Цитаты из книги Брокен-Харбор

— Значок, — сказала Дженни. — Значок «Джо-Джо», это… Это Конор ?

У меня не осталось сил вычислять, какой ответ самый выигрышный и наименее жестокий. Секундная пауза сказала ей все.

— Конор проводил много времени в Брайанстауне. А когда увидел, что вы с Пэтом в беде, пришел на помощь.

Я увидел, как детали встают на свои места у нее в голове, медленно и болезненно.

Конор говорит: «Почему? Дженни, Боже мой, что произошло?»

Дженни издала болезненный скрежет — возможно, это был смех.

— Если бы у нас был месяц или два, тогда, возможно… Так что я просто сказала: «Не надо „скорой“. Пожалуйста». Конор говорит: «Постой. Погоди, погоди», — опускает меня на пол и ползет к Пэту. Он повернул ему голову и что-то сделал — не знаю что: может, попытался открыть глаза. Он ничего не сказал, но я увидела его лицо и все поняла. Я была рада, что хотя бы это я поняла.

— Потом я сказала: «Вот, вот нож, сделай это, Конор. Пожалуйста. Ты должен». И вложила нож ему в руку. Какой у него был взгляд… Он посмотрел на нож, потом на меня — словно он меня боится, словно я самое жуткое чудовище в мире. «Ты не соображаешь», — сказал он, но я ответила: «Я все соображаю», — и попыталась снова завопить, но вышел только шепот. Я говорю: «Пэт умер; я ударила его ножом, и он умер…»

Тихий бескровный голос, пробирающийся сквозь тьму к чудовищному сердцу той ночи. Слезы перестали течь — для них места уже не было.

Конор даже не подозревал, что подарок подействует совсем не так, как он рассчитывал, что реакция Дженни будет совсем другой, что его благие намерения разнесут в щепки хрупкую конструкцию, благодаря которой Дженни еще как-то держалась на ногах.

Дженни смахнула слезу — рассеянно, словно отгоняла муху.

— Дошло до того, что я просыпалась по ночам и с ужасом думала о том, что она скоро позвонит. Кошмар, да? Фиона — моя сестра, я ее обожаю, а тут я мечтала поссориться с ней вдрызг, чтобы она перестала со мной общаться.

— Поначалу я делала пометки во время разговора, чтобы держать их перед глазами на следующий день и не ошибиться, но испугалась, что Пэт или дети найдут их и захотят узнать, в чем дело. И еще нужно было постоянно быть веселой, даже если Пэт смотрел на проклятую дыру в стене до пяти утра, а теперь спит на диване. Это было ужасно…

По телу Дженни снова прошла судорога.

— Я думала, что упаду в обморок. Слава богу, Эшлин решила, что Джек этого зверя выдумал. Она просто испугалась, не воображу ли я, будто она одобряет жестокое обращение с животными.

— А потом — кажется, в конце августа — я отвезла Джека в гости к его другу Карлу, а когда вернулась, они двое играли в саду, вопили и притворялись, что лупят кого-то палками. Эшлин — мама Карла — сказала: «Джек говорил про какого-то большого зверя, который рычит, а Карл сказал, что его нужно убить, вот этим они и занимались. Это ничего? Вы не против?»

— И вы с ним сидели? — Я говорил тихо, надеясь, что Дженни поймет намек, однако ее голос звучал все громче.

— Я пыталась ! Я ненавидела даже смотреть на эти дыры, но мне казалось — если Пэт прав, то я должна ему помочь, а если нет — то нужно в этом убедиться, понимаете? И мы бы тогда занимались хоть чем-то вместе, пусть это и не романтический ужин.

Дженни была уверена в том, что галлюцинирует; она боялась только одного — того кошмарного сценария, в котором врачи обнаружат ее безумие и запрут в больнице. Она охраняла самое дорогое, что у нее осталось: свой план покончить с собой.

— Понимаю, — сказал я и, сделав вид, что пытаюсь сесть поудобнее, взглянул на часы: прошло примерно двадцать минут. Рано или поздно Фиона — особенно если я не ошибся насчет нее — уже не сможет ждать дольше. — А что потом? Что изменилось?

Дженни по-прежнему ворочалась, водила рукой по волосам, дергала за колтуны все сильнее и сильнее.

— А получается так: все знают — если у тебя нет работы, значит, ты хреновый специалист или на самом деле она тебе не нужна. Конец.

— Пэт любил заботиться обо всех нас — он был счастлив, когда я ушла с работы, так гордился тем, что мы можем себе это позволить. А когда его уволили… Поначалу он был абсолютно позитивен, говорил: «Не волнуйтесь, малыши, я мигом найду что-нибудь еще. Не переживай, детка, покупай топ, который хотела». Я тоже думала, что он непременно устроится на новую работу — он же хороший специалист и работает как проклятый, верно?

— Животное на дереве — что это?

На этот раз никакой реакции. Оставшиеся силы Дженни тратила на то, чтобы игнорировать меня. Скоро она уже не будет меня слышать.

Я наклонился к чемоданчику, достал из него рисунок Эммы, найденный в квартире Конора, и положил его на накрытые одеялом колени Дженни. На секунду мне показалось, что я чувствую прохладный, сладкий запах дерева и яблок.

Дженни крепко зажмурилась. Когда ее глаза снова открылись, она смотрела в окно, изогнувшись так, словно рисунок может на нее броситься.

— Эмма нарисовала его за день до смерти.

Дженни снова зажмурилась, а затем снова уставилась на сверкающие листья, будто меня там не было.

Они обе были там — Дженни и Фиона. Когда я открыл дверь, они повернули головы в мою сторону, но разговора я не прервал — они просто молчали.

— Пэт же умер, ему все равно. Я помню, что ты говорил — все будут считать его убийцей. А как он писал на форуме, что просто хочет позаботиться о Дженни? Как думаешь, что бы он выбрал — взять вину на себя или упечь ее пожизненно? Он бы умолял нас назвать его убийцей. На коленях бы ползал.

— Я не думал, что она что-то у меня украдет, а особенно вещдок. Она сильно насчет тебя переживала — это было очевидно. Зачем же ей портить твое дело?