Цитаты из книги Pădurea norvegiană

Ещё бы — у тебя на лице написано: «Плевать, любят меня или нет».

Если вы читаете только те книги, которые читают все остальные, вы можете думать только о том, о чем думают все остальные.

— Знаешь, чего я сейчас хочу? — спросила перед расставанием Мидори.
— Даже не представляю, о чём ты можешь подумать.
— Хочу, чтобы нас с тобой поймали пираты, раздели догола, прижали лицом друг к другу и связали верёвкой.
— Почему именно так?
— Это — странные пираты.

— Мне какое-то время так хорошо, что я лежу и кайфую. Но вдруг прихожу в себя и кричу: «Перестань, Ватанабэ! Ты мне нравишься, но у меня сейчас другой парень, и я так не могу. Я в этом смысле строгая. Поэтому отстань. Прошу тебя». Но ты не отстаёшь.
— Я отстану.
— Знаю. Но это же вымышленная сцена. Поэтому пусть будет так

Истинный враг этих людей — не государственная власть, а отсутствие воображения

В конце концов, кто знает, что на самом деле есть хорошо?

Но подобрать слова, чтобы выразить свои чувства не мог. Странное дело, будто бы заразился от нее болезнью поиска слов.

Я ни о чем не беспокоюсь. Я просто больше никого не хочу в себя пускать. Не хочу, чтобы разрушили мой мир.

Наоко

Слышишь, Кидзуки? Ты унес в мир мертвых одну часть прежнего меня. Теперь вот Наоко унесла вторую. Иногда я чувствую себя смотрителем музея.

Как ни старайся, когда больно - болит.

Не хочешь оказаться в психушке - приоткрой свое сердце, доверься ее - жизни - течению.

Рэйко Ватанабэ

Будто скреплял этими письмами разваливающуюся на части жизнь.

Мне уже 20. И я должен платить за право жить дальше.

Ватанабэ.

Не жалей себя. Себя жалеют только ничтожества.

Нагасава

— Если присмотреться, у тебя интересное лицо, — сказала Мидори. — Мне больше красавчики нравятся, а твое лицо… в общем… если внимательно разглядеть, начинаешь понимать: ты тоже сойдешь.

- Так сильно его любишь? - Да. - Как это, наверное, прекрасно - так безоговорочно кого-нибудь любить... - Я просто старомодная дура.

Хацуми (девушка Нагасавы) и Ватанабэ

В его теле почти не оставалось жизни. Так ждем сноса обветшавший дом, из которого уже вынесли мебель и всякую утварь.

Иногда мне кажется, что здесь - ненастоящий мир. И люди, и окружающий пейзаж - ненастоящие.

Ватанабэ

- Неплохо, если бы то был мой первый в жизни поцелуй с парнем. Если б я могла сама составлять свою жизнь из фрагментов, сделала бы этот поцелуй первым. Неперменно. И жила бы потом, размышляя вот атк: "Что сейчас делает Ватанабэ, с которым я впервые в жизни поцеловалась на чердаке?" Даже сейчас, когда мне уже 64.

Мидори и Ватанабэ

Наше самое нормальное качество в том, что мы сами понимаем, что мы - ненормальные.

Наоко (о лечебнице)

А разве не твой любимый Скотт Фицжеральд писал: "Нельзя доверять человеку, считающему себя обычным"?

Наоко