Цитаты из книги Стража! Стража!

Калитку в воротах чуточку приоткрылась. Взору Ваймса предстала очень узкая полоска очень маленького человека.

Волк издал рык, продолжительный и глубокий. Этакий звуковой эквивалент стремительно укорачивающегося бикфордова шнура.

- Итак, - сказал он, - ты алхимик. Шрамы от всяческих кислот на руках и полное отсутствие бровей.

Куда интереснее было получать письма из дома с перечислением, где и сколько добыто руды, какие новые жилы открыты, какие пласты еще предстоит разработать. Ну а о чем мог написать он? Разве что об убийствах и тому подобном.

Моя хозяйка угнетает меня по-страшному. Колотит в дверь и устраивает скандалы, требуя плату за жилье, якобы я ей задолжал, а это ведь вранье чистой воды. И соседи за стенкой — те меня тоже угнетают, только ночью. Я вот говорю им: я, мол, весь день работаю, когда ж еще мне учиться играть на контрабасе, как не по ночам? Так нет ведь, не слушают. Это самое что ни на есть угнетение, вот что это такое. И если я не под пятой угнетателя, то уж и не знаю, кто тогда под этой пятой.

Человека можно вылечить, а вот книгу — нет.

Дракон не мог сделать людям практически ничего, что они еще не успели испробовать друг на друге, зачастую – с куда большим энтузиазмом.

Умные студенты в поисках наиболее далеко стоящих томов старались ставить метки мелом на полках, что позволяло им блуждать глубже в пыльной темноте, и наказывали своим друзьям искать их, если они не вернутся к ужину.

Судя по всему, если в пещере неподалеку от вас вдруг объявится дракон, то все, что надо делать, это спокойно ждать, пока он самовозгорится, взорвется или скончается от острого несварения.

Нет такого понятия, как умеренная осторожность. Вы либо очень осторожны, либо мертвы. Вы еще ходите и дышите, но конечный исход уже предопределен – вы все равно мертвы.

Если кто-то относится к представителям видового меньшинства, это вовсе не значит, что он не может быть мелким, тупоголовым, зловредным засранцем.

Смеялись не над ним, но Эдуард был из тех людей, кто всегда принимает смех на свой счет.

Ваймс мрачно вышагивал по запруженным толпой улицам, чувствуя себя маринованной луковицей во фруктовом салате. Стр. 250

Капитан Ваймс прокашлялся. Он понятия не имел, что делать дальше. Насколько ему было известно, до сих пор Городская Стража ни разу не оказывалась в подобной ситуации. – По-моему, следует дать ему выпить, сержант, – распорядился он. – Так точно, сэр. – И мне тоже принеси. – Так точно, сэр. – И сам выпей, почему бы и нет. – Так точно, сэр.

— Вряд ли это поможет, ваша милость. Любой мало-мальски опытный убийца драконов знает цену своей работе. Эта цена всегда была твердой. — Ха! Полкоролевства, — пробормотал патриций. — И рука вашей дочери в придачу, — закончил Воунз. — Насколько я понимаю, тетушка здесь не подойдет? — с надеждой в голосе спросил патриций.

В еде он руководствовался лишь одним принципом: узнаёшь по крайней мере половину, значит, скорее всего, переваришь и остальное.

– Никто не может пить джин пинтами, сержант. – Именно это я тебе и твердил, но ты не слушал.

Ваймс оглянулся на улыбающееся лицо, выражающее искреннюю уверенность, что оно несет миру только добро, даже если мир сам того не желает.