Цитаты из книги Волкодав

Тут Каттай понял, что зря поименовал его детским прозванием. Щенячьи дни для Пса кончились — на самом деле уже давно. Чудом не убив, безжалостный хлыст надсмотрщика содрал все остатки ребячьего: так линяет зверёныш, меняя детский пух на щетину взрослого и грозного зверя.

Говорят, бирюза — это претворённые в земле кости умерших от любви. Любовь прихотлива, оттого бирюза — камень привередливый. Она темнеет и портится от масла, которым мы заправляем светильники, но делается красивой и блестящей от животного жира и крови. Поэтому воины и охотники любят вделывать её в рукояти кинжалов.

Забой на двадцать первом уровне пользовался среди каторжан весьма дурной славой. В нём погибали люди, и те, кто там бывал, утверждали: когда удавалось выворотить очередной кусок скалы, на поверхности излома бывали видны чёткие письмена, серо-багровые по розовому. Их никто не мог прочитать, но рудокопы не сомневались: то были проклятия. Гора гневалась и страшно грозила двуногим паразитам, святотатственно проникшим в её плоть...

— Если обладающий знанием вначале откажется поделиться с тобой — не горюй,— наставляла мама. — Он просто не знает тебя и не успел убедиться, что ты достоин доверия. Ты ещё найдёшь способ снискать его расположение. Или встретишь другого, кто согласится тебя вразумить...

«Око Богов, Податель Всех Благ, пресветлое Солнце, – мысленно обратился он к небесному пламени. – Пускай Близнецы мирно правят теми, кто им поклоняется. Но зачем этот человек говорит мне, будто Тебя – нет?..»

Кто себя признает побеждённым,
Только тот и правда побеждён.

<<Мой прадед был из тех, кто не сберёг свободы. Подраненный в бою, пощады запросил. И дома у врага оставшиеся годы Призвание "раба" без ропота носил.>>

На моей родине, - сказала Мангул, - ученик певца, проходя Посвящение, должен сложить и спеть четыре песни. Песнь Печали, чтобы никто не сумел удержаться от слёз. Песнь Радости, чтобы высушить эти слёзы. Песнь Тщеты, чтобы каждый ощутил себя бессильной песчинкой на берегу океана и понял, что все усилия бесполезны. И Песнь Пробуждения, которая заставляет распрямить спину и вдохновляет на подвиги и свершения.

Волкодав сидел неподвижно и смотрел перед собой, точно в стену, и в голове было пусто, как  в раскрытой могиле, в которую забыли отпустить мертвеца

– Это – самый дешёвый раб, – небрежно кивнул торговец на Волкодава. – Никакого толку с него не будет, помяни моё слово.

Не следует отнимать у людей то, во что они верят. Даже если тебе ведома истина.

Какое удовольствие просто смотреть, как двигается красивый живой человек, и в особенности женщина.

Своего сына ты так воспитал, что он горазд мучить всякого, кто слабей. Значит, пускай не обижается, когда и с ним также.

Волкодав с усмешкой похлопал по тощему кошелю, висевшему на ремне. Звяканье раздалось далеко не сразу: трём медным грошам понадобилось время, чтобы собраться в одном углу.