Я видел, что сейчас в моем приятеле боролись две ипостаси. С одной стороны, передо мной сидел всё тот же Эдик, которого я знаю уже неизвестно сколько лет, который очень тепло относится к моей девушке и несомненно переживает, что с ней приключилось несчастье. А с другой, полковник безопасности никуда не делся. Обычным людям бывает очень трудно понять, что такое профессиональная деформация у силовиков. Человеческая жизнь перестаёт считаться абсолютной ценностью, как бы страшно не звучало это утверждение.