Глава 16. У каждого волка бывает свой праздник
– Что же нам теперь делать? – спрашивает Мекай, прервав оглушительное молчание, повисшее в зале после их ухода.
Хадсон уже подошел к окну и обводит взглядом горизонт, освещенный утренним солнцем.
– Я ничего не вижу, но это не значит, что их там нет.
– О, они уже там, – доносится из дверей за нашими спинами голос, говорящий по-английски с легким акцентом. – И очень скоро они окажутся здесь.
Я разворачиваюсь так быстро, что едва не налетаю на Джексона, который расположился прямо за мной. А Хадсон тем временем переносится к двери.
– Кто ты такой? – спрашивает он парнишку лет пятнадцати-шестнадцати с темно-карими глазами и смуглой кожей. Волосы у него черные и доходят до плеч, и он лишь на пару дюймов выше меня. Я испытываю странную радость от того, что он не великан и не еще одно сверхъестественное существо такого роста, что мне пришлось бы задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Он также очень субтилен, его чрезмерную худобу еще больше подчеркивает футболка не по размеру. Пожалуй, если бы этот день не был таким ужасным, я бы посмеялась над надписью на ней.
«Ты материя, если только не помножишь себя на скорость света. Тогда ты становишься энергией».
Я почти уверена, что он человековолк. Сообразив это, я тут же подбегаю к Хадсону, чтобы помочь ему в случае чего – и все наши делают то же самое.
Парнишка и бровью не ведет. Он окидывает взглядом каждого из нас, словно пытаясь определить, кто представляет большую угрозу. По-видимому, он решает, что это Хадсон, поскольку, отвечая, смотрит на него:
– Меня зовут Дауд. Я из Логова солнца пустыни в Сирии.
Значит, я была права. Он волк.
– Что ты тут делаешь? – спрашиваю я, и в моем мозгу снова звучит предостережение родителей Луки.
– Я здесь потому, что думал, что этой паре придворных вампиров не хватит духу предать Сайруса и предупредить вас, – отвечает он. – Чтобы захватить вас, в Кэтмир отправились человековолки со всего света – включая лучших воинов моего собственного логова. Я прибежал сюда, опередив их, чтобы предупредить вас, но они будут здесь уже очень скоро.
– Ты прибежал сюда? – спрашивает Иден, и в ее голосе звучит скепсис.
– Я бегаю быстро. У меня свой интерес. – Дауд берет что-то со стола, рассматривает этот предмет, затем кладет его себе в карман. – А у вас свой, если, конечно, вам не хочется умереть – или попасть в плен. Они действительно скоро будут здесь. Думаю, минут через пять, а если вам повезет, то через десять.
Очевидно, по его мнению, плен хуже смерти, и, если честно, я с ним согласна. От мысли о том, что я, Хадсон или Джексон окажемся во власти Сайруса, у меня холодеет кровь.
– С какой стати мы должны верить этому парню, если его вожак заодно с Сайрусом? – спрашивает Флинт. – Может, он здесь в качестве подсадной утки?
– В качестве подсадных уток здесь была эта пара вампиров, – поправляет Дауд. – И он уже признался, что они должны были отвлечь ваше внимание. Я же прибыл сюда по самой очевидной из возможных причин. Вы мне нужны.
Мне трудно в это поверить.
– Нужны для чего? – спрашиваю я, уже подумывая взяться за мою платиновую нить. Мои нервы оголены, и, если мне надо будет сражаться, я хочу быть в обличье горгульи.
– Моего младшего брата зовут Амир. Он учится здесь, в Кэтмире, в девятом классе, и его похитили вместе со всеми остальными. Мне надо его спасти.
– Я знаю Амира! – восклицает Мэйси. – Он болеет за «Сан-Диего падрес», и мы с ним сдружились, потому что он носил винтажную джерси с изображением Тони Гвинна. – Ее плечи никнут. – У моего отца есть точно такая же.
– Да, это Амир. – Дауд судорожно сглатывает. – Наших родителей убили два года назад, и с тех пор о нем забочусь я. Я отправил его сюда, в Кэтмир, полагая, что здесь-то он будет в безопасности, но… Вы – мой единственный шанс спасти его, но у меня ничего не выйдет, если я позволю Сайрусу убить вас или взять в плен.
Видно, что он говорит правду, и я не могу ему не поверить. Я обвожу взглядом своих друзей и вижу, что они тоже верят ему. Да поможет нам всем Бог.
– Значит, у нас есть десять минут? – спрашивает Джексон, и я почти что вижу, как крутятся шестеренки в его голове.
– Это самое большее.
– И что нам теперь делать? – спрашивает Иден.
– А ты как думаешь? – ворчит Байрон. – Нам надо убираться отсюда.
Хадсон обхватывает рукой мои плечи.
– Пойдем. Давай перенесемся в твою комнату и соберем все, что тебе нужно.
– Я уже собрала все необходимое и положила в рюкзак, чтобы отнести в твою комнату.
– Тогда пусть рюкзаки соберут все остальные, – говорит Хадсон, и мы идем обратно в школьный холл. – Мы с Грейс покараулим, пока вы не будете готовы. Но поспешите, хорошо? Что-то подсказывает мне, что Сайрус не станет ждать долго.
– Пять мин… – начинает Флинт, но обрывает фразу на полуслове, когда с лестницы над нашими головами доносится рык.
От этого звука у меня стынет кровь, я поднимаю глаза и вижу, как примерно пятьдесят волков, ощерив зубы и вытянув когтистые лапы, перескакивают через перила и прыгают вниз. Причем, похоже, большая часть стаи нацелилась прямо на меня.
Хадсон и Джексон встают передо мной, но тут рычание доносится и из-за наших спин – от парадной двери. Значит, мы окружены. Нам не удастся отбиться, если они атакуют нас со всех сторон.
Только что они находились футах в тридцати от нас, и вот они уже совсем рядом. Я так ошеломлена, что застываю, даже не успев взяться за свою платиновую нить.
Я прихожу в себя быстро, но прежде, чем я успеваю сменить обличье, они испаряются. Только что они щерили зубы, готовясь вонзить их в меня – и вот от них остался только прах.
Я немею, и дело не только в нервах. Я знаю, что сейчас произошло, и более того, знаю, чего это стоило ему.