Отзывы о книге Widma w mieście Breslau

Загадочный мрачный Бреслау начала двадцатого века. Кажется, что хмурые свинцовые облака нависают над головой... Здесь по улицам бродят тени людей: проститутки и маньяки, алкоголики и извращенцы. В этом особом мире реальность переплелась с вымыслом, причудливо и вероломно заигрывая с истощенным и уставшим сознанием инспектора Эберхарда Мока.

Пропойца и наглец, он все равно вызывает симпатию, органично существуя в двух параллелях, одна из которых - больная фантазия, состоящая из алкогольных паров, призраков и рыжеволосых красавиц. И именно с ним начинает играть в кровавые пятнашки убийца. Смертей становится все больше. Они отвратительные, отталкивающие. Так, что не хочется об этом знать, перелистнуть бы станицы. Но эта нелицеприятная обнаженная правда гипнотизирует, завораживает и не отпускает. Как-будто смотришь в лицо уродцу и не можешь отвести глаз...

Сюжет увлекает, манит, интригует. Разбавленный точными штрихами жизненных реалий того времени, он получается поистине неповторимым, колоритным, объемным. Автор не поскупился на детали, продумал каждую мелочь - здесь все на своих местах. Оторваться невозможно - становишься частью повествования, наслаждаешься каждым словом.

Этот роман способен перенести читателя в абсолютно другую реальность. Очень качественно написано. Чрезвычайно интересно было наблюдать за тем, как разворачиваются события. Главный герой предстает перед нами словно живой. Все его рефлексии - как на ладони. То, через что он проходит - испытываешь каждой клеточкой собственного тела. У Марека Краевского определенно талант. Браво, маэстро!

"Наувиделись и науверовали..." совместно с беднягой Эберхардом Моком. В чем собственно особо и не сомневались изначально, потому как встреча с автором Мареком Краевским уже вторая, а книги его незабываемы натурализмом, касающимся продуктов питания, нравственного воспитания и деталями мест преступления.

О самом же Моке двумя словами не скажешь. Весьма противоречив, в минуты раздражения всегда вспоминает пассажи античных авторов, заученные когда-то, в пору студенчества, наизусть фразы Сенеки, гекзаметры Гомера и коды цицероновских периодов, продолжают всплывать при случае в памяти. Благо случаев хоть отбавляй. «Оборонительный пессимизм» - Эберхардом выбран как концепция жизненной позиции. Если окажешься не прав, то по крайней мере разочарование будет приятным. Впрочем спать в квартирке над бывшей лавкой мясника он может только основательно поднабравшись, а иначе кошмары преследуют. Выколотые глаза, переломанные конечности, персонально адресованные записки... И менее совестливые грубияны лишаются спокойствия в ожидании очередных посланий и трупов. Человек изощрённый, осведомлённый и безумный - как демон преследует Мока. Голосок девятилетней Эльфриды звучит и звучит во дворах-колодцах:

Когда же шарманка моя перестанет Печальную песню людям играть? Когда же счастливое время настанет И город сможет спокойно спать?

Если в Пригоршне скорпионов сектанты-езиды придавали необычность повествованию, то в очень мрачных "Призраках..." жестокие убийства связаны с оккультизмом. Старые добрые детективные методы совсем не в чести в это время, в этом городе и у этого героя. Детально описанные трупы становятся в ряд с таким же скрупулёзно выписанным кулинарным рецептом или историко-географическим уточнением, если уж писать об осквернении тел, то с мельчайшими уточнениями от судмедэксперта. И все это настолько выверенно и ярко, что ощущаешь все признаки похмельного состояния, улавливаешь запахи и мелочи отпечатываются автоматически уже в вашем сознании.

Циничный, жестокий, человек с тяжёлым характером. Он игнорирует приказы, шантажирует, использует преступников для собственного расследования. Он вне закона. Он выше закона. Он сам закон. Его представление о справедливости весьма специфично - я бы назвала это местью. Пусть пройдут года, но "охотничья собака" настигнет и свершит казнь. Сложный характер, запугав, зажав в "тиски", вынудив силой к сотрудничеству, посетив все бордели с личной инспекцией...швырнет пухлую пачку ассигнаций на лечение и содержание, будет пытаться успокоить охрипшую от плача малышку, со стыдом и раздражением бежит от тщедушной фигурки отца.

Мутное время. Финал, уже второй раз заставляющий меня восхититься. Герой, чего только не предлагалось в многочисленно-прочитанном, но Мок, при всем его наборе, качественно-оригинален и болезненно-интересен.

Читать "Призраки Бреслау" было практически тоже по настроению, как смотреть "Парфюмера". В "Парфюмере" весь видеоряд построен на резких и крупных кадрах всяких натуралистичных, но от этого не менее противных картинок, призванных вызвать в памяти все эти "чудесные" ароматы, ощущаемые героем. В "Призраках" идея была видимо такая же, ибо подобных адских описаний, мерзеньких подробностей и отвратительных крупных планов в книге не счесть. Все не просто в черном цвете, а аккурат в тон обложке - в цвете раздробленных костей, размазанных мозгов и воспаленного сознания. Главный герой, криминальасистент инспектор Эберхард Мок - человек с перемолотыми войной нервами в хламину. Барахтающийся на краю сознания алкоголик, нашедший единственное решение по забвению, страдающий галлюцинациями и практически сознательно и довольно активно разрушающий остатки своего здоровья. Медленный самоубийца, предпочитающий резать хвост кошке в сорок подходов, хотя что ему еще оставалось? Но хватит препарировать героя, в целом он не неприятен, но очутиться внутри него и прочувствовать весь его личный ад было не слишком радостно и воздушно. В этом плане автору стоит отдать должное, впечатляюще получилось, впечатляюще. В итоге получился молодой мужчина, смотрящий на мир воспаленными красными глазами, мало схожий с идеальным чистеньким сыщиком. А столкнуться ему придется с маньяком, решившим "поиграть", то бишь не просто с невероятнейшей жестокостью убивающим разных людей, но и при этом вступившим в переписку именно с Моком. Убийства, и даже в большей мере их последствия в виде трупов, представлены автором подробно, с поражающей жестокостью, впечатляющими элементами, лично у меня вызвавшими оторопь и рвотные позывы. В этом плане не мой формат чтения, не задействуются у меня при таком рецепторы интереса или удовольствия (или для чего там еще такое содержание предлагается). Мок, что интересно, изначально не мотивирован на расследование, его сфера профессиональных действий далека от "убойного отдела" и близка его стремлению к саморазрушению. Но получив как пес кость первое послание, он как тот самый пес и вцепляется насмерть в возможность расследования, используя для этого все методы. Видимо как на войне и научили, а там, как все помнят все средства хороши. Какие бездны порока и разврата разверзнуться перед ним, впрочем как и перед читателем, судить вам, однако стоит учесть что "чистеньких" подробностей и "лайтовых" описаний будет меньше нежели противоположных. Из-за очень угрюмой и практически безнадежной атмосферы кажется, что весь мир вокруг сдвинулся на почве насилия и пороков (он-то и сдвинулся, но что-то хорошее в мире тоже случается, однако книга убеждает только в черной стороне), однако если не обращать на это настроение внимание (хотя из-за сплошной чернушности это невероятно сложно), то детективная линия тут неплохо закручена и оригинально разрешена. Но все же главную скрипку играет Мок со всеми своими внутренними демонами, поломанный войной человек в жалких попытках существования. У Ремарка аналогичная тема сопровождается лиричной депрессией с горькими, полными алкоголя и философии, но более смиренными (или скорее усталыми, но еще не до апатии) что ли нотками, то у Краевского это более агрессивная подача послевоенной разрухи в головах и душах. Думаю, что задумка автора удалась и он передал именно те эмоции и ощущения которые хотел.

Мне многое в этом детективе не понравилось по нескольким причинам... Но самая главная- ужасный перевод. Не гуглом , конечно, переводили, но дословно и может каждое слово отдельно. (Недоумение у меня вызвали "пивные пикники". Я даже два или три раза перечитала предложение про них. Ну не говорят так люди по- русски- куда лучше- пивные пирушки, пикники, попойки, ну что угодно, но только не так пафосно--"пивные пикники". Остальные ляпы я уже не замечала сознательно.) Упоминание слово "пот" и образованных от него запредельно. Это при том , что я вполне могу читать Камю, Сартра, Уэлша и не блевать при этом. Упоминание одного и того же гидкого слова здесь у меня вызывает только недоумение и удивление (что же хотел этим сказать автор? скорее у него у самого на этот счет свой "таракан") Сюжет растянут ... Интересно мне было в начале и в конце. Середка- это какое-то месиво из снов, питья и употребления еды и бессвязных или пространных разговоров... Развязка - для меня вообще загадка... (кто знает, объясните что к чему!)

По стилю эта история очень сильно напоминала мне культовый фильм «Ва-банк» и «Черный обелиск» Ремарка. То ли время совпало, то ли какие-то неуловимые детали, но вот виделись мне герои именно такими. Солидные полицейские агенты в котелках, усатые филеры, и где-то между ними – герр Мок, агент полиции нравов, замешанный в расследование кровавых убийств в Бреслау, ныне Вроцлав.

По своей манере поведения это будущий Хари Холе, пока слоняющийся по публичным домам, за которыми поставлен наблюдать, напивающийся до одури, мучающийся призраками прошлого. И это объяснимо, он так недавно вернулся с фронта Первой Мировой.

Кто и зачем убивает на улицах Бреслау взрослых мужиков, убивает жестоко, ломая им руки и ноги, выкалывая глаза? Почему на трупах находят записку с воззванием к герру Моку, с призывом вспомнить и покаяться, иначе убийства будут продолжаться? Вспомнить – что? Покаяться – в чем? Да еще читателю время от времени открывают страницы дневника какого-то безумца, откуда следует, что все убийства подчинены одной общей цели.

В целом повествование довольно логично и последовательное. В какой-то момент понимаешь, что преступник где-то рядом, где-то из окружения главного героя. Но нет никаких видимых причин, с чего бы такому-то быть преступником, а просто бить наугад и говорить «а я догадался» довольно глупо. Ближе к концу повествование становится все насыщеннее, события разворачиваются все стремительнее, появляются какие-то совершенно мутные персонажи, медиумы со сдвинутой психикой, фанатичные их приверженцы, но понимаешь, что главный преступник еще не найден. Меня несколько смутило появление все новых и новых жертв, и финальная сцена в бассейне отдает каким-то извращением. Да и весь антураж, связанный с распутными дамами из высшего света, мужчинами-проститутами, калеками-нимфоманками на мой вкус был чересчур, но зато соответствовал тому мутному послевоенному времени. Как чересчур были и финальные жертвы. Но в это как раз я поверила, потому что жизнь суровее, чем нам бы хотелось. Зато развязка и описание причин «охоты на Мока» были настолько неожиданными, настолько невероятными, что автору за это отдельная благодарность

И как ни странно меня заинтересовал герой, вот со всеми своими тараканами, весь такой неположительный и упертый.

Польская литература определенно набирает очки в моем читательском рейтинге, и «Призраки…» - уже не первая книга, прочитанная не просто с интересом, а еще и с удовольствием. Вот интересно, детективы можно называть атмосферными? Здесь такое колоритное и вкусное начало XX века, что временами даже сожалеешь, что на дворе уже век XXI, и всего этого уже не застать и не увидеть! Может быть, это просто игра воображения, но мастерски восстановленные реалии вкусов, запахов, звуков, одежды, манер, настроений, особенностей повседневного «балака» Бреслау 1919 года прямо просятся в какой-нибудь культурно-антропологический архив, их хочется сохранить для потомков, как японцы сохраняют свою «исчезающую Японию» с ее птичьим пением, шуршанием песка под ногами, шелестом листьев в парках и садах.

Эта книга точно выходит за рамки ретро-детектива. В ней отлично уживаются ужасное (оккультные убийства, оскверненные трупы) и обыденное (повседневная жизнь Бреслау, обывательские нравы), высокое (цитаты из классической латыни, «облагораживающие» детектив античностью) и низкое (запахи перегара и пота, общение героя с проститутками и преступниками, общая стилистика нуара), точное (кулинарные рецепты, историко-географические реалии, знания о старинных религиозных культах) и выдуманное (дневник преступника, видения Мока). Она выглядит одновременно как классическая литература, восходящая к традициям Э.А. По, и как вполне современный криминальный роман в духе Ж.-К. Гранже.

И даже скверный характер главного героя Эберхарда Мока на фоне этого литературно-интеллектуального пиршества становится вполне терпимым и не вызывает прямого отторжения. В какие-то моменты его не просто понимаешь, а жалеешь, и даже сам факт, что к такому герою испытываешь сочувствие и эмпатию, примечателен: это значит, что он выписан автором настолько живо, что воспринимается как реальный - «могущий быть». Сам себя Мок называет «охотничьей собакой», и, действительно, это очень подходит к его способности заводиться с полоборота, лезть на рожон, презирая опасности и условности, действовать вопреки всему, прибегая к шантажу и грубой силе, конфликтности, жестокости, пищевой и алкогольной невоздержанности, сексуальной разнузданности. Но никто и не ожидает увидеть светлого ангела на такой работе. Чтобы жить, Маку нужно бороться, сражаться с преступным миром, иначе он будет вынужден столкнуться с самим собой и как-то справляться с внутренними конфликтами и комплексами. Он забивает жизнь работой, а потому многое теряет, не успев понять, что утраченное и было главной его жизненной ценностью.

Как мне показалось, Мок, собственно, и был реальным центром всего повествования, а вовсе не сюжет, как может показаться на первый взгляд. Сюжет как раз не представляет из себя ни чего-то выдающегося, ни даже чего-то особенного, особенно концовка. Для меня это был тот редкий случай, когда интерес к детективу был вызван и поддерживался только благодаря его внедективному содержанию. Может быть, есть смысл почитать что-то ещё из авторской «бреславианы».

Какой все же попался своеобразный детектив!

Тридцатишестилетний ассистент уголовной полиции Эберхард Мок расследует цепочку убийств. Но совсем не обыденных, а связанных напрямую с его персоной. Но какими нитками эта связь натянута? Даже для самого Мока это загадка №1, ведь даже те, кого он допрашивает умирают впоследствии в страшных муках. Да еще и записочки от убийцы, поди их расшифруй и к себе примени (ах, вспомнились и "Загадай число" Вердона и даже "Убийства по алфавиту" Кристи - а тут тоже монологи маниакальной личности просматриваются...) В общем показательно так убивают, жестоко и с намеками, и с определенной целью... И с какой?

Все повествование приправлено своеобразной угрюмо-кровавенько-тошнотворно-интересной атмосферой (во как выразилась!). Почему угрюменькой? Потому, что повсюду картины, пропахшие чем-то несвежим, потным, грязным, хмурым и пессимистическим. Ну с кровавеньким тут все понятно - подробности убийств, деталей описания трупов, некоторых сцен и моментов. Почему пахнет тошнотворной атмосферой? Да потому, что в даже в обыденном автор может приподнести читателю сюрпризы, от которых тошнота подступает к горлу и слюнные железы просят выбросить излишки своего производства наружу. А теперь главный вопрос - ну и как при всех вышеописанных моментах детектив манит и продолжает быть интересным?

И как ни странно кровавости, которые в начале немного смутили мою эмоционально-брезгливую сторону (о изыди, "Включить и Выключить" из моей памяти, ан нет!), потом размылись и стали очень к месту в этой обстановке, с этими персонажами, в этой атмосфере.

А персонажи однозначно живые (не в том смысле, что они не мертвые, мертвецов там хватает...) и колоритные до мелочей. Может этим меня взял автор? Чего стоит главный герой Эберхард Мок! Любитель напиться до чертиков, имеющий сильнейшую слабость к хорошо сложенному женскому полу (о, рыжая, мне трындец!), наделенный внешностью пастора, который "отправился по бабам", в любых ситуациях безукоризненно следящий за чистотой и лоском своего одеяния и обуви. И обаял он даже меня, паганец этакий! Искренне переживала за героя и все думала, какая же будет концовка... О, концовка! И тут захлопнула я свой разболтавшийся рот, а то быть спойлерам отпущенными на свободу. Были небольшие неправдоподобности, но от них становилось только еще более жутко. В общем, впечатлений куча, а понять приятные они или нет я не в силах...

Ассоциации в картинках

Все рисовала себе мысленно портрет Эберхарда Мока, сего героического полицейского. И вышел Лестрейд (Руперт Грейвз) из "Шерлока" (только может моложе чуток и брюнетистей, но типаж такой, однозначно!) Ну или на фото автора можно посмотреть ; )))

Марек Краевский "Призраки Бреслау"

Знакомьтесь - Эберхард Мок, мужчина в самом расцвете сил, отличившийся весьма своеобразным образом в Кенигсберге во время второй мировой, знаток греческих и латинских цитат, большой любитель выпивки и рыжеволосых девушек легкого поведения. В 1919 году он в меру сил и возможностей трудится инспектором в полиции нравов, и все бы ничего, но внезапно Бреслау потрясает волна жутких убийств, причем преступник намекает на некую связь герра Мок-а с происходящим. Совмещая посещение борделей с обильной выпивкой инспектор берется за расследование. Спешу предупредить, детектив не для слабонервных, он изобилует тошнотворными подробностями убийств и заразных заболеваний, угнетает угрюмой атмосферой послевоенных лет, ужасает безысходностью и полным отсутствием намека на светлое будущее... Но странное дело, у меня он не вызвал отторжения, более того, в какой-то момент я поймала себя на мысли, что сопереживаю главному герою и с интересом слежу за тем как как медленно, но верно Мок идет к разгадке, которая приведет к неожиданным трагедиям и навсегда изменит его жизнь...

Прочитано в клубе "Клуэдо"

С книгой Призраки Бреслау ассоциируются слова: цинично, физиологично, обстоятельно, (не) реалистично. Почему цинично? Уже на первых страницах читаем: "Мок осознал, что в каждой женщине видит шлюху... Насколько было бы лучше, если бы весь женский род состоял из явных шлюх". Поверьте, романтичнее не будет. Физиологические подробности - неотъемлемая часть жизни, от "моча или капли дождя падали с моста" до кровожадных убийств. Обстоятельно: в названии глав место, время; описания подробные.

Bеришь, что так было или могло быть. Одновременно с этим не можешь представить себе. Сначала я не могла представить себе убийцу, потом я не могла представить себе... как бы назвать эту компанию... людей-фанатиков.

После прочтения у меня два вопроса. Первый, это реальная поговорка? "У мужчины должен быть сын, который подаст ему кружку пива после работы." Второй вопрос, как я еще надеялась на что-то в конце.