Цитаты из книги Сны Эйлиса. Душа мира

Побитый пес – лучшее определение того, как чувствовал себя неудачливый Страж, притом незаслуженно побитый. Он отчаянно старался в своей светлой форме быть для всех хорошим, но в итоге все его обвиняли, все находили повод напомнить, что безмерно сильная магия способна принести куда больше пользы. Да вообще в ход шли самые неприятные аргументы, которые пронзали сердце пиками. И в нем пробуждалась тьма.

Мы оба! Оба… рассказчики этой истории. – Он снова зашелся смехом. – Только я на роли злодея в этот раз. Кто знает, может, в следующий раз повезет. Пока мой главный бенефис – это убийство Раджеда. Такова уж роль, я сам написал сценарий.

Он зашелся в кашле, впервые так повышая голос, точно выплеснулась вся его обида. И Сумеречный Эльф молчал, хотя сердце его разрывалось. Лишь на бледном лице невольно застыла маска скорби, а что крылось под ней – он и сам не ведал. Может, свет милосердия, может, тьма холодного цинизма, может, сумрак печати вечного бездействия.

Только, бессмертный наш, почему во всех мирах люди гибнут, а ты видишь проклятые линии мира вместе с рычагами, но ничего не делаешь? Почему кто-то осыпан всеми благами, а ктото гниет в яме? Ответишь мне? А? Почему у кого-то есть «тонкая ранимая» душа, а комуто по статусу с рождения, наверное, не положено? Что там у вас, Стражей? Учили отвечать на такие вопросы глупых людишек?

– Зачем тебе власть, которая претит? – с болью в голосе обращался к своему темному духовному близнецу Страж. – Я две с половиной тысячи лет странствую по мирам и нигде не становился ни королем, ни даже командиром армии. Хотя мог бы.
– Факты не в пользу твоего ума. Вечный бродяга – это диагноз, – недобро заключил Нармо.

– Если я ставлю какую-то цель, то добиваюсь ее… – коротко и ясно отрезал Нармо, разводя руками, точно дергая марионеток за нити.
– Но так ли тебе нужна эта власть? – перебил Сумеречный Эльф.
– …даже если порой задумываюсь, зачем мне все это вообще, – многозначительно завершил Нармо. – Но не оставаться же в гниющем – вернее, каменеющем – мире?

Все нарушилось и стало уродливым. Когда окаменела земля, постепенно иссякли и реки. Они сочились узкими ручейками и выбивающимися из-под пустой породы редкими ключами. Моря тоже обмеливали, делались чрезмерно солеными. Нармо созерцал умирание мира и, что хуже всего, знал, кто в этом виноват. Не он, отнюдь не он. Он был лишь наследником тирана.

О нет, скорее, мы постмодернисты, как говорят на Земле, которые познали пик расцвета и испытывают сознательную тягу к самоуничтожению...

Все же его создали Стражем, а не нянькой для человечества. И ответственность за дурные дела несли люди.

Все хорошо. Все хорошо... Мы все - Душа мира...

Слушай, отлезь по-хорошему... Иди спасать своего крошку Раджеда с его девчонкой, а то вы же не можете друг без друга. А мне оставь Землю на разграбление. Я быстро, обещаю!

Что, если чудо не для нас? И не про нас весь сказ, не мы его герои...

Ну, вот он я! Вот! Глядите на меня! Вот вам типичный тёмный властелин. Абсурд, игра, комедия, безумие! Я стал кошмаром Эйлиса, мама...

Избранных и особенных не существует. Есть только люди, совершающие выбор.

От тьмы бегут все... Если от неё не бежать, то она проглотит даже самых светлых.

- Такое чувство, словно все вы пытаетесь разбудить во мне что-то светлое. А ты, Сумеречный Эльф, за мой счёт бежишь от свой тьмы, - пробормотал льор.

Ты не научился главному принципу выживания в Эйлисе - подлости. Вы все носитесь со своим благородством, поэтому и погибаете.

Память - это самое жестокое, что у нас есть, - вздыхала она, но успокаивала себя: - Но и самое дорогое.

Он предал. Так или иначе, но предал, даже если ради истины.

Кому суждено вернуться, тот вернётся. А кто похищен, того тянет домой.