Kinder Than Solitude

Ли Июнь - американская писательница китайского происхождения по настоянию родителей - физика ядерщика и школьной учительницы - закончила биологический факультет, получила степень бакалавра, переехала в США, где специализировалась на иммунологии и получила магистерские степени по литературному мастерству. Теперь ее книги переведены более чем на двадцать языков, а The New Yorker в 2010 году назвал ее в числе 20 лучших писателей в возрасте до 40 лет. Ее научное образование чувствуется с первых страниц книги. Она, как биолог-исследователь, помещает своих персонажей в агрессивную среду и наблюдает за их конвульсиями и попытками развития. Герои «Добрее одиночества» разлагаются на атомы из букв в чашке Петри в сильно концентрированном растворе вины. Состав участников эксперимента: одна отравленная девушка и три отравленные жизни.

Однажды ночью в китайской провинции на крыльцо двух престарелых сестер подложили младенца. Это было маленькая девочка, которую назвали Жуюй. Сестры решили оставить ребенка у себя и воспитать из нее воображаемый идеал своей дочки. Когда-то в Китае девочкам бинтовали ноги, чтобы ступня не росла и оставалась маленькой, это варварство оправдывалось надуманными идеалами красоты. Жуюй ноги не калечили, но из ее личности сделали настоящую мумию. Система воспитания сестер - двух на свой изощренный манер набожных женщин с искалеченной революцией судьбой и психикой - заключалась в полном отказе от эмоций и постоянных молитвах. Самые страшные сюжеты после скандинавских психопатов рождаются в книгах, где есть религиозные фанатики. На долю Жуюй досталось целых два. К шестнадцати годам девочку с атрофированными чувствами и полном непониманием, как жить среди обыкновенных людей отправили к дальней родственнице в Пекин, чтобы она там продолжила учебу и посвятила себя Церкви. За нее всё уже решили и судьба ее была распланирована: аккордеон, школа, служение Богу.

На вокзале Жуюй встретили Шаоай - дочка родственницы - и двое соседских подростков Можань и Боян, которые в скором будущем должны были стать еще и одноклассниками Жуюй. Выросшие в одном дворе, они были друг другу как брат и сестра. Дети взяли над своей новой соседкой шефство по адаптации к Пекину и школе. Вот только с Шаоай, с которой Жуюй предстояло делить одну комнату и кровать, общение не заладилось. Эмоциональная анемичность Жуюй бесила Шаоай. Напряжение переросло в не скрываемую неприязнь.

Это лето осталось в далеком прошлом, как и событие, которое разделило жизни всех этих детей на «до» и «после». Кто-то отравил Шаоай. В результате яд почти полностью разрушил ее мозг, она больше двадцати лет была узницей в собственной теле. Как такое могло произойти, почему кто-то решился на такую страшную месть? Этот яд отравил не только тело Шаоай, но и жизни Жуюнь, Можань и Бояна. Они разлетелись осколками своей прошлой дружбы по свету в попытках начать новые жизни, но память стала им тюрьмой.

Джулиан Барнс в «Одной истории» провел виртуозное исследование любви, можно сказать хирургическое вскрытие ее как явления. Ли Июнь в своем романе препарирует природу одиночества, как добровольного заточения в криокамере, как желанного отстранения от людей и их вмешательства в свою жизнь на уровне не просто интроверта, а уже бывалого социофоба. И корни этого поведения, разумеется, надо искать в детстве.

Абсолютно не помню, как эта книга попала в мой виш, но прочитать ее хотела уже несколько лет. Открыла – и поначалу темп истории, декорации, описательность показались более чем многообещающими. А еще история поманила тайной и трагедией, кто же такое не любит?

Пекин, четверо молодых людей. Мо Жань и Бо Ян – лучшие друзья, Шао Ай – их соседка чуть постарше, Жу Юй – дальняя родственница, приехавшая на проживание в семейство Шао Ай. Эти четверо вынуждены взаимодействовать друг с другом как соседи, одноклассники, люди примерно одного возраста. Хронологически роман неоднороден: часть – это воспоминания о событиях, изменивших жизнь этой четверки, часть – настоящее, последствия.

Интрига сосредоточена на трагедии: Шао Ай была отравлена. Кто именно виноват в этом? И если это был умысел, то каков мотив? Ответ на этот вопрос читатель получит в финале, но к тому времени ответ, в каком-то смысле, будет уже не нужен. Потому что главное в этом романе не детективный сюжет, а взаимоотношения между людьми. И взаимоотношения с самим собой.

Персонажи колоритные. В юности многие из них были невинны, и трагедия изменила их ужасающим образом. И те, кем они стали, симпатии, откровенно говоря, не вызывают. Все они одиноки. Все не умеют и не желают доверять людям, впустить кого-то в свою жизнь. Они циничны и холодны, отчуждены от мира и людей. Печальные образы.

Особняком стоит Жу Юй, воплощающая в себе апогей созерцательности и отчужденности. Отчасти она как будто даже социопатична. Ее можно назвать если не главной героиней, то центром истории. И она наиболее морально серый персонаж (хотя остальные не лучше).

Тематически роман пытается охватить сразу широкий круг тем: культура Китая, ментальность китайцев, история, вклад личности, проблема преступления и наказания, опыт травмы. Но автор не подводит ни к какому выводу или озарению, просто довольно нудно обрисовывает ситуацию и душевные переживания героев. Где-то в середине романа от этого устаешь. Галерея искалеченных жизней и на этом как будто все. А еще перевод, исказивший имена персонажей, тоже не радует. В общем, не сошлось у меня с этим романом, быть может, не настолько я понимаю китайскую культуру, чтобы вынести для себя что-то, но чем дальше читала, тем быстрее пропадал интерес.

Прекрасно написан роман, пропитан невероятной восточной философией, показаны грани одиночества и его причин, но как же тяжело это читалось. Почти две недели провела с книгой, читая по одной главе каждый вечер, иначе не получалось, не тянулась рука. В процессе чтения все хорошо, а вот возвращаться не хочется.

История о подростковой дружбе мальчика по имени Боян, девочки ровесницы Можань, старшей подруги Шаоай и новенькой девочки Жуюй, которая поселилась в семье Шаоай на время учебы. Так случилось, что Шаоай отравилась каким-то химическим веществом. Это привело к трагическим последствиям, но самое главное, так и не удалось узнать, что произошло на самом деле, сама отравилась или ей помогли.

Повествование от лица взрослого Бояна, ведь прошло больше двадцати лет, а трагедия не отпускает, придется ему вернуться к истокам, вспомнить весь путь и все-таки попытаться найти разгадку. Постепенно раскрывается картина их жизни, взаимоотношений, черты характера, мысли и чувства. Все это на фоне жизни в Пекине, где так хорошо показаны аутентичные особенности быта и отношений со старшими родственниками. Но как же затянуто. Иногда казалось, что повествование замирает на месте, не происходит никакого движения, просто непрерывный поток рефлексии на разные темы. Впечатление, что автор хочет рассказать обо всем и ни о чем.

Большим минусом для меня оказались неинтересные герои. Должны же они вызывать эмоции, сочувствие, но ничего, кроме раздражения к ним не возникло. Они все показались неприятными, и подростки, и взрослые.

Роман глубокий, заставляет задуматься, читается долго, хорошо погружает в мир Востока, возможно, я еще пересмотрю к нему отношение.