Цитаты из книги Пляска смерти

Во время работы я постоянно думал: "Я просто забавляюсь. Стараюсь добраться до вершины и посмотреть, что оттуда видно."

"Некоторым людям просто нельзя играть с любовью"

Мы заглядываем в запретные двери и окна добровольно, вероятно, потому, что понимаем: рано или поздно нам все равно придется это сделать...и не просто заглянуть, а войти туда. Навсегда.

И когда гаснет свет в кинотеатре или когда мы открываем такую книгу, у нас возникает успокаивающая уверенность в том, что злодеи почти неизбежно будут наказаны - мера за меру.

Я пробовал ухватить самую суть. Представил себе, что пишу пьесу для театра - иногда это помогает, если я застреваю.

А. Камю: "Счастье тоже неизбежно"

Мораль излагает истину так, как понимает ее ваше сердце.

Одна из странных особенностей нашей (американской) культуры состоит в том, что родители при первой же возможности стараются заставить детей не верить в красивые сказки <...> Но я не вполне уверен, что убийство Санта-Клауса или Зубной феи - аналог "рациональности"

И вот окончательная истина фильмов ужасов: они не любят смерть, как думают некоторые; они любят жизнь. Они не прославляют деформацию и уродство, но, показывая их, воспевают здоровье и энергичность. Показывая несчастных проклятых, они помогают нам заново открыть маленькие (но всегда значимые) радости нашей жизни. Они - пиявки цирюльника для души, только высасывют не плохую крось, а тревоги... хотя бы на какое-то время.

Как ни странно, в большинстве своем фильмы ужасов преподают молодежи утешительный урок: судьба добра. Не самый плохой урок для малышей, справедливо видящих себя заложниками сил, с которыми человеку не потягаться.

Мы встретились с чудовищем, и, как говорит Питер Страуб в своей «Истории с привидениями», оказалось, что оно — это мы сами.

И все-таки... все-таки... каким-то образом это спотыкающееся существо способно танцевать рок-н-ролл, а значит, оно не может быть таким уж плохим, верно?

Но самый главный подтекст, который есть во всех хороших фильмах ужасов, таков: однако он еще не настал. Не в этот раз. Потому что в конечном счете фильмы ужасов - это праздник для того, кто чувствует, что может смотреть на смерть, ибо она еще не живет у него в сердце.

Что есть призрак, столь пугающий нас, как не наше собственное лицо?

Норма - это социологическая концепция

Концепция чудовищности нравится нам и нужна нам, потому что она подтверждает существование порядка, к которому мы, как человеческие существа, стремимся ежеминутно... и позвольте предположить, что не физические и умственные отклонения приводят нас в ужас, а то отсутствие порядка, которое они собой символизируют.

"...двести миллионов человек застыли одновременно. Очевидно, любовь не может достичь такого перехлёстывающего все границы удара эмоций. Жалость может."

"со-мной-всё-в-порядке-с-тобой-всё-в-порядке-так-что-примем-горячую-ванну-и-помассируем-своё-драгоценное-самосознание"

Цель литературы ужасов не только в том, чтобы исследовать территории табу, но и в том, чтобы подкрепить наше положительное отношение к статус-кво путем демонстрации того, какой жуткой может быть альтернатива. Подобно самым страшным кошмарам, хорошее шоу ужасов делает свое дело, выворачивая статус-кво наизнанку, – вероятно, в мистере Хайде нас больше всего пугает то, что он вместе с тем и доктор Джекил.