (10 июня) крепость была сдана турками.
322. Перечисляются русские военачальники, участвовавшие в русско-турецких воинах 1735–1739, 1768–1774, 1787–1791, 1806–1812 гг.
323. От удовольствия сильно бьется сердце (итал.).
324. Эмос – горная местность к западу от р. Прут.
СкороКнижный режим