— Лучше испорченная прическа, чем Эдон Рауф! — твердо решила я.
— Кто такой Эдон Рауф? — Фей был выше меня на голову, так что без препятствий рассмотрел чертежника над моей макушкой и немедленно подставил локоть: — Дорогая София, мы отлично поскачем, только я движений не знаю.
— А я тем более, — обнадежила я будущего партнера, что мы будем «самой ловкой и слаженной» парой на танцевальном паркете.
Звякнула ненавистная медная тарелка, взвыла скрипка. По залу разнеслась развеселая мелодия. Мы с Тэмом смущенно переглянулись и скрестили руки, копируя танцующие пары.
— Главное, шеи не сверните и крылья не сломайте! — немного обеспокоилась Ри.
— Верь в нас, — буркнула я, и мы понеслись по кругу, словно двойка сорвавшихся с привязи коней.
На пятый скачок народ вдруг принялся кружиться. Плохо знакомые с танцевальными па, мы прервали триумфальный галоп и потоптались, изображая ожившие фонарные столбики. Не сразу сообразили, что зал коллективно сцепил руки и повел хоровод. А потом все вдруг рассыпались, точно горошины по блюду, скатились парами и заскакали заново.
Пока мы прыгали на месте, пытаясь отгадать, какую подлость задумала толпа танцующих — кружение или выпады, народ неожиданно сгруппировался и заключил нас в тесное кольцо. Да что, в самом деле, за шаманские пляски? Специально, что ли, под медную тарелку подбирали?!
— Какой странный танец, — пробормотала я.