все-таки книжка, изначально заявленная, как последняя, обладает особым весом. ее невозможно прочитать, как очередной роман, каких у автора было много и еще будет столько же. к ней прислушиваешься пристальнее, стараешься быть благодарным читателем и настроиться на те же волны иронии и серьезности, что задает автор. автор еще жив, но решил сыграть ва-банк и проводить себя в последний путь заранее (а то набегут потом плодовитые пейсатели и давай дописывать твою книгу посмертно, делая из нее такого франкенштейна, что в гробу перевернешься).
ну что, все тот же Барнс, все так же грустно-иронично, жанрово эклектично и обезбоженно. он создает еще один редкий экземпляр автофикшена, который не бесит нытьем и обсессивным всматриванием в свои болезни, миксуя правду и вымысел о себе и паре друзей так, что их соотношение мы никогда не узнаем, и не надо. через них вспоминает молодость, садится на любимого конька - память и ее причуды - и все-таки рассказывает о своей болезни.
надо отдать должное - без надрыва и истерики, без, я бы даже сказала, излишней аутотерапии, которой грешил Рушди в своем «Ноже». он описывает и осмысляет, пытается шутить, потому что а что еще остается, если у тебя рак крови и уже 80. самоирония здесь вполне органична и помогает сохранить достоинство.
по-прежнему Джулиан сетует на то, что он, Джулиан, есть, и смерть есть и маячит впереди, а Бога, видишь ли, так и нет, что ж ты будешь делать. парадоксальным образом к концу книги он прямо заявляет читателю, что никаких точек зрения ему не навязывает и просто приглашает к диалогу за кафешным столиком, а сам прямым текстом капает «ну нет же Бога, вы ведь, знаете, что Его нет, правда?».
неправда. знаю, что есть, и знаю, что жаль мне тебя, Джулиан, с твоими метаниями.
конечно, не с этой книги стоит начинать знакомство с автором, но и заканчивать ею тоже необязательно - у меня из его 23 книг прочитаны только 16, так что нам с Джулианом еще беседовать и беседовать(за кафешным столиком), а что-то из старого уже хочется перечитать. «Пульс», например.
2 понравилось
