Отзывы о книге Идиот

"Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье" Одна из любимейших книг. Прочитанная и перечитанная. И пока для меня лучшая у Достоевского. Книга о Человеке, Христе. О том, как этот человек попадая в наш мир меняет людей, ситуации, события. Поступая глупо, наивно и по-детски, он всеми любим, всем мил и интересен. Ведь какими бы не казались неприятными многие персонажи, все они становятся лучше к концу книги. Для меня герои и сюжет этой книги переплетаются в чем-то с "Мастером и Маргаритой", остается похожее послевкусие о книге - и радостное, и грустное. Очень нравится линия дружбы Рогожина и князя. Рогожин для меня наверное самый притягательный персонаж. В нем сила, страсть и тонкость души, он как противоположность князя, в нем дьявольское что-то есть. И его жалко.

Оценка 10/10. Это та книга в которой с каждым новым прочтением будешь видеть новое, на все времена и для всех возрастов от 18-ти до 80-ти.

К сожалению, сформировать четкое мнение о романе мне так и не удалось. Это связано с тем, что "Идиот" меня оглушил. Я оказалась не готова к такому количеству страстных, эзальтированных, а иногда и просто безумных героев. Иногда я просто терялась в гуле их голосов. А за обилием истерических сцен я с трудом нащупывала смысл. Поэтому остановлюсь только на том, что привлекло мое внимание. Пожалуй, самой интересной проблемой, поднятой в романе, для меня оказалась необходимость гуманизма. Князь Мышкин относится ко всем окружающим его людям с одинаковой добротой, не зависящей от того, как они с ним поступают. С одной стороны, его идеология тотального и всепоглощающего гуманизма импонирует. Ведь под влиянием Мышкина многие герои если не становятся лучше, то по крайней мере начинают задумываться о своих поступках. С другой стороны, по моему мнению, гуманизм князя формальный, отстраненный, нет в нем чего-то земного, человечного. Кажется, что он любит саму идею, но не людей. И еще такой формальный подход избавляет от ответственности. Но нельзя ко всем подходить с одной меркой. Там, где одного доброта и любовь спасет, другого сделает хуже. Например, Настасья Филипповна от человеческого отношения князя Мышкина еще больше впадала в истерическое состояние. Недостаток идеи тотального гуманизма особенно виден в сцене выбора главного героя между Настасьей Филипповной и Аглаей. Т.о. получается, что идея человеколюбия в том виде, в каком она преподнесена в книге, мне не близка. Вместе с тем заверешение романа мне показался логичным: конец для каждого героя оказывается именно таким, какой был обусловлен его предыдущим поведением. Думаю, что в будущем я перечитаю роман, чтобы понять то, что не удалось сейчас.

Слушала аудио-книгу в исполнении Вячеслава Герасимова. Его чтение, как говорят, вызывает две реакции - неприятие или восторг. Я в-первые слушала начитанную им Анну Каренину и после классического чтения Евгения Терновского было желание бросить слушать и найти другого исполнителя, но мои буквально 15-ти минутные усилия были вознаграждены. Потому что чтение Герасимова очень выпукло, артистично, буквально по ролям, порой диву даешься, ну, как можно так мастерски владеть голосом, что четко слышишь, какой персонаж говорит, как он ведет себя и что чувствует.

Если же говорить собственно о Достоевском...Конечно, это было перечитывание. И, к сожалению, того удовольствия, которое я испытала от книги в 17-18 лет, теперь нет. Трогает по-прежнему детсткость и наивность Льва Николаевича. Болезненность же и страдания Настасьи Филипповны воспринимается лишь умом, но не сердцем. Рогожин - скорее отторжение от столь незрелой личности, Аглая же тот же ребенок, но избалованный. В общем, весь роман за исключением редких моментов я мучилась негармоничностью происходящего, неправильностью и уродством. Заметела для себя, что внутренний мир героев Достоевский описывает не так глубоко, как например Толстой, или мне просто не хватило внутренних диалогов.

Все это не отменяет прекрасности монологов князя и уникальность и ценность его морально-нарвстенных установок. Остальное для меня осталось обрамлением этого бриллианта.

Сначала об издании: Москва "Детская литература", 2024. Во-первых, обожаю, когда есть комментарии к тексту и вступительные статьи. Здесь вступление Павла Фокина:"Задача безмерная", или "Положительно прекрасный человек" против Достоевского. Статья подытоживает прочитанное, оформляет свои же мысли.

Бумага издания белая, шрифт с засечками очень приятно и быстро читается (особенно на моменте главных героев)). Иллюстрации черно-белые - Нины Бурдыкиной - добавят погруженности в мир "достоевщины". (Есть мнение, что Настасья Филипповна похожа здесь на цыганку внешностью (возможно, как клише роковой женщины, не знаю)). Обложка современная, но выдержанная и в цветовой гамме, и по стилю. Это не "анимационные" ИИ-обложки, где беря в руку книгу, не понимаешь, классика это или нет. Но это отдельный разговор.

Что говорить про роман, когда о нем уже столько исследований). Рекомендую). Единственное, пришло на ум, что не надо пытаться дать характеристику героям "хороший", "плохой", ведь романы Достоевского - это "полифонический роман" (М.Бахтин). Есть спектр чувств, действий "от и до". "Идиот" - роман-исследование. Когда "характер" уже становится "героем", как Рогожин, о чем и говорит в начале книги Павел Фокин.

Итак, некоторые цитаты вступительной статьи, которые сохраняю себе:

"Достоевский испытывает положительно прекрасного человека общением со средой. Испытание нешуточное. Ведь противостоят ему не враги и злодеи, а вполне добропорядочные и в целом миролюбивые люди, живущие обычным для себя образом, в рамках приличия, насколько у них хватает сил.

В «Идиоте» Достоевский задался страшным вопросом: возможна ли Христова любовь без Христа? Посильна ли она для человека? Он придумал героя первородной невинности, вырастив, как в пробирке, существо безгрешное, почти бесплотное, не ведающее зла мира, с сердцем, полным жизни и радости. Положительно прекрасного человека. Он послал его к людям, дав ему силу любви Христовой. Но герой не справился с этим даром. Не удержался на высоте Абсолюта. Храм, который строил исторический – в «Истории…» Карамзина – Мышкин, обрушился: слишком много песка строитель в раствор добавил.

Они не верят в Христову любовь Мышкина. В практическую возможность такой любви в мире людей – здесь и сейчас: в генеральской гостиной, в купеческом доме, в апартаментах содержанки, в наемных квартирах и углах, на даче и в гостиничном номере – в России второй половины XIX века. Они ее не понимают. Не принимают. Считают «идиотизмом». Болезнью.

Своим неверием они вселяют сомнение и в Мышкина, и в Достоевского. Достоевский провоцирует Мышкина полюбить ближних любовью человеческой. И Мышкин влюбляется. В Аглаю. В Настасью Филипповну. В Рогожина. Во всех. И как только он поддается этому чувству, он перестает быть «идиотом». Становится человеком. Происходит его вхождение в мир людей. И одновременно – отделение от него. Он больше не чувствует единения с ними. Его Россия распадается на отдельных Рогожиных, Барашковых, Епанчиных, Иволгиных, Тоцких и т. д. И многие перестают его любить. Любовь человеческая ревнива и зла. Все чаще Мышкин пробуждает у окружающих не сочувствие и отклик, как в первые дни своего пришествия, а раздражение, возмущение, негодование.

Отказавшись от своего призвания нести свет Христовой любви, пойдя, как ему казалось, навстречу людям, а на самом деле – у них на поводу, Мышкин превратился в жалкого и беспомощного ребенка, великовозрастного недоросля, вызывающего своими поступками и поведением лишь насмешку. Более того, оказалось, что любовь Христова без Христа непосильна и для людей, к которым она обращена. Она им не нужна! Но нужна ли им тогда Христова любовь Христа? "
Полный текст статьи здесь:
https://www.livelib.ru/book/3271/readpart-idiot-fjodor-dostoevskij

Роман Фёдор Достоевский для меня — не про «идиота» как диагноз или насмешку, а про человека, которого так назвали окружающие, потому что он оказался инаковым. Князь Мышкин — не чудак и не больной. Это глубоко чувственный, живой человек, который не игнорирует свои эмоции, а честно за ними идёт. Он наблюдает их, иногда не понимая до конца, что именно чувствует и куда его это ведёт. Он путается, блуждает, ошибается — и в этом для меня нет никакого отклонения, а есть нормальное состояние формирующейся личности.

Мышкин живёт не по жёсткой логике выбора, а по внутреннему движению. Он не всегда способен чётко назвать свои состояния, но остаётся подлинным, настоящим, не предаёт себя. Его смятение и уязвимость — не слабость, а признак живого контакта с собой.

Важно и то, что его взгляд формировался вне России — в Европе, в Швейцарии. Его личностное восприятие, возможно, пропитанное иным менталитетом, резко противоречит русской действительности того времени. А эта действительность требует определённости, чёткого выбора, жёсткой позиции — без права на ошибку. Человека нужно судить, классифицировать, «поставить на место». И если он не вписывается — его проще объявить больным.

Особенно ярко это проявляется в фигурах генералов, чинов, старших по возрасту и положению людей. Их стремление «раскрыть», «уличить», «вылечить» Мышкина выглядит не как забота, а как попытка самоутверждения. Эти люди привыкли ощущать свою значимость через внешние признаки — чин, возраст, статус, признание. Внутренней опоры у них, кажется, нет, поэтому любой человек, который отличается и не признаёт их превосходство автоматически, становится угрозой. Навязать ему своё мнение — значит подтвердить собственную важность. Но такая позиция неустойчива, потому что держится не на внутренней цельности, а на постоянном внешнем подтверждении.

Финал романа оставляет ощущение тяжести и недоумения. Убийство Настасья Филипповна — это крайняя точка человеческой катастрофы. Его совершает Парфён Рогожин — человек, в котором чувство превратилось в одержимость, в обладание, в разрушительную страсть. Он не наблюдает своё чувство — он растворяется в нём полностью, теряя границы и ответственность. В этом смысле убийство происходит не только физически, но и духовно, нравственно, экзистенциально.

И здесь возникает мысль, которая для меня становится ключевой, хотя и остаётся недосказанной: а не один ли это человек — Мышкин и Рогожин?

Не как сюжетный факт, а как символ. Как две полярности одной человеческой природы. Один и тот же внутренний импульс, прожитый по-разному. У Мышкина — через сострадание, принятие, уязвимость и наблюдение. У Рогожина — через страсть, ревность, насилие и разрушение. И неслучайно роман начинается с того, что они едут вместе в поезде, в одном пространстве, как будто ещё не разделённые окончательно. А заканчивается тем, что один убивает, а другой не выдерживает этого знания о человеке — и ломается.

В таком прочтении Мышкина увозят в лечебницу не потому, что он «идиот», а потому что его сознание не выдерживает столкновения с собственной тенью. Он остаётся рядом с Рогожиным после убийства — как человек остаётся рядом с тем, что невозможно ни оправдать, ни вытеснить, ни уничтожить.

И тогда роман замыкается в одну цепочку: поезд — встреча — расхождение — катастрофа — распад. Не как история про болезнь, а как трагедия человека, который оказался слишком чувствительным для мира, не готового принять сложность и противоречивость человеческой природы.

Я как девушка уже сформировавшаяся и пережившая все детские влюбленности и обиды не смогла равнодушно отнестись к этому произведению. И любовь, и скука, и ненависть у меня просыпалась во время чтения. Персонажи яркие, бунтующие, глупые, дерзкие - собирательные образы наивных и истеричных «взрослых» мужчин и женщин. Буквально все герои меня раздражали и вызывали умиление одновременно.

С первых страниц главный герой очаровал меня своей прозрачностью и искренностью, хоть иногда и неуместной. Но к концу произведения я стала его осуждать непомерно - за поступки, слова, выводы. Такое бывает когда о себе вспоминаешь факты из прошлого. Все мы это проходили. Произведение о поиске себя и мнительности, о глупости и опасной доброте.

Такое произведение нужно прочесть и прожить самому - советовать читать или не читать рука не поднимется.

Встреча Мышкина и Рогожина в вагоне — это не просто знакомство, это столкновение двух полярных сил человеческой души,  двух видов любви ( одержимость, страсть и искренность, неискушенность)

Столкновение целостной, пусть и непонятой другими , души Мышкина с ранеными, страдающими, усталыми и раздраженными душами общества.

Он представляется незаметным, но очень тонким внутренним психологом и наблюдателем за самой сутью человеческого общества. Не анализирует и оценивает людей, а чувствует их.

Настасья Филлиповна — глубоко травмированная маленькая девочка, скрывающая свою боль и тоску по безусловной любви под маской смеха, ревности, презрения, страсти...

Фу, как это мерзко и противно впутывать Мышкина в свои низкие  интриги, клубок со змеями... И зачем он с ними связался? Совершенно не испытываю сострадания и не понимаю любви из жалости. Нет ничего хуже и разрушительнее.

Мне все герои кажутся карикатурными, даже Лев Николаевич... Не чувствую к персонажам ничего. Так странно. А ведь раньше была одной из любимых книг... Сейчас же – словно театр, преувеличенный , неискренний, нервный и истерический. Вызывает только отвращение, презрение и раздражение.

Хотя гениальность изображения этого всего Достоевским не оспариваю.

Перечитывала в надежде полюбить, но увы. Я уважаю Фёдора Михайловича, но «Идиот»… 600 страниц дурдома, круговерти, интриг и непостоянства, которые в итоге выливаются в десяток последних самых ярких страниц. Стоило ли столько мучить читателя? Стоило.

В 50-60-е г XIX широкий резонанс получила проблема «женского вопроса». Она-то и является лейтмотивом романа, который был опубликован в 1868 г. Вопрос-то автор поднял и вроде как защищал падшую Настасью Филипповну, ведь она не виновата,что ее растлили, но вот идеальный конец для нее, по мнению автора, - брак. Ни о каких равных правах речи нет.

Во время чтения меня не покидало ощущение, что меня дурят. Идиот мне казался единственным здравомыслящим человеком, в то время как остальные всё суетились, интриговали, елозили. Он был в том только и идиот, что говорил правду, хотя не всегда она была к месту.

Читать «Идиота» мне было скучно и сложно, но спустя лет пять снова перечитаю, чтобы еще раз проверить свои ощущения.