Цитаты из книги Иметь или быть?

Чтобы не чувствовать себя в изоляции, мы должны развивать в себе новое чувство единения – чувство связи с природой и с другими людьми. Эта потребность слияния с другими может проявляться в очень разных формах: это и привязанность к матери, и отношение к богу, к роду, к нации, к классу, к религии, к студенческому союзу, к профессиональной группе и т. д. Эти отношения сильно отличаются друг от друга и иногда приобретают форму экстаза, как это наблюдается в религиозных радениях сектантов, в бандах линчевателей или при массовых националистических психозах в период войн. Начало Первой мировой войны, например, послужило поводом для возникновения одной из самых сильных экстатических форм «единения», когда люди внезапно, буквально в течение дня отказывались от своих прежних пацифистских, антимилитаристских, социалистических убеждений; ученые утрачивали свою накопленную годами способность к критическому мышлению и объективной беспристрастности только ради того, чтобы приобщиться к великому большинству, именуемому «мы».

С. 165

Преодоление корыстолюбия и ненависти – это две главные этические цели христианства и иудаизма. Однако их достижение невозможно без осознания одного постулата, который занимает центральное место в буддизме (в христианстве и иудаизме он также играет известную роль): подлинного бытия человек достигает лишь в том случае, если он проникает через внешнюю оболочку явлений вглубь и познает в реальности самую суть. Путь к бытию лежит через проникновение в суть вещей и познание действительной реальности.

С. 156

Важнейшей предпосылкой для возникновения у человека ориентации на «бытие» (модуса бытия) является свобода и независимость, а также наличие критического разума. Главным признаком такого состояния духа является активность не в смысле деятельности, а в смысле внутренней готовности к продуктивному использованию человеческих потенций.

«Быть» означает давать выражение всем задаткам, талантам и дарованиям, которыми (в большей или меньшей степени) наделен каждый из нас. Это значит преодолевать узкие рамки своего собственного «я», развивать и обновлять себя и при этом проявлять интерес и любовь к другим, желание не брать, а давать.

С. 136

Я совершенно согласен с Д. Митом, что свобода как условие истинно плодотворной деятельности – это не что иное, как отказ от своего «я», точно так же, как любовь с точки зрения апостола Павла свободна от какой-либо привязанности к самому себе. Быть свободным от всех пут, от корыстолюбия и эгоизма – это и есть условие истинной любви и подлинного бытия. Цель человека, согласно Экхарту, – избавление от эгоцентризма, от такого способа существования, когда главным является обладание, для того чтобы достичь экзистенциального бытия.

С. 100-101

В модусе обладания вера – это подпорка, костыль для всех тех, кто хочет обрести уверенность в себе и понять смысл жизни, но не имеет мужества искать его самостоятельно.
... В модусе бытия вера – это не вера в какие-то определенные идеи (хотя и это не исключено), но это прежде всего убежденность, внутренняя позиция, установка. Было бы правильнее говорить, что человек пребывает в состоянии веры, чем он имеет убеждение. (Теологи в этом смысле различают fides quae cre ditur и fides gua creditur, что соответствует различению между содержанием веры и актом верования.)

С. 68-69

Чтение бездарного, дешевого романа напоминает сон наяву. Такое чтение не вызывает продуктивной реакции; текст просто проглатывается, как проглатывается телевизионное шоу и хрустящий картофель, который мы жуем, бессмысленно уставившись в телевизор. Если же мы возьмем, к примеру, роман Бальзака, то его чтение может быть продуктивным и вызывать внутреннее сопереживание, если оно происходит в модусе бытия. Между тем даже такие книги в наше время люди часто читают по принципу потребления (то есть в модусе обладания). Как только любопытство читателя-потребителя возбуждено, его охватывает желание узнать фабулу романа: останется ли в живых герой или умрет, соблазнит ли он героиню или ей удастся устоять, он хочет знать ответы на все вопросы. Сам роман в этом случае играет лишь роль прелюдии, «счастливый» или «несчастный» финал – это кульминационный момент переживаний читателя. Узнав конец, он ощущает радость обладания всей историей, которая становится для него почти столь же реальной, как если бы она жила в его собственной голове. Однако от такого чтения его знания не стали шире: действующие лица романа остались далеки, их мотивы непонятны, и потому читателю не удалось глубже проникнуть в суть человеческой природы или лучше узнать себя.

С. 56-57

Потребитель – это вечный младенец, требующий соски. Это с очевидностью подтверждают такие патологические явления, как алкоголизм и наркомания. Мы особо выделяем эти два пагубных пристрастия потому, что их влияние отрицательно сказывается на исполнении человеком его общественных обязанностей. (Хотя курение является не менее пагубной привычкой, заядлый курильщик не подвергается столь суровому осуждению, потому что курение не мешает ему выполнять его общественные функции, а, возможно, «всего лишь» сокращает его жизнь.)

С. 46

Ибо индустриальный век не сумел выполнить своих обещаний. И постепенно все больше людей приходило к пониманию следующих фактов:


• счастье и всеобщее благоденствие не могут быть достигнуты путем безграничного удовлетворения всех потребностей;

• мечта о свободе и независимости исчезает, стоит только осознать, что все мы – лишь колесики в бюрократической машине;

• наши мысли, чувства и привязанности являются объектом манипулирования со стороны средств массовой коммуникации;

• экономический прогресс касается лишь богатых наций, а разрыв между богатыми и бедными становится все более вопиющим;

• технический прогресс принес с собой экологические проблемы и угрозу атомной войны;

• каждое из этих последствий может стать причиной гибели всей цивилизации, если не самой жизни на Земле.

С. 7-8

Они не знают, что только тогда смогут воспользоваться своими силами и способностями, когда отбросят прочь свои частнособственнические костыли. А удерживает их от этого иллюзия, что они не смогут передвигаться самостоятельно и упадут, если лишатся такой опоры, как собственность. Они ведут себя как несмышленые дети, которые после первого падения начинают бояться, что они никогда не научатся ходить. Но природа и помощь других людей не допускают, чтобы человек превратился в инвалида. А тот, кто боится погибнуть без костылей частной собственности, тот как раз-таки и нуждается в человеческой поддержке.