Цитаты из книги Сны Эйлиса. Душа мира

"—Я вообще ранен-контужен! —внезапно шутовским тоном пожаловался Сумеречный Эльф. —Только из клетки выбрался! —Меньше по другим мирам надо шастать, бродяга, —беззлобно отозвался Раджед, пробуя свою верную трость с янтарным навершием."

"—Значит, это уже не игра? —пытливо интересовался Сумеречный Эльф, склоняя голову набок, как любопытная птица. —Игра идет до тех пор, пока соблюдаются мои правила, —почти озлобленно скривился Раджед, указывая на собеседника. —А ты устроил диверсию, между прочим!"

"—Так же, как и в Эйлисе? —вздохнул льор. —Ничего не можешь сделать? —Так же. По той же причине, —раскачивался из стороны в сторону Сумеречный, точно баюкая себя. —Нельзя… Ох, нельзя, иначе…"

"— Я почти рад, что она не поддалась ни на одно мое искушение, иначе стало бы скучно. Проклятое чувство, от которого я не могу отделаться все эти долгие годы. С тех пор, как увидел ее, оно отступило. София —это как сладость с пряностями."

"«София, ты спрашивала, почему этот мир мертв? Да, все верно. Это мы его сделали таким», —озлобленно думал Раджед, хотя гордыня не позволила бы признаться в этом открыто. Даже себе."

"— Рита… Рита… — тихо говорил он, зная, что его не услышат. —Странные у вас имена. Может, отправить тебя домой? Что, если Нармо нападет… И где твою дурочку-сестру носит теперь? Я тоже хорош… Хорош…"

"Бросить портал —подставить под удар целый мир, Землю. Бросить Софию —самый логичный исход, как пожертвовать пешкой. Ведь правитель обязан думать не только о своих прихотях. Хотя что ему до другого мира? Или все же он надеялся сбежать?"

"Он просто не ведал, что значит любовь, и привык лишь подчинять. Но Софья вспоминала, как он целовал ее руки, как тайной немой мольбой мерцали его обычно насмешливые глаза. Будто он просил разбудить его, его настоящего. Весь Эйлис молил, чтобы кто-то разбудил его, вытащил из-под саркофага неправильного сна."

"Времени на раздумья не оставалось. Раджед приложил к сердцу друга свой янтарный талисман, ощущая, как холод пронизывает все существо. Больно. Им обоим. Но необходимо. И так каждый раз! Иначе нельзя, ведь друзей не бросают, не таких."

"—Софию… Просто так. Захотелось заполучить эту фарфоровую статуэтку, эту сахарную фигурку. Поиграю немного — отпущу обратно, —отозвался уклончиво Раджед. Внешне все так и обстояло, льор имел право именно так обращаться с людьми. И чем больше друг его упрекал, тем больше хотелось его позлить, даже если все признаки подсказывали, что не следует этого делать. Друг и так мучился."

"— Мне сдается, кто-то помогал ей. Откуда она знала, что фрукты заколдованы? —Сама догадалась, —пожал плечами Эльф, прогуливаясь по зале, отковыривая со стен, как мелкий хулиган, каменные украшения и тут же возвращая их на место благодаря своей магии."

"Возникали фантазии, как в стремительном броске получается обрушить на него подвешенные на цепях сундуки, чтобы он задохнулся под горой собственных богатств. Схожие мысли посещали и в арсенале. Но растворялись фата-морганой, когда Софья реально оценивала свои возможности. Бессильна! Во всем бессильна! Все заменялось страхом, подсказывавшим неверные ответы на возможные вопросы. Хотелось кричать и топать ногами от несправедливости, как в раннем детстве."

"Похоже, он в некоторой степени верил в нее, ведь встречались в мире и другие девушки, которые не решились бы пойти в неизвестность, даже под страхом навсегда потерять младшую сестру."

"Отражение пошло до отвращения знакомой рябью, портал разверзся перед ней, и Софья сделала шаг за грань неизвестности… Вскоре в комнате никого не осталось, лишь записка любимым родителям: «Я вернусь! Мы обе вернемся!»"

"Я жду тебя, прекрасная София! —Козел! Проклятый старый козел! —крикнула она вслед самое обидное, что удалось придумать."

"И кто только считал, что путешествия в другие миры — это весело и забавно? Вместо захватывающих приключений с прекрасным рыцарем «принцесса» получила только бессонницу, темные круги под глазами и нескончаемый испуг."

"Некий янтарный чародей обладал нездоровым чувством юмора и нечеловеческой настойчивостью, раз так упрямо возникал в совершенно неожиданных местах. Сердце сжималось от предчувствия чего-то недоброго."

"Тогда-то Софья по-настоящему испугалась. Больше всего томило, что никто не видел этих писем. И это наводило на мысли о собственном помешательстве."

"—Ты ведь Сумеречный Эльф, неудавшийся Страж Вселенной. Тебе ли не знать, что случилось! —Он запнулся на миг. —Полагаю, ты знаешь даже больше меня. Скорбный взгляд Сумеречного Эльфа потеплел, подернулся подобием надежды. Страж отвечал, а на его потрескавшихся крупных губах едва уловимо читалась улыбка: —Знаю. И ты ошибаешься… Нет. Эйлис не умер, он просто спит."

"— Этот мир обречен. Но пока он умирает, мы еще повеселимся. На вершине башни из серого камня стояли двое мужчин. Надменные манеры и безупречная осанка первого выдавали в нем безраздельного хозяина твердыни."